Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь

– Два-три дня без еды она спокойно продержится.

– Так она все это время нормально не питалась, только каши сегодня днем немного зачерпнула!.. Отойдите, я пройду.

Вонхо преградил ей путь в мастерскую и покачал головой.

– Подожди еще немного. Прошу тебя. Если завтра все будет так же, мы вернемся и примем другие меры.

– Да черт бы ее побрал, эту картину дурацкую!

– Тебе не жалко ругаться таким красивым голосом?..

– А красивое личико художницы Хон вам не жалко? Да если б у меня была такая внешность, я бы наряжалась каждый день и ни на метр больше не подошла к вашей шарашкиной конторе! Вы и правда не знаете, насколько дорога жизнь… Жизнь – это самое ценное, что есть на свете! Жизнь – это…

Дальше она продолжила выкрикивать неслышные ругательства. Они не были адресованы хозяину художественной группы. Это были ругательства в адрес Неба, которое забрало жизнь ее маленькой дочери.

Как было известно Чхве Вонхо, бессмысленная брань никому не причиняет вреда. Однако было среди ее слов то, что ранило его в самое сердце, – как она назвала «Пэк Ю». Шарашкина контора.

Между ними упала снежинка. Вонхо поймал ладонью падающий снег.

– Если правда так волнуешься, лучше поставь жаровню поближе к ней. В этом будет больше пользы.

Упало еще несколько снежинок, а потом еще и еще. Снег повалил и во дворе бесхозного дома. Белое полотно медленно закрывало иероглифы, складывающиеся в послание: «Приходите в “Пэк Ю” и найдите Хон Чхонги».

Глава вторая

Юноша с украденными глазами

1

19-й год правления Седжона

(1437, год Красного Змея)

19 ноября по лунному календарю

– Что скажешь? Похож на тэгуна?

Слуга взял поводья коня правой рукой, а другую приложил ко рту и выдохнул на нее белым паром.

– Почему вы продолжаете спрашивать меня об этом? Если кто-то считает, что вы не похожи на великого принца, разве это делает ваше высочество меньшим тэгуном?

– Неважно, что я и есть великий принц. Важно, чтобы я был похож на него.

Опять эти странные замечания. Слуга сморщил покрасневший нос и вцепился в поводья обеими руками. Когда Ли Ён выбрал лучшего жеребца и настоял на том, чтобы доехать до окраины города, пока все вокруг не растаяло, ему ничего не оставалось, кроме как сесть на первую попавшуюся лошадь и последовать за принцем. Снег, выпавший за ночь, все еще лип к земле и замерзал ледяной коркой, так что поездка представлялась ему весьма опасной; но этого было совершено недостаточно, чтобы остановить упрямого принца. Слуга с удивлением смотрел на едущего впереди Ли Ёна. Было непривычно видеть его наряженным на таком холодном ветру.

– Надо было ехать, когда растает снег…

– Если похитители за это время подчистят все, что могло бы дать нам подсказку, – быть беде!

– А разве вы не говорили, что не нашли тут ничего особенного вчера?

– Я так сказал?.. Ах, ну конечно! Именно поэтому мы и пришли сюда еще раз! Вдруг кто-нибудь вернулся на место преступления?

– Тогда разве не лучше, если мы будем не одни?

– Ты так думаешь?.. Ах да! Мы едем одни, потому что шансы все-таки невелики. Мы просто перепроверим все в последний раз, не стоит ради этого нагружать людей! Я сам все доведу до конца, вот такой уж я идеальный. Ха-ха-ха!

И что он только задумал?.. Неужели принц так разоделся ради того, чтобы отправиться на место преступления?

– Нет, нас двоих недостаточно. Надо было идти с вереницей слуг и спереди, и сзади. – Ли Ён покачал головой и пробормотал себе под нос: – Выглядело бы лучше.

Прислуга тоже мотнул головой, но едва не защелкал языком вслух в осуждении.

– Я кое-что хочу у вас спросить о произошедшем с астрономом.

– О чиновнике Ха?

– У него не было никаких странных надписей на теле?

– Говорят, что нет. Надписи были только на одежде. Да и они, к счастью, не кажутся слишком уж гневными. Но я не могу понять, кто из рода Хон может иметь такую тягу к власти?.. Может, это пережитки старой династии… Клан Хон?.. Странно, что они вообще решили упомянуть собственную фамилию. Может, это что-то вроде чужого заговора против их семьи?..

– Ваше высочество, разве вы сами ранее не говорили, что в мире гораздо больше личных мелких стычек, чем грандиозных заговоров? Даже само основание государства Чосон началось с разного рода мелких событий вроде чьей-то жадности до денег или запретной любви. И сейчас тоже… Неужели причиной произошедшего не могла стать жаждущая ласки женщина, как вы и предполагали? Я уже много лет живу на этом свете, но только недавно впервые встретил такого красивого человека. И флер вокруг ситуации такой загадочный… А еще, возможно, поначалу это действительно никак не было связано с женщинами, а потом вдруг стало иначе. Если принять во внимание внешность господина Ха, эта версия не кажется такой уж притянутой за уши.

Ли Ён внезапно натянул поводья и остановил коня, а затем медленно повернулся и посмотрел на прислугу. Пристально глядя на него в полной тишине, он серьезным голосом спросил:

– Ты только что сказал, что впервые в жизни встретил такого красавца?

– Что?.. Ну да, сказал, но…

– Не стоит при мне так выражаться. Нигде мне еще не говорили, что кому-то моя внешность не нравится.

Мужчина растерялся. Ему подумалось, что он оказался в весьма несчастном положении, вынужденный прислуживать этому сумасшедшему.

– Прошу, простите меня, ваше высочество. Я обязательно раздобуду для вас хорошее зеркало. Но найти такое довольно сложно, поэтому даже не знаю, получится ли…

Принц усмехнулся простоте его ответа и снова погнал лошадь. Слуга тоже улыбнулся и последовал за ним.

– Ваше высочество, поверьте мне! До тех пор, пока я не встретил предсказателя, вы были красивейшим молодым человеком, которого я когда-либо видел. Честно вам говорю!

– Ладно, ладно. Как скажешь. Я, кстати, тоже так думал.

– Вы тоже были уверены, что я самый красивый мужчина, пока не встретили чиновника Ха?..

– Нет. Я тоже предполагал, что вся ситуация как-то связана с женщиной.

Слуга рьяно закивал, смотря в затылок принцу.

– Да… Наверное, вы правы.

Ли Ён категорично покачал головой и с особой убежденностью подвигал указательным пальцем из стороны в сторону в жесте несогласия.

– Мне нравилась эта мысль только до тех пор, пока я не увидел эти иероглифы; пока не узнал, насколько скрупулезен их план!

И сам план, и идея о том, что символы могли быть оставлены еще и где-то на теле, появились в голове