Князь Целитель 5 - Сергей Измайлов

Так, без паники, что-то подобное уже было! Ладонь на область сердца и мощный поток целительной энергии, который начал стремительно воздействовать на организм. Через несколько секунд появился пульс, а медсестра радостно воскликнула, что удалось пунктировать вену.

— Лей на полную катушку! — сказал я ей, продолжая накачивать целительную энергию в пациента. — Так просто он от нас не сбежит!

Глава 11

Борьба за жизнь пациента выиграна, осталось залечить все раны и можно переходить к следующему. Приступая к лечению раны грудной клетки, я вспомнил слова Анатолия Фёдоровича о том, что не надо просто накачивать пациента целительной энергией, на пятом круге наступил новый этап. Теперь я могу более тонко и прицельно направлять потоки, ускоряя заживление и снижая при этом расход энергии, так и меньше тратя ресурсы самого организма пациента на восстановление.

Само ощущение энергии изменилось, она стала лучше меня слушаться. Эффективность значительно возросла.

Проводя ладонью над раной, я не просто направлял в неё поток и будь что будет. Словно тонюсенькие извилистые зелёные молнии целительная энергия точечно отправлялась одновременно в разные места, где она нужна больше всего. В моём воображении нарисовались две тучи, между которыми то тут, то там проскакивают десятки молний одновременно. Ткани восстанавливаются намного быстрее, чем поднимается дрожжевое тесто в тепле.

— Этого перевести в палату под наблюдение, — сказал я медсестре, закончив с первым раненым. — И прокапать ещё один флакон.

— Поняла, — сказала женщина, продолжая держать флакон с раствором на вытянутой вверх руке, потом дала знак санитарам, они подхватили носилки и все трое ушли с ними внутрь.

А я приступил к следующему пациенту. Осознание того, что ты можешь делать то же самое, что и раньше, но на совершенно другом уровне, быстрее и эффективнее, было невероятно приятным.

То, что раньше забирало много сил, теперь делалось играючи, буквально по мановению руки. Даже сломанные кости со мной спорить не пытались, отломки достаточно быстро становились на место, и почти сразу прихватывались мягкой костной мозолью, которая на глазах окостеневала, не давая шанса кости сломаться повторно.

Я уже закончил со вторым пациентом, а Костя с Евгенией помогли большей половине легкораненых, когда на крыльце появился Анатолий Фёдорович, с любопытством наблюдающий за нашими действиями.

— А я ведь так и не начинал обедать, — признался целитель, подходя ко мне. — Всё ждал, когда ты на помощь позовёшь.

— Да вроде справляемся, — сказал я, пожимая плечами и переходя к следующему пациенту.

— Вижу, — кивнул Герасимов. — И про первого пациента уже в курсе, как ты его буквально с того света вытащил. Там черти теперь слюной подавились, швыряют друг в друга раскалённой сковородой.

— Черти ни при чём, — улыбнулся я. — Вальгалле теперь придётся его ещё подождать.

— Вот и чудненько, — сказал целитель. — Давай-ка я тебе помогу, и пойдём обедать вместе.

— Спасибо, от помощи не откажусь, — ответил я, довольно улыбаясь.

Сейчас только вспомнил, я же не сказал ему, что плотно поел перед тем, как выйти из дома. А он благородно ждёт, чтобы пообедать вместе. Это уже не просто забота об ученике, это уважение. Получается, что я его заслужил, причём не благодаря титулам и родственным связям, а своим стараниям и заслугам, а это дорогого стоит.

С оставшимися ранеными мы разобрались минут за десять, а потом пошли в ординаторскую, где на столе стоял нетронутый обед. Ну, кроме одной порции — Василий Анатольевич сыто икнул, отодвинул от себя грязные тарелки, откинулся в кресле и почти сразу задремал. Олег Валерьевич бросил на него косой взгляд, потом достал из сумки нарезанный кусок сала и выложил на стол.

— Угощайтесь, сам солил, — гордо сказал он. — Бабушкин рецепт.

— Давненько ты нас так не баловал, Олежка! — сказал Герасимов, отправляя в рот кусочек нежного сала с богатой мясной прослоечкой. — М-м-м, красота! Нет ничего лучше вот таких простых крестьянских хитростей, ведь от души сделано, с любовью. С этим никакая фуа-гра не сравнится.

— Обычно вы так про устриц говорили, — усмехнулся Олег Валерьевич.

— А про устриц я даже и говорить не хочу, — отмахнулся Анатолий Фёдорович, отправляя в рот следующий кусочек и откусывая от краюхи свежего хлеба, тоже домашнего. — Вот он где праздник, а не вот это вот всё заграничное! Да и рассольник больничный тоже ничего.

— Диетическое питание, — прокомментировала рассольник Евгения. — Одобряю.

— Ты сальце, милочка, попробуй, — начал настаивать Герасимов, уставившись на неё в ожидании дегустации.

Я заметил до этого, что она не взяла ни одного кусочка. Причины могут быть разные, как диетические, так и вкусовые, может, она просто не воспринимала как пищу видимый жир. Но перед напором заведующего девушка не смогла устоять. Выдохнув для храбрости, она зажмурилась и положила кусочек в рот, потом медленно начала жевать. Вскоре её глаза удивлённо распахнулись, а челюсть заработала интенсивнее.

— М-м-м! — выразительно произнесла Евгения и закивала. — А это и, правда, вкусно!

— А ты думала, что я заставляю тебя его есть, чтобы меньше выбрасывать? — усмехнулся Герасимов. — Как бы не так! Мне, может, даже жалко, что мне теперь на один кусочек меньше достанется!

— Да? — девушка смутилась и жевание замедлилось. — А я хотела ещё один кусочек съесть. Ну тогда не буду.

— Да что ж такое? И пошутить нельзя! — рассмеялся Герасимов. — Кушай, золотце, кушай! Приобщайся к простой русской пище, а то все по этой азиатчине ударились. Щи да каша — пища наша! Ну и сальце, разумеется.

— И холодец, — добавил Олег Валерьевич.

— Ну да, и холодец, — охотно кивнул мой наставник. — Что-то давненько ты его не приносил. Жадничаешь, видать.

— Так вроде лето же, — пожал плечами Олег Валерьевич. — Не сезон.

— Холодцу всегда сезон! — возразил Анатолий Фёдорович, стукнув кулаком по столу, отчего Василий Анатольевич испуганно всхрапнул. — Приноси давай, надо Женю с Ваней порадовать, они же не пробовали такое чудо. Кто у вас его так вкусно готовит?

— Тёща, — улыбнулся Олег Валерьевич. — По старинному семейному рецепту.

— Отличный рецепт! — воскликнул Герасимов, потирая руки. — А тёще своей любимой так и передай, что в госпитале работа встала, без вашего, маменька, холодца все людей лечить отказываются.

По мне, все это не самый плохой способ избавиться от стресса. А то, что обсуждения становятся весьма специфическими, ну так целителям можно многое простить.

После сытного обеда, который был для меня сегодня вторым по счёту, невероятно сильно потянуло в сон, но к этому времени снова начала усиливаться канонада и зачастили пулемётные очереди. Монстры Аномалии пошли в новую атаку, а значит, у нас скоро снова появится работа.

Пользуясь моментом затишья в приёмном отделении, мы с Евгенией пошли