Архивраг. Компиляция. Книги 1-4 - Константин Сергеевич Стригунов

и сам побывал в похожих ситуациях от преподнесенных Зоной «сюрпризов». Получить болота вместо леса — дело самое простое здесь, и похоже, что и этот случай подтверждал репутацию Зоны. Зачерпнув рукой торф, Филин внимательно рассмотрел его, после чего на общей частоте произнес:

— Похоже болота здесь появились недавно, возможно, не последнюю роль сыграли частые дожди. Мы находимся в низменности, вроде ложбины и скапливающейся воде просто некуда деваться. — Он стряхнул торф и подошел к первому попавшемуся кусту, откуда выломал длинную палку, попутно обломав росшие боковые ветки.

— Грунт не очень рыхлый, поэтому идти можно, но без шестов лучше не соваться.

Наймиты бодро взялись искать себе подходящие палки и полковник не стал исключением, но когда группа выстроилась в цепочку, Серегин почувствовал ощутимый толчок в плечо.

— Смотри, куда идешь, — резко бросил ушедший вперед наймит. Узнать его по голосу не составило труда — им был Злой, который подобно бульдозеру прошел вперед. Теперь полковник оказался предпоследним в отряде и за ним шел только один из людей Филина. Несомненно, их лидер изначально задумывал так, чтобы Серегина поставить в центр группы и ни сколько ради желания обезопасить взваленную на него обязанность охранять его, сколько одновременно следить за ним. Недоверие постоянно ощущалось, что, впрочем, было вполне закономерно. В Зоне, как и за ее пределами, даже близкие люди далеко не всегда доверяли друг другу, то об этих типах и говорить нечего. По большому счету полковнику было глубоко наплевать на доверие с их стороны, ему хотелось выбраться из здешней радиоактивной дыры и быть как можно дальше, чтобы не осталось ни единой детали, которая могла ему напомнить об увиденных кошмарах. Он не доверял американцам, на которых работал, хотя и выполнял их поручения порой с излишним рвением, на что они закрывали глаза, понимая, сколь ценный источник у них был в руках. Ценным людям прощают очень многое, но ему как и любому другому агенту, в основе работы с которым лежали деньги, никто и никогда до конца не доверял. Чаще всего у агента такое чувство взаимное. В особо тяжкие моменты Серегин жалел, что не сказал сразу кураторам, как добраться к сверхразлому, но в этом случае он мог стать для них бесполезным, во всяком случае такую возможность никто не отменял. Полковник прекрасно понимал связь основных разработок в комплексе именно с источником чрезвычайно мощного пси-поля и как только он сообщил бы им самое главное — путь, которым можно добраться к нему — никто в целом мире не смог бы дать ему гарантии помощи выбраться отсюда. Серегин показал им почти всё, как и обещал, но напоследок оставил самую важную информацию, о которой не сообщал до самого конца. Это была его страховка, последний аргумент, которым он мог торговаться и которым попытается убедить их в своей ценности.

«А может у них не было выбора?» — вдруг подумал полковник. В самом деле, а вдруг они считают его единственным, кто способен привести к источнику, даже если им и без него станет известно точное расположение входа к нему? Этим можно объяснить, почему хозяева поставили условие, чтобы он лично привел к источнику. Серегин отбросил рассуждения, глядя в спину Злому, который и не подозревал, что полковник нарочно пропустил его вперед.

Скорость хода существенно замедлилась, особенно когда к и без того трудному маршруту прибавились аномалии разной природы. Тут и воронки, срабатывавшие совершенно беспорядочным образом, образовывали на топи расходящиеся радиально в сторону круги, и разновекторные гравитационные ловушки, втягивающие в себя любой предмет в одной части пространства, а буквально в метре меняли направление на противоположное и уже отбрасывали угодивший в них предмет. Те из них, способные отбрасывать вверх, в сталкерской среде назывались трамплином за возможность взлететь на большую высоту. Путь между ними был похож на сильно искривленную линию, по которой можно идти целый час и продвинуться не больше двухсот метров, но ни один сталкер не станет жаловаться на столь существенные потери во времени, если будет знать о существовании прохода и возможности его обнаружения. Последнее обстоятельство важно не меньше, чем наличие или отсутствие выхода как такового, ведь порой найти верную стезю невозможно даже с применением лучших детекторов и наличия огромного опыта ходоков. Филин об этом хорошо знал и оказался способен вести остальных за собой как настоящий лидер, коим его выбрали явно не просто так, но несмотря на приспособленность наймитов к здешним условиям, у Серегина перед ними было определенное преимущество. О нем он сознательно умолчал, решив, что в нужный момент его знания могут сыграть ему на руку. Местность, которой они шли, была знакома бывшему разведчику еще до превращения в топи, причем в не меньшей степени, в какой он имел о ней представление после образования болота. Не сказать, что мог едва ли не с закрытыми глазами провести целый взвод солдат, но ориентироваться был вполне способен. Ничего удивительного здесь не было, с учетом годов проведенных в радиоактивных землях, поэтому пока полковник просто выжидал. Кто знает, как эти болота могут ему помочь. Раздался голос лидера наемников:

— Обходите концентрические волны на поверхности, их авторство принадлежит множеству мелких гравианомалий.

К словам Филина стоило прислушаться. Ступи в такую ловушку и в миг лишишься ног, что вынуждало следить за каждым своим шагом, выверяя дистанцию и надежность выбранного места, куда следовало перенести весь свой вес. Шаг за шагом отряд все дальше углублялся в дикие и малоисследованные болота, испарения которых порой не всегда точно распознавал химический анализатор в распоряжении наймитов. Полковник прекрасно видел сколь опасно пробираться дальше пускай и медленным шагом, ведь порой между аномалиями расстояние не превышало длины вытянутой руки, а ровно идти по вязкой жиже получалось далеко не всегда. Часто главарь отряда останавливаться и давал команду поворачивать в противоположном направлении и на некоторое время Серегин шел вторым до тех пор, пока не следовал приказ снова менять направление. Отряд потратил целый час на проход трехсот метров, но с каждой проведенной минутой оставалось все меньше сил, а конца-края болота не было видно. Единственным обнадеживающим фактором оставалась способность определять собственное положение, благодаря чему получалось выдерживать первоначальное направление и не делать лишние крюки. От мысли о блужданиях в этих землях полковник похолодел, поскольку сам недавно каким-то чудом сумел выбраться из пространственной аномалии. Помимо Зоны главным фактором, способным разрушить планы Серегина, оставался Злой, чье недоверие и откровенная враждебность по отношению к нему никуда не исчезла. На счет остальных полковник хоть и