Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

Это был отряд из пяти человек. Трое мужчин с молотами, один юный парнишка и старик. По сторонам они глазели, но нас не засекли. Мы за ними с час топали. Я всё хотел разобраться в том, как рабы добывают специи. Наши запасы подходили к концу, как их пополнить в лесу, пока было неясно. Змеи оказались настолько непрезентабельны, что никто их пробовать не рискнул.

Старик в отряде шёл первым. И по тому, как он уверенно и ловко двигался, я сделал вывод, что не из-за того, что старикан обуза, которую не жалко. За опыт его пустили вперед. Ну и за то, что мышцами поработать он уже не мог. Парень у него на подхвате был. Ученик? Возможно.

Я тогда этого ещё не знал, но эта пятерка — классическое построение отряда. Три раба, что отгибали стебли и открывали дорогу, если тропы не было. И доставали специи, но об этом позже. Остальные двое — поводыри. Те, что искали простой путь. Потому что даже один стебель отогнуть — это надо немеряно усилий приложить. А если в тупик уперся, то ведь не один стебель. Там и пара десятков может быть. Как крупных, так и мелких. В общем, каждый тупик задерживал отряд и заставлял растрачивать силы.

Самое интересное началось, когда отряд нашёл специю. Я не сразу понял, в чем дело, но по оживлению людей было видно, что ситуация нестандартная. Двигались мы скрытно, внимания к себе не привлекали, поэтому и молчали. Слышимость в лесу хорошая.

Жемчужина находилась в переплетении стеблей. Настолько тугом, что сразу её невозможно заметить. Стебли образовывали что-то вроде кокона. За который три молотобойца и взялись. Точнее, два. Принялись рубить основания. Третий по сторонам глядел, чего-то опасаясь. И не зря глядел. Через пару ударов, которые оглашали лес громким треском и хрустом, стебли поползли к отряду. По ним-то третий раб и принялся отрабатывать. А вот юнец кинул небольшой мешочек с чем-то в сторону, и стебли поползли туда. Кровь?

С задачей они справились минут за пять. По краю прошли, но, кажется, это было для них нормальным делом. Как жемчужину достали, быстро свалили. В другую от нас сторону. Мы их преследовать не стали.

— Ждём здесь, — пояснил я, больше не скрываясь. — Хочу посмотреть, что дальше с лесом будет.

Ничего особенного. Стебли какое-то время побесновались и успокоились.

— Узнал, что хотел? — спросила Кая, когда всё кончилось.

— Да. У меня для вас хорошие новости.

— Какие же? — с подозрением спросила девушка. Да и Хала на меня покосилась. Один Резано невозмутимым остался.

— Я тут подумал, что этот лес — отличная площадка для тренировок.

— Чего? — возмутилась Кая. — Каких ещё тренировок?

— На силу и всё остальное. Пока в войне участвовали, каждый из нас успел наесться специй. Потенциал мы этот ещё не реализовали. Как перестать быть рабами, тоже неизвестно. Поэтому… Раз уж разобрались, как специи добывать, то наладим поставки, а остальное время посвятим тренировкам.

— Как ты их добывать собираешься? — спросила Хала, а потом сама же и ответила: — А, точно. Внешняя сила.

— Да, — кивнул я. — Судя по тому, как мучаются остальные, тому, что нас до сих пор не трогают, и тому, как я уже перерубал стебли… Внешняя сила среди рабов — это аргумент.

— Твой аргумент, — сказала Кая.

— Да. Но ты ведь уже коснулась темноты? Сосредоточься на этом направлении. Вы двое тоже, — посмотрел я на Халу и Резано. — Ищите только что-то своё. План такой. В ближайший месяц мы должны полностью адаптироваться к этим землям и узнать, как перестать быть рабами. А в течение полугода вы должны освоить внешнюю силу. Какую захотите.

— Как будто это так просто, — мрачно заметил Резано.

— А куда деваться? — пожал я плечами. — Есть подозрение, что это единственный способ обрести свободу.

Глава 4. Ночь

Спустя ещё четыре дня, когда у нас закончились запасы еды, мы вернулись в селение. С утра и зашли. Когда основная масса рабов ушла, остался староста да ещё несколько человек.

К этому моменту я знал куда больше. То, что старосту зовут Джон и он сам в лес не ходит. То, что его все боятся, при этом не прочь занять его место. То, что группы остаются отдыхать только в том случае, если до этого взяли неплохой куш.

Эти сведения я получил путем личных наблюдений. Ну и пару раз встретив Сенда. Тот вступил в другую группу и больше не подставлялся.

— Какие люди, — воскликнул Джон, заметив нас. — А я-то думал, что сдохли давно. Чего пришли?

— Еду купить, — ответил я.

— Цену ты знаешь. Одна жемчужина — одна порция.

— Наглее ложь сложно придумать, — фыркнула на это Кая.

О чём я её заранее попросил. Конфликт требовалось обострить.

— В чём же ложь? — усмехнулся Джон. — Цены здесь определяю я.

— В том, — не растерялась Кая, — что за одну жемчужину отряд из пяти человек получает еды на весь день. Итого пятнадцать порций, а не одну.

— Не нравятся мои цены, можете купить в другом месте, — парировал староста.

Призвав силу копья, увидел, что не один такой. Ноги Джона тоже оплетала аура. Знакомое зрелище.

— Нас такой расклад не устраивает, — ответил я. — Отряды с трудом по одной жемчужине в день добывают. Названная тобой цена непомерна.

— И что дальше? — прищурился он, прекрасно разглядев, что я тоже внешнюю силу задействовал.

— Дальше есть три варианта. Первый — ты снизишь цену до приемлемой. Второй — ты умрешь. Третий — умру я.

— Как грубо, — он встал, потянулся и оглядел нас. — Моё полное имя — Джон Быстрые ноги. Догадался уже, за что так прозвали?

Он сместился слишком быстро. Настолько, что я не уследил. Сделал шаг и оказался за спиной Каи, схватил её и прижал нож к горлу.

— Неплохо, неплохо, — сказал Джон, касаясь ножом защиты Каи. — Мне сказали, что вы оба — два таланта. Насчёт вас молчали, — кивнул он на Халу и Резано. — Уже покровы новые создали. Очень быстро. Настолько, что аж зависть берет.

Не удержавшись, я рассмеялся.

— Я сказал что-то смешное? — разозлился Джон.

— Нет. Ты сделал кое-что глупое.

Выбрал для атаки ту, кто меньше всего подходит.

Мы здесь уже неделю. Семь дней я наблюдал, изучал, подслушивал. Ходил и к поселению. Никого здесь не было с навыками разведки. Я гулял по поселению так свободно, как мне того хотелось. Вначале опасался, но потом дошло, что рабы, они и есть рабы. Это не великие