"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

- Так точно он, - ответил лейтенант. – Он последний оставался на позиции, когда моя рота вошла туда. Перед ним лежало два десятка убитых наших солдат. Последним он убил булочника Ксанье.

- Вы говорите по-французски, - спросил Фуке.

- Говорю.

- Удивительно. Кто вас научил? Медведи? У вас медведи учат офицеров языкам? – спрашивал полковник, думая, что шутит.

- В кадетском корпусе обучался.

- О, ля-ля, у вас есть кадетские корпуса?

- У нас много чего есть, того, чего нет у вас.

- Хватит. Отвечайте, вы кто?

- Капитан Головко, командир батальона шестого егерского полка.

- Такой молодой командир батальона. У вас не хватает офицеров?

- На эту должность я поставлен фельдмаршалом Суворовым, за проявленную отвагу и мужество в сражениях.

- В Италии отличились?

- Да.

- И где сейчас ваш Суворов?

- Не могу знать.

- Почему?

- Мне было приказано выступить в городок Шпиц, я его выполнял. Где сейчас фельдмаршал с войсками я не знаю.

- Верю. С посещением Шпица, вы капитан опоздали. Австрийские войска его оставили ещё неделю назад, и ушли восвояси. Ваш князь Римский-Корсаков напрасно ждал эрцгерцога Карла, тот уже пил вино у себя дома. Наши доблестные войска расправились с вашим генералом, в скором времени, и Суворову нанесём поражение.

- Это вряд ли. Фельдмаршал не проиграл ни одного сражения. Его образ военной мысли, предугадать невозможно. Он всегда находит единственно правильный выход в сложной ситуации.

- Тогда почему он не помог вам.

- Он знал о вашем присутствии в Шпиц.

- Откуда?

- Я послал людей к нему с донесением.

- И что вам ответил Суворов?

- Ничего.

- Почему? Он бросил вас на произвол судьбы?

- Пожертвовав моим батальоном, Суворов сохранил армию.

- У вас странная фамилия, не типичная для России.

- А я и есть не типичная для России личность. Мой дед, отец и я из запорожских казаков.

- Вот откуда эта дикость в бою! Я слышал, казаки, большие мастера сабельного боя. Сразитесь с лучшей саблей моего полка?

- Почему бы и нет. Только, если вы заметили, я сейчас не в лучшей форме.

- Вам дадут возможность отдохнуть, помыться и накормят. А завтра устроим поединок. Смею вас заверить, бой будет честным, до смерти одного из вас. Победите, я дарую вам свободу.

- Не возражаю.

- Наглый вы капитан. Вы не смеете возражать, вы должны покоряться моей воле.

- Покоряюсь, и хотел бы воспользоваться вашим радушием.

- То-то же.

- Лейтенант, проведите капитана, пусть он помоется, и накормите его, - распорядился Фуке.

- Будет исполнено, - мотнул головой лейтенант.

Меня вывели во двор. Осмотрелся. Небольшой, похоже, средневековый замок. Стены высокие и серые, выглядят не очень эстетично. А эстетика мне, зачем сейчас? Одёрнул себя мысленно. Выжить надо, вот главная задача. Бежать бессмысленно, пристрелят моментально. Да и куда бежать? Я не знаю, где нахожусь по большому счету. Ладно, буду определяться завтра, когда одержу победу в поединке. Самоуверенно заявил я себе мысленно.

Мылся возле отхожего места, куда два карабинера принесли бочку тёплой воды. Мне естественно никто не помогал. Карабинеры стояли в стороне, направив на меня штыки ружей. Опасаются, значит, уважают.

Помылся, выстирал рубаху. Камзол стирать не стал, его проще выкинуть, он весь изорван. Но с выкидыванием не торопился. Осень, она и в Швейцарии осень. Потом меня кормили, из солдатского котла. Правда, поднесли кружку вина. Отказался, выпил две кружки чистой воды, несказанно удивив французов.

На обратном пути в своё узилище старался более детально рассмотреть место пребывания. Нарочно шёл медленно, наслаждался свежим воздухом и свободой. Никто меня не гнал. Когда за спиной захлопнулась дверь камеры, улёгся на лежанку, и завернувшись в остатки камзола, уснул.

Разбудили меня только утром, сообщив, что пора завтракать, и сражаться. Самочувствие, по сравнению со вчерашним днём, значительно лучше. Не просто будет поединщику лишить меня жизни. Покормили нормально, даже какой-то горячий напиток дали попить.

Приговорённый капитан, к поединку готов. Ведите на арену. Опять шучу, значит, все сложится нормально, посетила меня мысль.

По периметру квадратного двора, размером примерно, сорок на сорок шагов, выстроились рослые карабинеры, направив штыки вовнутрь двора. На галереях, обращённых во двор, разместились офицеры, даже несколько дам заметил. Ждут потехи.

Вчерашний лейтенант подал мне саблю. Ух ты, да это моя! Подобрали, значит, на поле боя. Осмотрел клинок. Кто-то заботливо его поправил и наточил, почти до бритвенной остроты. Что ж, неплохо, не надо будет привыкать к весу незнакомого оружия.

Снял остатки камзола, и аккуратно уложил на каменную тумбу. Остался, в когда-то белой рубахе. А где мой противник? Не торопится. Зачем торопиться? Никуда я сбежать не смогу.

Лейтенант вышел на середину двора, и громко отрекомендовал моего противника:

- Хорунжий Владислав Сапега.

Ну, вот, здрасьте! Опять поляк. Мало мне было легионеров Домбровского, выбивших мой батальон, так в противники судьба подкинула Сапегу.

Владислав вышел из-за спин карабинеров.

Ростом он пониже меня, и в плечах поуже. Ему лет двадцать пять от силы. Темно русые волосы подстрижены, чем-то напоминали причёску из моего времени, полубоксом называемую. Серые глаза с ненавистью смотрели на меня. Что я успел ему плохого сделать? На поле боя не сходились в схватке, я бы запомнил. Белоснежная рубашка была расстёгнута Сделав пару шагов, Владислав, остановился напротив меня.

- Готов к смерти, московский прихвостень? – неприятным голосом осведомился Сапега.

- И тебе французский прихвостень, доброе утро, - отвечаю, стараясь сохранять спокойствие.

- Я союзник победоносной армии Бонапарта, и борюсь за свободу и независимость своей родины.

- Борись-борись, до этой твоей независимости, больше ста лет осталось.

- Не за горами тот день, когда войска славного Бонапарта вступят в пределы ненавистной мне России, завоюют её, а нам, полякам, даруют свободу.

- Вступят, это ты правду сказал, но там в этой самой России и останутся навечно, вернуться смогут немногие.

- Не пугай, бесполезно. Я въеду на своём горячем скакуне в московский кремль!

- Ты ещё не пережил сегодняшний поединок, не торопись.

- Изрублю тебя на куски, и пойду готовиться к походу.

- Тогда хватит болтать, атакуй.

Сапега атаковал, обрушил на меня каскад ударов, что свидетельствовало о хорошей его подготовке. Я ушёл в глухую защиту, отражая сабельные удары, пытаясь выбрать удобную позицию для ответной атаки. Очередной страшный удар