Звезданутый Технарь. Том 2 - Гизум Герко

осколков пластика. Её рука рванулась вперед, и ослепительный луч энергии ударил в переборку прямо над моей головой, плавя металл так легко, словно это был не бронепластик, а обычный сливочный сыр.

И тут её словно выключили.

Вся эта ярость, вся эта мощь мгновенно испарилась, сменившись мертвенной бледностью и глубокой тишиной, которая наступила в её нейросетях. Криогенный шок в паре с внезапным энергоголодом нанесли ответный удар. Её тело обмякло, глаза закатились, и она начала медленно дрейфовать в невесомости, превратившись из грозной богини разрушения в хрупкую фиолетовую куклу. Это был момент истины, то самое окно возможностей, которое в Академии называли «зоной выживания», и я не собирался его упускать.

— Прости, детка, но это для твоего же блага, — прохрипел я, наваливаясь всем весом на рычаг.

Рубильник поддался с тяжелым, сухим щелчком, который показался мне громче взрыва сверхновой.

Трюм мгновенно погрузился в абсолютную, непроглядную тьму, нарушаемую лишь тусклым свечением остывающих кабелей и редкими искрами коротких замыканий. Весь тот хаос, весь этот визг и грохот исчезли, оставив после себя лишь звон в ушах и тяжелое дыхание двух существ, запертых в стальной утробе «Странника». Я почувствовал, как корабль под моими ногами перестал содрогаться, словно зверь, которому наконец-то вкололи ударную дозу успокоительного.

— Мири? Ты там жива? — прошептал я в пустоту, боясь услышать тишину в ответ.

— На пятьдесят процентов меньше, чем хотелось бы, Роджер, — её голос звучал слабо, с явными признаками цифрового похмелья. — Основные системы ушли в защитный цикл. Навигационный компьютер начал экстренный сброс данных до заводских настроек. Мы сейчас как слепые котята в темной комнате, полной острых углов.

— Главное, что мы не разлетелись на атомы, — я нащупал фонарик на поясе и включил его, выхватывая из темноты обломки своего некогда уютного трюма. — Посмотри на неё. Она дышит?

Луч света упал на лицо девушки, которая теперь мирно спала на полу, приземлившись на груду ветоши после того, как гравитация вернулась в свое законное русло. Она выглядела такой беззащитной, что трудно было поверить в то, какой погром она тут устроила всего минуту назад. Повсюду валялись куски раскуроченной техники, вырванные с мясом панели и обрывки изоляции — «Страннику» предстоял такой ремонт, от которого у любого нормального механика случился бы инфаркт, но я только криво усмехнулся.

— Дышит, — подтвердила Мири, просканировав незнакомку остатками сенсоров. — Но её показатели… Роджер, я никогда не видела такого кода. Это не просто интерфейс, это что-то древнее и очень опасное. Мы влипли по самые дюзы.

— Знаю, Мири. Знаю. — я устало опустился на пол рядом с девушкой, чувствуя, как адреналиновый откат превращает мои мышцы в кисель. — Но согласись, это куда интереснее, чем просто возить руду с астероидов.

Глава 2

Утро после вечеринки

Вокруг нас была тишина глубокого космоса, прерываемая лишь редким потрескиванием остывающего металла. Мы висели где-то на задворках цивилизации, с полумертвым кораблем, загадочной пассажиркой и кучей проблем, которые только начинали обретать свои очертания. Но в глубине души я чувствовал странное возбуждение — это было то самое приключение, о котором я мечтал в Академии, пусть оно и началось с попытки моей собственной «ласточки» меня убить. Теперь оставалось только выбраться из этой дыры и понять, что за «сокровище» мы выкопали на свалке старого Сола.

Моя голова раскалывалась, будто внутри неё пара карликов-шахтеров пыталась пробиться к залежам анобтаниума с помощью отбойных молотков. Я попытался пошевелиться, но пол, который по всем законам физики должен был находиться под ногами, внезапно оказался где-то сбоку, а потом и вовсе решил, что он потолок. «Странник» содрогался в конвульсиях, словно его заставили проглотить ведро ржавых болтов, запив это литром нестабильной антиматерии.

Всё очень плохо.

— Роджер! Вставай, кочерыжка ты недожаренная! Ты слышишь меня или твой мозг окончательно превратился в цифровой паштет? — Голос Мири ввинчивался в череп, как каленая дрель. — У нас тут не вечеринка в стиле ретро, у нас тут код «Полный Абзац» с вишенкой на торте!

— Мири, детка, потише… — я выдавил из себя звук, больше похожий на хрип умирающего моржа. — У меня такое чувство, что по моей голове проехался грузовой погрузчик. Причем дважды.

— Если ты сейчас не поднимешь свой ленивый зад, то по твоей голове проедется взрывная волна из реакторного отсека! — Мири буквально визжала, и в её голосе я впервые услышал настоящую, неприкрытую панику. — Внимание, капитан Изолента! У нас критические повреждения в отсеках два, четыре и семь. Система пожаротушения «Ифрит» приказала долго жить, потому что какой-то гений, не будем тыкать пальцами, заменил датчики на дешевые поделки с Вавилона! У нас пожар, Роджер! Настоящий, горячий и очень кусачий!

Красные лампы аварийного освещения начали пульсировать, заливая трюм зловещим, кровавым светом, который делал обломки оборудования похожими на внутренности какого-то механического монстра.

Я открыл глаза и тут же пожалел об этом. Мир вокруг вращался в безумном вальсе, а едкий, сизый дым от горящей проводки уже начал заполнять пространство, превращая трюм в филиал ада для астматиков. Я закашлялся, чувствуя, как легкие наполняются дрянью, которая по вкусу напоминала старую изоляцию и дешевый тонер для 3D-принтера. Нужно было убираться отсюда, и желательно в ту сторону, где еще оставался хоть какой-то намек на управление этой летящей в бездну консервной банкой.

— Мири, статус реактора! — я перевернулся на живот, пытаясь нащупать опору на скользком от стазис-геля полу.

— Реактор в глубоком шоке, Роджер! Он выдает мощность порциями, как жадный официант чаевые! Магнитные ловушки держатся на честном слове и моих молитвах Великому Рандому! — Она вывела перед моим взором полупрозрачную схему, которая светилась красным, как задница макаки в брачный период. — Если мы не стабилизируем подачу плазмы в ближайшие пять минут, «Странник» превратится в дорогую и яркую петарду!

Я пополз. Это было жалкое копошение в грязи и обломках, где каждый сантиметр давался с боем. Мои пальцы впивались в края поврежденных панелей, обдирая кожу до крови, а выступающие поручни, которые я когда-то так аккуратно приваривал, теперь казались единственными спасательными кругами в этом тонущем корабле. Коридор, ведущий к мостику, выглядел как декорация к низкобюджетному хоррору. Искры из разорванных кабелей хлестали по стенам, выжигая на них причудливые узоры, а дым становился настолько плотным, что я перестал видеть собственные руки.

— Дыши через раз, Роджер! Или вообще не дыши, так надежнее! —