Ухорез 1-5 - Василий Горъ

— Да уж, язычок у тебя…

— Да и все остальное, вроде, ничего… — нахально заявила она, опустила спинку кресла, легла и демонстративно вытянула стройные ножки. Впрочем, продолжать в том же духе не стала: — А если серьезно, то язычок заострился в тот момент, когда вы обняли меня со спины и прижали к себе: я почувствовала себя вашей, растворилась в этом ощущении и с невероятным наслаждением… посылала в известном направлении все… инструменты вашего охмурения. Кстати, знаете, чего мне не хватало для полного счастья?

— Чего? — завороженно спросил я, заметив, что ее взгляд мечтательно расфокусировался.

— Легких «касаний» вашей Жизнью и вашим Огнем: они бы углубили и без того развеселое состояние «Море по колено» до «По колено даже океан», напрочь отключили бы тормоза и «помогли» задурить…

— В общем, «аппетит приходит во время еды»? — ехидно поинтересовался я, стараясь не представлять… ничего волнующего.

— Ага… — подтвердила она и выдала еще один неоднозначный тезис: — Кстати, ваш вариант поведения «Ты — моя…» был уважительным и поднимал меня в глазах окружающих. В жизни не чувствовала ничего приятнее, поэтому благодарю от всего сердца и уже предвкушаю следующий подобный выход в Свет.

Не знаю, почему, но именно эти слова позволили вернуться в состояние, в котором я развлекался у Ильиных, и… «подтолкнули под руку», заставив добавить к Огню, согревавшему Наталью, толику Жизни. Ненадолго — секунд, эдак, на пять. И помогли пережить «расстроенный» вздох:

— Да уж, поговорку про аппетит придумали мудрые люди: теперь мне захотелось хорошенечко расслабиться в бане. А у нас в планах на вечер — посещение «трезвой попойки» родовой дружины да уничтожение иномирных варанов…

Глава 36

26 ноября 996 г. от ВР.

…Сообщение матушки с требованием не выходить из своих покоев, не выглядывать в окно, не подключаться к камерам СКН и не общаться ни с кем, кроме Наташи, «аж» до полудня, разбудившее меня в десять тридцать утра, разожгло нешуточное любопытство. Но я привычно задвинул это чувство куда подальше — ибо «в прошлой жизни» родительница устраивала нам с батюшкой всевозможные сюрпризы достаточно часто — и отправил ей ожидаемый ответ. Потом прислушался к себе, пришел к выводу, что спать больше не хочу, хотя сдал дежурство в три ночи, а лег в половине четвертого, и умотал в ванную. А через полчаса уронил в канал Природницы плюсик и буквально через минуту прочитал четыре предложения, поднявшие настроение:

«Доброе утро, мой господин! Если заточили не только меня, но и вас, то буду счастлива скрасить вам время ожидания невесть чего и поделиться шоколадкой. В общем, заглядывайте, как будете готовы. Или разрешите это сделать мне…»

«Доброе утро! Заглядывай…» - написал я и сел на край кровати. Чтобы встретить помощницу, наконец, научившуюся создавать порталы, не лежа.

«Дырка» появилась передо мной уже через несколько мгновений, плавно расширилась до полуметра в диаметре и застыла.

— Все, дальше пока не растяну… — ни разу не грустно призналась ее создательница, подождала, пока я увеличу переход, шагнула в мою спальню, развернула плечи, поймала мой взгляд и затаила дыхание.

«Пришлось» хвалить:

— Наташ, я тобой горжусь, считаю тебя самым раритетным раритетом во Вселенной и надеюсь, что теперь, когда перед тобой открыты все дороги, ты от меня не уйдешь…

— Знали бы вы, как мне приятно вас радовать… — благодарно выдохнула она, глядя куда-то в сторону. И, тем самым, позволила мне оценить красоту бюста, распиравшего ни разу не спортивный топ и сетчатую маечку.

Потом притворно нахмурилась и выкатила мне претензию: — Кстати, пора бы вам уже и запомнить, что я — ваш личный раритетный раритет. Тогда станет понятно, что все мои дороги ведут к вам!

Я пообещал исправиться, и она, сменив гнев на милость, спросила, чем мы будем заниматься.

— Хотел «взять» Приручение… — ответил я. — Но точка привязки в кроличьем загоне затерлась в памяти, открывать порталы к мордам кроликов пока не научился, а пользоваться камерами и выходить из покоев нам с тобой категорически запретили. В принципе, можно потренироваться. Но мне, если честно, неохота. Поэтому предлагаю объединить приятное с полезным — как следует полениться и съесть твою шоколадку. Что скажешь?

— Восхитительное предложение. Но, может, поленимся у меня? А то я на радостях забыла взять с собой шоколадку…

Я спросил, сможет ли она открыть портал в свою спальню, и получил на редкость интересный ответ:

— Да, конечно: я к ней и «привязалась». После того, как почувствовала, что могу открыть портал к вашему лицу, напомнила себе, что вы еще спите, и справилась с соблазном попробовать все равно. Кстати, тогда же зауважала вас намного сильнее: для того, чтобы не поддаваться соблазну заглядывать к кому угодно и когда угодно, нужна воистину несгибаемая воля.

— Да уж, слово «соблазн» ты подобрала верно… — вздохнул я, расширил ее портал еще немного, взял с тумбочки телефон, прошел в «смежную» спальню, обнаружил на кресле обещанную шоколадку, и неожиданно для самого себя продолжил откровенничать: — Я владею Пространством почти две недели, но полностью справиться с этим соблазном пока не смог — он периодически всплывает в сознании и включает фантазию.

— В вашем возрасте я бы с ним точно не справилась… — честно призналась Наташа, улеглась на «свою» половину кровати, повела рукой, предлагая мне устроиться на второй, и как-то странно усмехнулась: — А сейчас мой соблазн намертво заякорен на вас: я все утро мечтала похвастаться своими успехами, услышать вашу похвалу и почувствовать себя счастливой.

Я завалился рядом с ней, попросил закрыть глаза и перешел на шепот:

— Наташ, я тобой горжусь, считаю своим раритетным раритетом и рад, что все твои дороги ведут ко мне. А теперь лови компенсацию за разговор, свернувший не туда…

Мои