Слабость духа - Мастер_Угвей

рук, которыми он попытался пробить мою броню. Однако я успел сделать небольшой шаг в сторону, отчего его клинок пролетел в миллиметрах от моей головы с шеей. Благодаря этому сама тварь также вплотную встретилась с моим фазовым мечом, которому было плевать на любую броню ксеноса — моё лезвие с лёгкостью пробило его внутренности, после чего одним взмахом разделило тварь на две половины.

Следом на меня попытались наброситься ещё десяток подобных чудовищ, однако я не собирался оставаться на месте и давать им преимущество толпы. Сделав несколько выстрелов вперёд и превратив тройку монстр в пепел, я рванул вперёд, параллельно продолжая разрезать подступающих тварей на куски. Ровно до того момента, как био-титан в тридцать метров ростом не попытался раздавить меня своей конечностью, размерами не уступавшей многоэтажному зданию.

В тот момент меня также окружил целый рой мелких летающих тварей, которые безрезультатно пытались своими бритвенно острыми зубами прокусить мою броню, но по итогу лишь встретили смерть от конечностей своего собрата, раздавившего их всех. За мгновение до удара я озарился зелёной вспышкой локального телепорта, отчего оказался в десятке метров над землей прямо у глаз этого рогатого титана. Его взгляд был полон чистейшей ярости и желания уничтожить меня, однако я быстро прекратил жизнь этого порождения — один залп Гауссового огня и весь его мозг быстро превратился в ничто.

Тело монстра начало быстро падать к земле, пока я со всей скоростью начал бежать по его хребту, в то же время отстреливаясь от всех крылатых тварей, что пытались подлететь ко мне и поразить своими струями кислоты или обездвижить зарядом био-электричества. Мой доспех либо не замечал эти удары, либо мгновенно восстанавливался после них, пока я сам уничтожал тварей одну за одной. В самый последний момент я запрыгнул на крупнейшего из летунов, который пусть и старался сбросить меня с себя, однако мой клинок, пробивший его спину, позволял мне держаться на новом транспорте.

Сам же я в это время стремительно создавал код анализа биологических материалов, которые удалось получить в ходе сражения, а также параллельно лично разбирался во всём изученном устройстве этих ксеносов. Пусть Цегорах и считал себя великим шутником, однако мне было плевать на всё, что он собрался бросить на меня.

Если этот божок решил, что меня можно напугать угрозой из возможного будущего, то он явно не понимал, с кем имел дело. Потому как он только что предоставил мне биологические материалы существ, для подготовки к борьбе с которыми у меня будет достаточно времени, стоит вернуться в привычную мне реальность.

Адаптация к любой угрозе — величайшее качество людей, сделавшее примитивных жителей Терры властелинами Млечного пути. И ни улью бесчисленных монстров, ни каким-то клоунам, ни настоящим богам с демонами не изменить это, и не сломать человеческий дух.

Я летел на гигантском жуке более минуты, пока к нему наконец-то не подоспели его «друзья», начавшие разрывать его буквально в полёте. Я уже был готов к этому, отчего успел сделать очередной прыжок с тела умирающего монстра на спину другого в десятки метров от меня. Но теперь я не останавливался — очередной выстрел из Гауссового оружия, и тварь подо мной начала распадаться на составляющие. Я же в последний момент сделал очередной прыжок, двигаясь вверх.

Прямо в сторону гигантского корабля, сделанного из плоти и хитина, откуда и выходило большинство тварей. Ведь если моя теория про общий разум этого роя подтвердится, а анализаторы генного кода этих ксеносов выдадут верный результат, то в теории появится даже шанс разобраться со всеми монстрами сразу, поразив их «королеву». И если верить элементарной логике, то она должны находиться в самом защищённом месте, управляя этими легионами и гарантируя то, что у этой вечной армии всегда будет пополнение.

Пусть Шут и решил закинуть меня в эпоху, где, видимо, даже людей больше не было, явно рассчитывая подавить мой дух бесконечными боями с неисчислимым врагом, но это не значило, что даже сейчас я прекращу думать головой и решать проблемы. Сколько бы врагов он ни бросил на меня, но пока у меня есть, за что сражаться, я не сдамся.

. . .

…Бросив на землю отрезанную голову «королевы улья», я с непониманием оглядывался по сторонам, пытаясь понять, куда ещё раз закинул меня один клоун. Всё моё тело было покрыто кровью и кислотой ксеносов, пытавшихся остановить меня любой ценой, но по итогу проигравших в процессе.

И, честно говоря, даже жаль, что эльдарский божок резко забрал меня с корабля роя и вновь закинул куда-то — я ведь был в шаге от того, чтобы повредить центральный нервный узел роя, тем самым отсоединив его от общего сознания ксеносов. После этого уже можно было попытаться «взломать» бездумных монстров, беспрекословно подчинявшихся приказам свыше. Было бы забавно ощутить себя на месте древнейших людей, одомашнивавших первых диких зверей.

Однако от этих мыслей меня отвлёк удар пылающего молота, который чуть ли не превратил мою голову в кровавое месиво. Я смог увернуться от него лишь благодаря протоколам автоматической защиты моего доспеха, но это не сильно помогло, так как за ним сразу же следовал ещё черёд нескольких молниеносных и невероятно могучих ударов. После каждого из них трещала земля в месте попадания, отчего казалось, будто я сражался с настоящим землетрясением, обрётшим форму. Ну или чем-то ещё более разрушительным.

Горящее тело в чёрной железной броне и с серебряными руками, казалось бы не таким уж чем-то странным, если бы не голова существа. Горящий череп нескончаемо пылал, и не было ничего, кроме ярости и природного гнева в раскалённых дырах на месте глаз. Поверил бы, что сражался с каким-то диким и могучим демоном, да вот следующие слова Шута вместе с уникальными руками моего противника, намекали на другую, куда более неприятную теорию:

«Если кому-то не нравится классическая история про героя, учащегося на своих ошибках, то как насчёт комедии? Ты знаешь, что на Терре когда-то были аттракционы, где люди смотрели в кривые зеркала и смеялись над своими отражениями? Так вот и тебе выпал шанс побыть чьей-то уморительной копией.»

Великан в очередной раз замахнулся, попытавшись раздавить меня, вот только пламя на бойке теперь пылало в десяток раз сильнее. Казалось, он держал в руках миниатюрную звезду, из-за