"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

От моего саркастического предложения дрыщь скривился, будто лимонов в рот напихал.

— Звучит как-то не очень…

— Ну тогда голову не дури. Следующий рейс за водой без меня, чувствую, завтра ходить не смогу. — Вновь упав на кучу вещей, уложенных на песке, взглядом гляжу на полупустую бутылку водяры. Желание выпить и забыться пришло вместе с ощущением голода. — Есть чё поесть?

— Нету, только алкоголь, целый бар из настоек, дьютифришных вискарей, вин и прочей залупятины, принести чего? — Внезапно галантно и услужливо предложил пацан.

— Мартини есть? Я просто никогда не пробовал, а на халяву…

— Было, и много, если эти спортсменки всё с горя не выхлебали. Схожу проверю. — Встав с песка, очкарик запнулся, замер, после тихо проговорил, — извините, Алексей, за то, что утром не пошёл. Я испугался, эти бабы, мне весь мозг вынесли, я поступил неправильно, никак мужчина.

О… у него тоже есть совесть?

— Забудь. Увидишься ты ещё с этими амазонками. — Говорю я, и тот вмиг переменился, скинув робкую и покорную маску, тут же спросил:

— Думаете?

— Уверен, — рассмеялся я, — и это, заебал, давай не выкай, раздражает…

— Хорошо, я сейчас, быстро за мартини, а потом расскажете… расскажешь обо всём ещё раз. В общем я быстро!

Парня как подменили, видать как я, тоже слегка озабоченный, да это и неудивительно. Мужик без женской ласки, без любви, обнимашек и поцелуев, не мужик и вовсе. С окружающими мы можем вести себя как камень, как острый и опасный кремень, а вот с близкими, с теми кто под боком, хочется быть добрым и податливым. Ощущать человеческое тепло и ласку… Именно о таких, земных отношениях я мечтал всю жизнь, их, к сожалению, так познать мне и не удалось.

Начатая бутылка оказалась той самой, о которой я думал, прибывая в дьюти-фри, и покупать которую, в виду громоздкости, не стал. Парень что-то говорил о девках, о том, как половина из них уже ужралась, а я просто глядел на море, на стекло в руках, думал о чём-то своём. Усталость, голод, жжение между ног заставили меня звездочкой распластаться на мягких одеждах. Впереди море, надо мной звёзды, две луны, а в руках неплохое, наверное, пойло. Может, частично таким я видел свой отдых. Открутив пробку, ощутил странный аромат, после чего, пригубив, почувствовал стойкий вкус валерьянки с примесью каких-то трав.

— Это чё за херь? — спросил я у малого, на что четырёхглазый лишь пожал плечами.

— Мартини, настоящий. Кстати, спортсменки тебе коробку сока передали, и стакан, сказали, в благодарность. — Парнишка протягивает мне содержимое чёрного пакета. — А это лично от меня, ещё раз, извини, Лёш, что не пошёл. В следующий раз обязательно пойду!

В руках моих оказался энергетический батончик и хлеб, вернее снеки, или же некалорийные хлебцы. Поглядев на парня, оценив его худобу, попытался понять, он на диете, у него аллергия или это просто какой-то рофл-шутка? Ему толстеть надо, а не хлебцы жрать.

— Спасибо. — Переняв, заливаю в стакан пойло, затем сок, и после, под батончики и хлебцы впитываю в себя всё, что только имелось из съестного. Еда оказалась слишком непитательной, пресной, а вот мартини с апельсиновым соком вещь, вот это мне понравилось куда лучше, чем чистый травяной напиток.

— Будешь? — протянул я набадяженное мальцу.

— Не, мне мама не разрешает.

— А она с нами, восемнадцать есть? — Вернув стакан поближе к себе, переспросил я.

— К-конечно, мне вообще-то двадцать два! — возмутился пацан. — А тебе сколько?

Блять, да как так-то, что с ними со всеми, почему они так молодо выглядят⁈

— М… мне тоже двадцать два. — Передав тому стакан, добавляю: — пей, алкашка что надо, поможет расслабиться.

— Спасибо! — напряжённо выдал тощий и в несколько глотков осушил тару. Бля, я-то надеялся, он только попробует… — Ух-х-х-х, вот это да, какой крепкий!

Сразу видно, редко пьёт, я ж мешал так, что там от силы градусом пять-шесть будет, ну да ладно.

— А где твои родители? — Разливая ещё, как бы невзначай спросил я, внутри себя надеясь, что их в самолёте не было.

— Папа в Таиланде, мама с хахалем в Питере, я жил у бабушки в Москве, там и учился, а на каникулы ездил туда-сюда, на три семьи, вот и… хе-хе, ну понимаешь, да?

Ого, недвижка и в Питере, и в Москве, из зажиточных, значит.

— Да, понимаю, — кивнув, принимаюсь бухать дальше. Делать-то всё равно нечего. — Скажи, а что ты собирал у пляжа?

— А… ну, всё… Всё, что видел! Это, в Форсете, игра такая, выживач, там тоже требовалось так делать. Самым главным при крушении являлось именно лутать лут, то есть необходимо было постоянно ходить по берегу и собирать вещи с надеждой найти в чемоданах что-то полезное. К примеру, не поверишь, но я и вправду это нашёл: два чемодана, в которых были налобные фонарики, запакованные батарейки, пару пауэрбанков, правда, вымокли, но вдруг заработают… Ещё я нашёл несколько зажигалок в вещах, ножницы, щипчики и даже нож. Представляешь, Лёха, кто-то тупо положил в багаж нож, и его как-то пропустили! Куда только смотрит охрана самолёта.

— А пистолетов не было? — В полушутку, спросил я.

— К сожалению, не было, да и побоялся бы я оказаться на одном острове с человеком, что умудрился пронести на самолёт пистолет. Ты прикинь, это ж стопудовый террор, а может и контртеррор… — пацан умолк, задумался. Мир продолжал удивлять, парень нормальным собеседником оказался. Зря я на него с утра ворчал, если так, с глазу на глаз поболтать, то, в принципе, может и друзьями станем. Да он чуточку трусливый, да с виду немного на затворника похож, да и лицом, как я, не вышел, но ведь нормальный, вполне себе общительный, и об играх…

— Лёх, а ты, случаем, в Мобу Защиту не играешь?

— Нет, — обрубив тему об играх, тут же отвернулся. Играл, ещё как играл и время своё сливал в пустую, пока в жизни жареным не запахло, и тварь судьба не вынудила бросить все силы на работу. А я ж, бля, тоже человек, ещё и молодой, тоже отдыхать хочу, с пацанами катки катать… Но вместо