"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

– к концу дня чувство юмора уставшей Мояры стало заметно чернеть. – Вы готовы довериться нашим умелым рукам? – колкая острота подружки не напугала парней, и мы продолжили обмениваться шутками ровно до тех пор, пока в палатку не вошел мрачный Явуз.

Глава 43

Явуз

Стоило мне войти в палатку, как все замолчали, лишь Син продолжала беспечно что-то мурлыкать себе под нос.

Весь день мне не хватало смелости подойти к мелкой: то обуревала злость на несносную девчонку, то нестерпимое желание прижать ее к себе и не выпускать из объятий. Жуткий страх, пусть и пережитый в запрограммированной реальности, жег изнутри. Именно он побуждал меня несчетное количество раз в течение дня направлять свои энергетические потоки к Син, чтобы убедиться, что она жива, что ей не угрожает опасность. И каждый раз по невидимым струйкам моей магической силы ко мне возвращались импульсы покоя и нежности. Они удивительным образом уравновешивали меня, даря умиротворение.

Весь день в моей голове роились вопросы: почему мелкая подвергла меня подобному испытанию? Какую цель она преследовала? Что она задумала? Вряд ли только желание досадить мне было причиной страшного допроса!

Но в одном мелкая была права: во время учений проявилось слишком много странностей. Мне нужна была подробная информация по организации этих учений. Но на мой официальный запрос пришел многословный, не содержавший каких-либо полезных сведений, ответ. Поэтому пришлось воспользоваться личными связями, и то, что поведали боевые друзья, немало меня удивило.

Оказалось: учения готовил не военный штаб. Этим занимались штатские, точнее, группа чиновников под руководством нашего канцлера – главного конкурента отца в политическом противостоянии. Теперь многое становилось понятным, ведь устранив меня или Син, канцлер ослабил бы позиции генерала Контера Позеванто. О своих умозаключениях я незамедлительно сообщил отцу и затем отправился на осмотр.

В палатке находились Син, Мояра и еще пятеро студентов-лекарей. Мелкая сидела за столом и что-то сосредоточенно записывала в лекарскую карту.

- Добрый вечер, воин, - не отрываясь от своего занятия, поздоровалась она в привычной манере. – Меня зовут Син, я буду тебя обследовать.

При этом с губ егозы не сходила озорная улыбка. Несмотря на большую загруженность, ей нравилось дело, которым она была занята.

– Проходи за ширму и раздевайся до нижнего белья, - все также не поднимая глаз, распорядилась мелкая.

Я не двинулся с места. Мне почему-то очень захотелось, чтобы Син сейчас посмотрела на меня. Остальные студенты, находившиеся в палатке, замерли, опасаясь чем-либо привлечь к себе мое внимание. После спарринга с Керемом меня стали не только уважать, но и бояться. Син же удивительным образом удавалось игнорировать напряжение, повисшее в смотровой палатке.

- Воин, - все также безлико продолжила обращаться ко мне малышка, - ты стесняешься нас удивить чем-то необычным или пытаешься продлить интригу, стремясь произвести максимально ошеломительное впечатление? – перевернув страницу в карте и делая очередную пометку, откровенно хихикала надо мной егоза. – Поверь мне на слово, мы с коллегами готовы, как к первому, так и ко второму вариантам. Поэтому не теряй времени! Действуй смелей! – мелкая непринужденно рассмеялась над собственной шуткой. – Поторопись, у меня большие планы на сегодняшний вечер!

Я, злясь на самого себя, зашел за ширму, быстро снял военную форму и, как мне было ранее рекомендовано, остался в одних плавках. Именно в этом виде я и встал перед егозой, которая, мурлыкая под нос веселую песенку, наконец закончила заполнять карту и отложила ее в сторону. Лишь тогда она подняла на меня глаза, в изумрудной глубине которых плескались хитрые смешинки.

- Ну, вот видишь, Явуз. Ничего страшного с тобой не произошло. Тебе даже удивить нас нечем: ни хвоста, ни копыт, ни крыльев за спиной, даже чешуи или на крайний случай перьев на тебе нет. Все как у всех! - продолжала беспечно веселиться малышка, чем еще больше меня злила.

Хотелось наказать ее, заставить пережить тот ужас, что испытал я сегодня ночью, видя, как эриконский полковник ломал ей шею. Но Син словно не замечала моего состояния, она взяла чистую карту и начала вносить в нее мои данные, при этом давая четкие распоряжения Мояре и другим студентам взять у меня несчетный перечень анализов, провести непонятные для меня обследования, магические тесты.

- Син, может не стоит так измываться над Явузом? Некоторые процедуры болезненны! – неожиданно вступилась за меня тихоня.

- Мояра, когда еще у меня будет возможность убедиться в отменном здоровье моего неродственника? Никакие увещевания не заставят меня упустить эту чудесную возможность, - растянув губы в хищной улыбке, адресованной исключительно мне, ответила егоза.

- Син, тебе не кажется, что ты переходишь все допустимые границы? – не скрывая своего раздраженного настроения, прорычал я.

- Явуз, мы давным-давно их перешли! Не стоит друг друга обманывать! – ехидно заметила она, а затем перешла на официальный тон: - Господин куратор, Вы решили оспорить мои распоряжения или сомневаетесь в моей компетентности?

Мелкая громко и четко проговаривала каждое слово задаваемого вопроса, явно провоцируя меня на скандал.

- Ты никогда не давала мне повода сомневаться в тебе, как в лекарке, - яростно прохрипел я, необходимость подчиняться своенравной девчонке откровенно выводила из равновесия, а она, видя мое состояние, лишь усугубляла ситуацию.

- Вот и не сопротивляйся моим ПРИКАЗАМ, - акцентируя внимание на последнем слове, вкрадчиво проворковала она.

Мое обследование длилось довольно долго. Мояра оказалась права, некоторые процедуры были весьма неприятны и болезненны. За все это время Син ни разу не подошла, даже не посмотрела в мою сторону, она тщательным образом изучала результаты анализов, исследований, тестов. Лишь когда перед ее глазами появился отчет по последней процедуре, она, надев перчатки, поднялась из-за стола и направилась ко мне. К этому времени я уже был на пике своего терпения.

- Ну что ж, посмотрим, что у нас здесь! – с этими словами Син, чуть прикрыв глаза, начала изучать мое тело, водя по нему изящными пальчиками.

Ее ласковые прикосновения заставили меня вспомнить тот далекий день, когда я едва не отдал Видящему душу. Осколки фугаса тогда изрядно покуражились над моим телом и лицом, превращая их в кровавое месиво. Боль терзала мое тело, казалось, это никогда не прекратится, я бесконечно долго метался в агонии, сходя с ума. И лишь заботливые прикосновения пальцев лекаря, на которых я сконцентрировал все свое внимание, позволили мне сохранить разум.

Ну что ж, мелкая, ты выиграла предыдущий раунд. Но сейчас пришло мое время отыграться, а заодно