Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

— Ага! Значит, нужен еще один участник, который сможет отделить душу от тела. И я даже догадываюсь, кого мне нужно дополнительно пригласить для следующего эксперимента. — Федоров кивнул своим мыслям и разрешающе махнул рукой. — Верните душу грызуна в ее телесное вместилище. Зверек заслужил право на жизнь.

Эксперимент закончен, можно уходить. Только Лудильщиков еще топтался на пороге, не зная, как сподручнее обратиться к его превосходительству со своей просьбой.

— У вас есть еще ко мне какой-то вопрос? — наконец обратил внимание на его замешательство Федоров.

— Простите, Ваше превосходительство, мне тут недавно одна мысль в голову пришла..., — и дождавшись разрешающего кивка от высшего целителя, продолжил. — В Китае я тренировался, оказывая бесплатную помощь и исцеляя неимущих. И хорошо продвинулся в совершенствовании навыков целительских. Возможны ли для меня подобные действия и в Рассее? В частности, у меня есть заклинание, позволяющее возвращать людям утерянные конечности.

— Слышал я про твою китайскую эпопею от коллег. Из-за тебя, как говорят, до сих пор в центральных провинциях преступность в несколько раз упала. Уж очень люди к «Отнимающему конечности монстру» попасть не хотят. — Федоров, хитро прищурившись, уставился на Ивана.

— Так я с того с времени в своем целительском искусстве далеко вперед шагнул, — наш герой выставил руки в защитном жесте, — теперь в качестве донора подойдет практически любая животина. Коза, корова, свинья. Представляете? Одна свинка может помочь мне двух безногих на ноги поставить! Или четыре руки прирастить!

— Хм. Сложный это вопрос. У нас очень строгие законы на этот счет. Однако.... — Федоров был озадачен. Побарабанив пальцами по столу, он принял какое-то решение. — Вот что! Здесь в Петербурге проживает отставной генерал от кавалерии Владимир Александрович Сухомлинов. Он сильно пострадал во время теракта в Киеве в прошлом году. Лишился ноги, глаза и кисти левой руки. Обратитесь с этой идеей к нему. Думаю, вам будет что обсудить не только по вопросу целительской помощи непосредственно ему. А уж там можно будет и о массовом лечении военным инвалидам, проживающим в Петербургской и соседних с нами губерниях, договориться. Он известный меценат, думаю, вы найдете с ним общий язык. — И уже после слов благодарности со стороны Ивана, вдогонку. — Если договоритесь с ним, то со своей стороны помогу твою инициативу по закону оформить.

— А почему вы сами ему не поможете?

— А у нас с ним, — Высший Целитель поводил пальцами в воздухе, подбирая слова, — кое-какие разногласия. Так что, когда к нему придете, ни в коем случае на меня не ссылайтесь, иначе на порог не пустит.

— Что, всё настолько тяжело? — озадаченно уточнил Иван.

— Да, как сказать, — Федоров, как-то совсем по-простецки запустил руки в свою шевелюру, — Был у нас ним инцидент лет двадцать назад… Я тогда очередной прорыв совершил в своих исследованиях и смог своё тело к идеальному состоянию привести. В буквальном смысле вторую молодость получил и меня буквально распирало от вновь вернувшихся ощущений... Вот и позволил себе череду юношеских вольностей…

Высший Целитель ненадолго замолчал, но Иван тактично не лез с уточнениями, ожидая продолжения.

— В итоге, мне тогда из спальни его супруги в чем мать родила прыгать пришлось, а потом ещё и зигзагами меж кустов сада уходить, принимая в пятую точку один заряд дроби за другим… — и хоть Федоров рассказывал всё это, подпуская драматичных ноток в голос, но на него лице — нет-нет — да всплывала задорная улыбка. — В общем, не заладились у нас с ним с того времени отношения. После того случая ни я к нему, ни он ко мне никогда не обратимся. Даже если по делу.

— То есть генерал до сих пор одноглазым, безруким и одноногим ходит, поскольку к вам обращаться ему гордость не позволяет? — удивленно вскинул бровь Лудильщиков.

— А что вы хотели, молодой человек? У него из-за жены на меня зуб, у меня к нему из-за непредусмотренных природой дополнительных отверстий в пятой точке… Знаете как тяжело зачарованную дробь из себя вытаскивать? — прославленный эскулап, всемирно признанный целитель заметно смутился. — И вообще, наше с вами занятие окончено. И, если вы хотите со своей идеей массового исцеления разобраться, то я советую вам не откладывать и ехать прям завтра, сразу! А сегодня хорошенько подумать над тем, что вы генералу говорить будете.

— Понял! Не дурак, дурак бы не понял. Исчезаю, ваше превосходительство! — и Иван решил ретироваться и больше не дразнить светило медицинской мысли.

К генералу Сухомлинову Лудильщиков решил отправиться, как и посоветовал Федоров на следующий день. Очень его увлекла внезапно осознанная возможность в адекватные сроки двадцатого уровня достичь (Слышал он как-то краем уха, про достижение этого уровня и какие-то очень значительные награды от Системы с этим достижением связанные. Ничего конкретного, но...).

Владимир Александрович Сухомлинов проживал в своем особняке на Фурштатской улице. Приметное местечко, тут многие знатные особы обосновались. Иван перенесся на улицу в один портал, после чего направился вдоль нее, высматривая какого-нибудь местного жителя. Как на грех, время было такое, что народ либо еще отсутствовал, либо по домам сидел. Наконец, отловив искомого проходящего мимо городового, узнал поточнее, в каком направлении идти и вскоре был на месте.

Дверь ему открыл кряжистый мужчина в годах. Лицо словно вырублено из целого куска гранита.

— Граф Иван Федорович Лудильщиков. Целитель. К Владимиру Александровичу по личному неотложному делу! — отрекомендовался Иван привратнику.

— Следуйте за мной! Я доложу! — Произнеся последние слова встречающий Ивана покинул, передоверив его заботам младших слуг.

Через несколько минут нашего героя проводили в кабинет, где генерал сидел за столом и что-то писал.

— Вы ко мне? — поинтересовался он, подняв от бумаг свою гладкую, словно бильярдный шар голову, уставившись единственным глазом на посетителя.

— Да, ваше превосходительство! — Иван не стал щелкать каблуками, как это было принято у офицеров, просто кивнул, склонив голову на строго выверенный градус. — Что вы скажете, если я предложу восстановить ваши руку и ногу? Ну, и глаз заодно.

— Скажу, что вы плут и шарлатан. Я интересовался таковой возможностью. За мой случай готовы взяться разве что самые известные светила, вроде Гумбольта и Патрика. Требуя при этом оплату золотом по весу и ставя в очередь