Обслуживание избирателей - Джон Скальци

— Теперь я беспокоюсь, что ты сама столкнула Кларку... Генриетту в ливневый сток, чтобы посмотреть, что я сделаю.

Кэролайн выглядела слегка шокированной. — Я бы никогда этого не сделала. Генриетта — семья. Нет, все действительно произошло, как я сказала. Я посадила ее, искала автобус, а когда оглянулась, она уже исчезла в ливневом стоке. Я была искренне в отчаянии. Мне пришлось держаться в образе с тобой, но горе было настоящим.

— Что ж, тогда я рада, что смогла вернуть вам вашу курицу, — сказала я. — Мне пришлось немного ее почистить. Она была покрыта, эээ...

— Дерьмом и жиром, полагаю.

— Да, и тем и другим. Я ее искупала. Использовала средство для мытья посуды. Я где-то слышала, что так нужно.

— Она выглядит прекрасно, — сказала Кэролайн. — И я в долгу перед тобой за ее спасение.

— Просто выполняю свою работу, — сказала я.

— Дорогая, никто, кто час пробирается через канализацию, чтобы найти курицу безумной женщины, просто выполняет свою работу.

— Ну, это была моя первая неделя. Я хотела произвести хорошее впечатление.

— Мне сказали, что ты также спасла Уикенд Лупидийского Празднества.

— Сегодня еще только суббота. У нас впереди еще один день.

— Эшли, совет тебе. Скромность приведет тебя только до определенного предела.

— Ладно, — сказала я. — Я спасла выходные и была чертовски крута, пока это делала.

— Вот и хорошо, — с восхищением сказала Кэролайн. — Солидная первая неделя. Может, на следующей неделе будет еще интереснее.

— Господи, надеюсь, что нет, — вырвалось у меня.

Кэролайн рассмеялась. — Мне нужно идти, — сказала она. — Но прежде чем я уйду, я хотела спросить, могу ли я как-то отблагодарить тебя за спасение Генриетты.

— Например?

— Ну, что ты хочешь? Оплатить аренду на год? Погасить студенческие кредиты? Уроки подводного плавания?

— Спасибо, — сказала я. — Я очень ценю это. Но мне ничего не нужно.

— Ладно, — сказала Кэролайн. — Но если ты все же что-то придумаешь, просто дай мне знать. Я должна тебе. — Она кивнула в сторону двери. — Будь добра и открой мне, у меня руки заняты курицей.

— О, конечно, — сказала я и открыла ей дверь. Она кивнула и ушла.

И, конечно, как только я закрыла дверь, я поняла, что все-таки кое-чего хочу.

•••

— ВАМ НЕ нужно было приходить, — сказала мне и Дженсену Лор со сцены YMCA на Двадцать третьей улице, прямо перед ее читкой «Двенадцатой ночи». — Сейчас Уикенд Лупидийского Празднества. У вас буквально есть тысяча других дел, которыми вы могли бы заниматься.

— Может быть, — сказала я. — Но я не хочу заниматься этими делами, я хочу быть здесь. И после вчерашнего, думаю, мне хватит Уикенда Лупидийского Празднества на некоторое время.

— Ну, все равно спасибо, что пришли, — сказала она. — Вы можете оказаться единственными зрителями.

— Нет, не окажемся, — сказала я и указала. — Смотри, вот идет Гида, и она привела Бунтора. — Я помахала. Гида приподняла Бунтора в знак приветствия. — Думаю, Оуигин паркует машину, а Кквивид сказал, что надеется успеть на вторую половину. Так что это вдвое больше людей, чем ты думала.

— Это что-то, наверное, — сказала Лор, а затем на ее лице появилось выражение удивления. Я оглянулась и увидела, как входит Кэролайн Хессе, одетая так, будто идет в оперу, а за ней следует толпа similarly dressed людей различных видов.

Кэролайн помахала и направилась к нам.

— Что за черт? — сказала Лор. — Разве это не...

— Эшли, — сказала мне Кэролайн, прежде чем Лор закончила мысль. Она кивнула Дженсену, затем повернулась к Лор. — А вы, должно быть, Лор.

— Здравствуйте, — сказала Лор, глубоко озадаченная.

— Я сегодня разговаривала с Эшли о том, как мне не хватает живого Шекспира, и она упомянула, что вы участвуете в постановке «Двенадцатой ночи».

— Это просто читка, — сказала Лор.

— Весь Шекспир — хороший Шекспир. Я с нетерпением жду. Ни пуха ни пера, дорогая. — Кэролайн кивнула мне и поплыла прочь к своему месту. За ней зал продолжал заполняться.

— Скажи мне, что это не тот, о ком я думаю, — сказала Лор.

— Не знаю, о ком ты думаешь, — сказала я невинно.

— Ты говоришь, что не видишь сходства?