"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

– Вот, смотри! Он только сейчас начал толкаться так сильно, по-настоящему! – На ее глазах проступили слезы радости.

Я же не мог сказать даже слова. Я просто сидел, улыбался и гладил ее живот в надежде еще раз почувствовать легкий толчок.

– Алиса, поверь мне. Я сделаю все, чтобы защитить тебя и нашего ребенка.

– А я сделаю все, чтобы защитить всех нас… А теперь нам нужно торопиться. Мы приглашены на ужин к Императору. Думаю, ему не понравится, если мы с тобой опоздаем.

Действительно, оказалось, что время пробежало незаметно. Поэтому я поцеловал ее животик через ткань платья и мы направились через Императорский сад ко дворцу. Поднялись на платформе вверх, опять прошли контроль и направились в Императорские покои. Однако, теперь я вел ее особенно аккуратно, то и дело придерживая за талию, а она только подкатывала к верху глаза, всем своим видом говоря мне, что я слишком сильно начал суетиться. Ну и пусть, главное, что они рядом и могу о них заботиться.

К моему удивлению, оказалось, что Император сидит за столом один, и сегодня вечером только мы вдвоем составим ему компанию.

– Добрый вечер, молодые люди.

– Добрый вечер, ваше величество. – Ответила Алиса с приличествующим поклоном. Я тоже поклонился и, дождавшись приглашающего жеста Императора, проводил Алису к столу. Сейчас она казалась мне такой беззащитной, что я с огромным трудом подавил желание обнять ее обнаженные плечи и шепнуть что-нибудь ободряющее.

– Как видите, сегодня я решил, посвятить этот вечер вам. – С этими словами он хлопнул в ладоши и слуги начали носить еду.

Ужин оказался очень вкусным и на всем его протяжении мы не говорили ни о чем серьезном, лишь легкая беседа. У Императора оказалось тонкое чувство юмора и живой ум. Беседовать с ним было большим удовольствием. Тем более что он не требовал к себе подобострастного отношения, даже наоборот, казалось, он этого не любит, однако, долгие годы правления приучили его это терпеть, но в беседе с нами он дал понять, что сегодня вечером в общении хочет побыть обычным смертным. Алиса, не привыкшая к официальности и высокопарности царившей во дворце, особенно среди особ высокого звания, подобный стиль общения приняла с радостью и, подозреваю, даже с некоторым облегчением. Я все время поглядывал на нее и видел, что ей тоже приятно общество Императора, а напряжение, сковывающее ее плечи, постепенно отступает. Думаю, сейчас она увидела не просто особу королевских кровей, облаченную властью, но и обычного человека, которому просто нужно людское тепло, и который страшно устал от того бремени, которое выпало на его долю. А может он просто хотел создать такое впечатление? Думаю, нам этого уже не узнать.

Когда ужин подошел к концу, Император предложил переместиться в удобные кресла у раскрытого окна. На улице уже стемнело, и оттуда веяла живительная прохлада. Освещение при этом предусмотрительно погасили, оставив лишь небольшую лужицу света в том месте, где присели мы. От этого создавалось ощущение интимности и уюта.

– Что ж, мои дорогие. Настало время вопросов и ответов. Сегодня я постараюсь ответить на все, а также рассказать то, что давно должен был поведать людям, но просто напросто не осмеливался. Но время, видимо, пришло.

Потом Император погрузился в какие-то размышления, и мы некоторое время сидели молча. Вдруг он встрепенулся и произнес:

– Итак, какие вопросы вы хотели мне задать?

Вопросов, конечно, было много, но именно сейчас они вдруг показались второстепенными и мы просто не знали с чего начать.

– Зачем вы дали мне ту книгу? – Раздался голос Алисы.

– Чтобы ты поняла.

– Что поняла? Что людям с детства внушается, что мы недочеловеки? – С возмущением сказала Алиса.

– Именно.

Алиса явно была сбита с толку.

– Я хотел, чтобы ты поняла, что с момента, когда люди перебрались в Запретный город, система образования и всей их жизни была создана на основе ненависти, недоверии и брезгливости к людам.

– Но зачем? Не понимаю.

– Чтобы скрыть правду.

Император главным образом разговаривал с Алисой и пристально смотрел ей в глаза, но тут отвел их.

– Какую правду? – Вырвалось у меня.

– А ты сам разве еще не понял?

Догадка раскаленным железом пронзила мой мозг. Все пазлы сошлись воедино. Все то, что раньше казалось бессмысленным, вызывало недоумение или внутренний протест, вдруг встало на свои места, и я увидел всю картину целиком.

– Величайший обман. – Наконец вымолвил я.

– Именно. Величайший обман, порожденный гордыней, пренебрежением и развращенностью нашего народа.

– Но почему? – Мне было почти физически больно от того, что я наконец все понял.

– Эй! Может вы все поняли, но я пока в неведении. Может, поделитесь? – Голос Алисы звенел от сдерживаемого напряжения.

– Хорошо, я все расскажу тебе по порядку. – Проговорил Император.

Он пригладил свою седую бороду и начал рассказ.

– Как ты уже знаешь, наша раса живет гораздо дольше на этом свете. В тот момент, когда появились вы и только начинали свои первые шаги в пещерах, мы уже стали господствующей расой на земле, создавали целые государства и производили научные открытия. Людов мы не трогали и позволяли им существовать по своим собственным законам, но, подальше от нас. К тому времени мы уже научились использовать защитные поля, поэтому держать людов подальше от наших городов и селений не составляло труда. Сначала, вы, уж извини, вообще приравнивались к животным и считались опасными.

Но время шло, вы стали умнее и физически полностью стали нашим подобием. Многие решили, что люды выросли в расу рабов, и природа создала вас специально, чтобы прислуживать людям.

– Бред какой-то! – Вырвалось у Алисы.

– Именно, но разве у вас в истории нет страниц, где более отсталую нацию приравнивают к рабам или более сильный делает рабом более слабого? Надо сказать, у вас рабство и крепостное право были отменены не так уж давно.

– Как ни странно, но вы правы. – Наконец согласилась Алиса.

– Поэтому, я прошу тебя Алиса: не суди нас слишком строго. Все мы совершаем ошибки. – После недолгой паузы Император продолжил.

– Людов начали пускать в города и, в конечном счете, вы стали неотъемлемой частью нашей жизни. Однако, время шло вы изменились. Вы действительно меньше жили и с деторождением у вас все обстояло гораздо проще , но в остальном вы стали такими же, как мы, и начали происходить случаи, когда человек влюблялся в люда, но люди не желали этого признавать. Рабы и ничего большего – вот чем вас считали. Подобные случаи тщательно отслеживались, и влюбленные пары бесследно исчезали.