Рыцарь Резервации. Том III - Александр Артемов

— Кстати, его так и не нашли? — задумалась Аки, перебирая газеты. — Илья, смотри!

И сунула мне под нос маленькую заметочку:

— «…чудом избежавший страшной участи стать ходоком, — прочитал я выдержки из статьи, — Степан Варфоломеевич Бездомный, ранее служащий начальником поезда 'Ураган», найден застрявшим в бобровой запруде… Изувеченный зверьем, радикулитом и скитаниями по лесам Бездомный полностью потерял человеческий облик…

— А что сталось с бобрами? — спросила Аки.

— Бобры не пострадали… — продолжил я, Аки выдохнула. — Самому Бездомному предъявлено обвинение в халатности, расхищении госимущества, махинациях и коррупции. Однако, учитывая его теперешнее состояние, он направлен в Шардинскую психиатрическую лечебницу… Так-так… По результатам врачебной экспертизы ему грозит либо попасть в руки правосудия, либо провести остаток дней в смирительной рубашке'.

— Надеюсь, он сгниет там! — грозно сощурила глаза Аки.

— Кровожадная какая, — покачала головой Метта.

Я же пожал плечами и отложил газетенку.

— Очередным врагом меньше? — спросила моя невидимая спутница. — Можно поставить зарубку на фюзеляже?

— Если бы еще Горбатов заехал по этому адресу… — вздохнул я. — Как, кстати, у них дела? Ты же оставила с ним пару жучков?

— Картинки у меня нет. На таком расстоянии я не могу пока передавать информацию без цельной Шпильки. Но могу заставить их немного с ним поиграться в автономном режиме.

— То есть?

— Я обеспечила ему такой зуд и головные боли, которые он не скоро забудет, — широко улыбнулась Метта. — Расслабьтесь, возможно, он и готовит ответный удар, но в перерывах между вылавливанием блох.

— То есть он постоянно чешется и страдает от мигрени?

— Ага. И сильно! — хихикнула она. — Надо бы как-нибудь проехать мимо его усадьбы и проверить, как справились мои малыши…

И зловеще захихикав, она потерла ладошки.

— Метта… ты… жестока. Он все же человек немолодой.

— А нехрен было переходить дорогу Марлинскому!

Твоя правда. Ладно, все хорошо, что хорошо кончается.

Я поднялся на ноги и под пристальным взглядом Аки протянул японке ладонь и проговорил:

— Акихара, не хотели бы вы посмотреть, ради чего мы страдали всю ночь?

— С радостью! — кивнула она и взяла мои пальцы.

Ги тоже поднялась.

— А… мне можно? — повернулась к нам Тома и зарделась.

Мы с Аки снова переглянулись. Смущенная и розовощекая лисичка в переднике, которая совсем недавно бегала в неглиже в поисках винтовки, это очень милое зрелище. Хотя за бдительность ее надо похвалить. Мы-то все никак не могли понять, откуда ревет эта скотина.

Кивнув, я поманил девушек за собой. В коридоре мне попалась Мио:

— Рада, что вы в добром здравии, хозяи…

И взяв автоматессу под руку, я направился в подвал. Через пару минут там светились фонари, а наша компания разгребала связки проводов, чтобы добраться до заветной комнаты. Недвижимое тело Рен все еще лежало посередине подвала — аккуратно ее обойдя, мы направились к двери.

Вот, кстати, и она. Здоровая — словно ее поставили здесь, чтобы сдерживать нечто очень большое и сильное. Запоров просто дохрена — целых двенадцать шту…

И тут я хлопнул себя по лбу. А ведь не все так просто — замочных скважин на ней столько же, сколько и запоров — ровно двенадцать!

— А ключ у нас всего один! — вставила очень обязательно замечание Метта.

— Облом? — спросила Аки, посматривая, как с задумчивым видом верчу ключ в руках. — Можно собираться в ШИИР?

Я почесал макушку. Неужели нам нужен был не один, а целых двенадцать ключей, лежащих в сейфе⁈ Как-то факт дюжины замков на двери совсем вылетел у меня из головы.

Впрочем, зачем Онегину было оставлять всего один рисунок ключа из двенадцати? Или где-то в Таврино спрятаны еще рисунки?

Тома на мой вопрос лишь отрицательно покачала головой:

— Мы с Лизой и остальными перевернули все в усадьбе. Я вас уверяю, Илья, — никаких других рисунков нам не попадалось. Иначе они давно бы были у вас!

Ладно, не верить ей оснований у меня нет. Все же она помогла мне найти правильной код от сейфа.

Может быть, спросить у старосты? Снова мимо — иначе вся «колода» уже была бы у меня. Отдавать мне один рисунок, а остальные зажимать у него мотивов нет.

Или же…

— Хмм, — вдруг раздался задумчивый голос. — А я всегда думала, для чего он…

Мы с Аки и Томой удивленно повернулись к автоматессе. Ги стояла и рассматривала собственную руку.

Щелк! — и на конце ее указательного пальца откинулся «колпачок». Ключ!

— Ну-ка, ну-ка, — проворковала Ги и широким шагом зашагала к двери. — Позвольте-ка!

Мы разошлись, и Ги встала перед дверью. Немного повозившись, она вставила свой палец в один из замков. Щелкнуло, и первый запор со скрипом утоп в двери.

— Ги, ты умничка! — обрадовался я и, чмокнув автоматессу в полированную щеку, повернулся к Мио. — У тебя, полагаю, такой же?

Мио с удивлением посмотрела на свои руки — на все четыре. Перебрав все двадцать пальцев, она наконец нашла нужный.

Щелк! Вот и второй!

— Как удивительно, — пробормотала Ги, коснувшись «щеки». — Это же называется «поцелуй»? А можно я тоже поцелую вас, господин?

— Давай, только немного погодя, — сказал я, и тут снова щелкнуло.

Второй запор ушел в дверь. Осталось всего десять.

— Так, — повернулся я, — Мио, зови остальных!

Но по ступенькам уже щелкали каблуки, минуту спустя в подвале собрался целый табор автоматов. Они с удивлением перебирали собственные пальчики, и следующей к двери с торжественным видом подошла Сен.

— Надеюсь, дольку наследства вы мне отсыпете, господин, — хихикнула она и сунула палец в замочную скважину.

Щелкнуло — девять!

— Какая наглость… — пробурчала Метта, а я хмыкнул:

— Даже если и отсыпем ей немного монет, интересно, куда она их потратит? Купит себе еще одну пушку?

— Возможно.

— Тогда это в наших интересах. С хорошим оружием Сен сможет хорошо охранять усадьбу.

Нащупав у себя ключи, автоматы подходили к двери и по очереди вставляли ключи. Один запор за другим исчезал в двери. С каждым щелчком у меня по спине бегали все больше мурашек.

— Прости, Илья, — сказала Метта. — Это жучки. Я тоже нервничаю.

Почесавшись, я огляделся.