Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

состав его никому, кроме производителей неизвестен! Переделать автомобиль в магомобиль может любой достаточно смышлёный волшебник, но вот сделать так, чтобы он летал стабильно и долговечно, да и вмещал в себя сторонние чары — это и есть та причина, по которой магомобили Акимбо ценятся втридорога, как и их секретное топливо! Похвальный интерес — интересуетесь машинами, молодой человек? — спросил меня опекун со своей фирменной улыбкой.

— Нет, сэр, просто мне интересно, как всё в магическом мире устроено! — ответил я ему.

— О-о-о, в таком случае вам предстоит узнать множество интересных вещей! Любознательность — именно то качество, благодаря которому я стал тем, кем являюсь по сей день!

Кем именно является Локхарт, я решил не спрашивать. Мало ли, вдруг это прозвучит для него неуважительно или даже обидно. Раз уж нам попался опекун, который пока что не проявляет агрессии или жестокости, то пусть всё так и остаётся. От греха.

Наверное, именно это Филч и имел в виду, когда говорил про наше «везение». Вполне вероятно, что успехи в Хогвартсе влияют и на такие вещи, как опекун на лето, так что из-за прохождения испытаний нам дали пусть и экстраординарного, но вполне себе дружелюбного волшебника.

Вскоре Лондон сменился своей агломерацией городков поменьше, а они впоследствии уступили место одиночным дорогам, полям и редким участкам леса. Виды с высоты были поистине шикарными, и даже я не удержался и залип на какое-то время в окно магического микроавтобуса.

— Мы уже близко! Иду на снижение! Е-е-е-х! — Локхарт отдался пилотированию своего транспорта со всей душой, а его «снижение» на деле означало резкое пикирование вертикально вниз, с последующим выравниванием за несколько секунд до удара о землю.

— Это было страшно, — сказал перепуганный Финч-Флетчли.

— Нет, мой юный падаван, это было прекрасно! — сказал в ответ наш адреналиновый маньяк, по глупой случайности именуемый ответственным за жизни детей опекуном.

— Мне… Нужно на воздух, — прошептала Софи, прикрывая руками рот.

— Быстрее! Даже не вздумай испортить столь прекрасный салон! Я потом от запаха неделю не избавлюсь! — воскликнул Локхарт, после чего дверь микроавтобуса открылась, а Софи выбежала на зелёную траву и опустошила свой желудок.

Мы выбрались следом за ней на твёрдую землю, по которой уже успели соскучиться, и помогли Софи прийти в себя.

— Все нормально, — ответила она в ответ на наше беспокойство, — я в порядке, правда.

— Так, забираем свои чемоданы, и, Добро Пожаловать в мою скромную, хе-хе, обитель! — Локхарт встал прямо перед нашей группой и руками указал на роскошный дом, огороженный от остального мира высокой живой изгородью и большими одиночными воротами с выездом.

— Скромную? — глупо спросил Гарри, оглядывая сверкающие золотым цветом стены настоящего особняка.

— Ну конечно! Знали бы вы, где мне приходилось жить в Германии, ммм… — наш опекун на миг предался блаженным воспоминаниям, но достаточно быстро опомнился, — идём, познакомлю вас с остальными, кхм, постояльцами, да…

Дом встретил нас проходом в уютную светлую гостиную с живыми картинами природы, что придавали интерьеру комнаты какой-то по-настоящему волшебный и невообразимый вид и дарили ощущение комфорта настолько, насколько это вообще возможно представить. Даже вычурные и местами броские яркие цвета не мешали, а лишь дополняли открывшуюся нам картину роскошного помещения.

Там нас и встретила стайка привлекательной прислуги.

— С возвращением, господин Локхарт, — четыре девушки синхронно поклонились ему.

— Привет, привет мои дорогие. Так, дети, познакомьтесь — это Александрина, моя экономка, — он подошёл к своей прислуге и приобнял её за талию, вызвав у той смущенную улыбку, — это кухарка Ксимена, вы будете в восторге от её блюд, обещаю вам, — Локхарт переключился на другую, и нежно провёл рукой по её щеке, встретив аналогичную предыдущей реакцию на свои действия, — и горничные: Кайин и Эрлия, — он обвёл добрым покровительским взглядом свою оставшуюся прислугу, одна из которой — Кайин, имела тёмный африканский оттенок кожи, — прислуга — это дети. Наши постояльцы на ближайшее время, прошу их любить и жаловать. Не так, как меня, ну, вы поняли, — Локхарт усмехнулся очередной шутке «для взрослых».

— Приветствуем подопечных нашего господина, — дружелюбно поклонилась нам экономка Александрина, — я надеюсь, что вам понравится провести здесь каникулы.

— Здра-авствуйте, — ответили мы растеряно и невпопад.

Все они были очень разными внешне, имея схожесть лишь в неоспоримой привлекательности и молодости — я не дал бы ни одной из служанок больше двадцати пяти лет. Пусть мой организм ещё не до конца сформировался, но даже моему глазу была приятна подобная картина столь миловидных девушек. Я уже молчу про Локхарта, который прямо-таки купался в этом соблазнительном раю женской красоты и покорности.

Кто же он, раз имеет свой особняк и прислуг-красоток? Так живут все волшебники, или это он один такой особенный?

— Так, теперь, касательно правил, — Локхарт отвлёкся от тактильного флирта со своей прислугой, и вернул своё внимание на нас, — ваши комнаты уже должны быть готовы наверху — третий этаж, левый проход. Слева мальчики, справа девочки. Во избежание, так сказать, хе-хе, — среди присутствующих детей, казалось, лишь я понимал немного похабный юмор Локхарта. Впрочем, дальше него ничего не следовало, так что его шутки можно было считать достаточно безобидными, — вы вольны перемещаться по дому, но в подвальные помещения заходить запрещено, — помахал он пальцем с показной хмуростью, — дом вы можете покидать и находиться на лужайке, но я попрошу вас не заходить в домик прислуги, и не приближаться к изгороди — у неё очень уж скверный характер, особенно при знакомстве с новыми лицами. Так, — он задумался, — что ещё? Это… Сказал, это… Вроде бы, инструктаж провёл, — он хлопнул в ладоши, — идите наверх и устраивайтесь, а через… — он вопросительно взглянул на Ксимену — свою кухарку испанского происхождения.

— Тридцать минут, господин, — поклонилась она.

— Вот, через тридцать минут я жду всех вас на ужин, где мы окончательно и познакомимся. Всё, вперёд, мои юные подопечные! Вам всем здесь точно понравится, или я не Гилдерой Локхарт! — решил закончить он свою речь возвышенным пафосом, приняв при этом героическо-комическую позу.

Так и начались наши каникулы — сумбурно и с ветерком.

* * *

Пожалуй, проживание в доме Локхарта было самым приятным времяпрепровождением, которое я испытывал с самого момента попадания в мир Поттерианы.

Если поначалу мы всё же опасались какого-нибудь «некротического кота в мешке», то после пары дней в обществе однокурсников, прелестных служанок и немного взбалмошного, но всё же доброжелательного волшебника, нам удалось окончательно расслабиться.

Во-первых, на это повлияли спальни. Они были превосходными! Не то чтобы люкс, но в них так и чувствовался