Признание - Сергей Баранников

Пока Катя с Артёмом спасали пациента с застрявшими в ноге осколками стеклянного шарика, мы прошли во вторую операционную. Как я узнал от Лены, нашим пациентом был мотоциклист, который не справился с управлением на обледеневшем участке трассы и влетел в отбойник.

Бедолагу в буквальном смысле предстояло собирать по частям. Пока Сарычева не пришла, мы успели взять под контроль систему жизнеобеспечения и погрузили пострадавшего в лечебный сон. Если бы не «скорая», которая примчалась на вызов за считанные минуты, парня не удалось бы спасти.

— Кто тут уже хозяйничает без моей команды? — возмутилась Нина Владимировна, ворвавшись в операционную. — Костя, твоя работа?

— Нина Владимировна, пациент вас бы не дождался. Тихомирова занята, Радимов вторые сутки без сна, и ничего сделать не может, а Семёнов борется за жизнь родителей.

При упоминании Аркадия Афанасьевича Сарычева почему-то вздрогнула и посмотрела на нас с волнением.

— И потом, мы ничего с ним не делали ещё, просто не дали умереть, — вмешался Макс.

— Хорошо, — отозвалась целительница. — Ключников, давай энергию, но понемножку. Костя, а ты отвечаешь за сон, анестезию и жизненные показатели. Я вижу, что с селезёнкой беда. Когда мне понадобится твоя помощь, ненадолго подключишься к работе.

Втроём нам удалось вытащить пациента практически с того света. В моём мире он был бы уже не жилец, но тут дар творит чудеса. Мы провели в операционной четыре часа и вышли измотанные, но довольные проделанной работой. Парень будет жить!

В коридоре мы застали Родиона, Лену и Улю, стоящими у окна, и наблюдавшими за происходящим на улице. К ним присоединились ещё несколько пациентов.

— Что происходит? Почему пациенты не в палатах? — принялась наводить порядок Сарычева.

— Так там такое происходит, не каждый день увидишь, — объяснила Заболоцкая, кивнув в сторону окна.

Подойдя ближе, я выглянул на улицу и увидел сотни людей, которые стояли во внутреннем дворе больницы. Они зажгли огромное количество свечей, выложив из них фразу: «Здоровья, легенда!» Многие люди стояли с плакатами, но надписи практически не было видно в темноте. Другие включили экраны телефонов и держали их, высоко поднятыми в воздух.

— Фанатов не пускают в больницу, но они не сдаются, — объяснила медсестра.

— А они в курсе, что у Терехова, как и у других пациентов, окна выходят на другую сторону, — поинтересовался Макс.

— Тихо! А то ещё кому-нибудь взбредёт в голову это им сообщить, они тогда нам весь внутренний двор перевернут.

— Вот бы всех пациентов так поддерживали, — мечтательно заявила Лена.

— Скажешь тоже! — хмыкнул Ключников. — Такую поддержку нужно заслужить.

— А как по мне, лучше бы они деньги, которые потратили на всю эту красоту, перечислили на счета людей, действительно нуждающихся в помощи, — заявила Нина Владимировна. — У нас до сих пор дефицит лекарственных трав, настоек и бинтов. Я понимаю, что есть дар, но этого недостаточно.

— Люди вообще сильны на импульсивные и необдуманные поступки, — поддержала её Уля.

— Да ладно, вам какое дело, на что эти люди тратят свои собственные деньги? — обиделась Лена, потому как её не поддержали. — Они их заработали, имеют право потратить на своё усмотрение. А такая поддержка отражает отношение к человеку, благодарность и искреннюю любовь.

— Сестра, позовите целителя! — послышался голос Семёнова, а мы поспешили на шум.

В палату к Терлецким мы ворвались всей бригадой и обнаружили Аркадия Афанасьевича, сидящим возле тестя с тёщей.

— Аркаша, хватит… — тихо выдохнула Ефросиния Павловна и ненадолго замолчала, чтобы собраться с силами. — Мы с Мотей достаточно пожили, не трать силы. Ты уже ничего не изменишь.

— Спасибо вам за всё, — едва сдерживая слёзы прошептал Аркадий Афанасьевич, а мы не могли пошевелиться, потому как не знали как себя вести. По стандартам мы должны бороться за жизнь пациентов, но понимали, что в этом нет смысла. И потом, это идёт вразрез с их собственным волеизъявлением. Утолить боль? Они не чувствовали дискомфорта или боли. Всё, что мы могли сделать, это призвать волну успокоения и побыть рядом, отдавая дань людям, чьи жизни были посвящены спасению окружающих.

Матвей Тихонович уже не дышал, но его рука продолжала сжимать руку жены. А через минуту не стало и Ефросинии Павловны.

— Они жили счастливо, и умерли в один день, — дрожащим голосом произнёс Макс.

— Интересно, а для них кто-нибудь будет выкладывать слова поддержки из горящих свечей? Будет писать плакаты и стоять под окнами? — завелась Ульяна. — Вот, кто настоящие легенды!

— Достаточно того, что тысячи их пациентов выжили и смогли прожить свои жизни, — неожиданно заговорил Семёнов. — Спасибо за то, что вы были рядом в этот момент. Ваша искренняя благодарность и поддержка были лучше любой армии фанатов.

Глава 2

Единство

Появление известного певца в нашей больнице создавало массу проблем и привлекало внимание, которое лишь мешало работать. Ежедневно приходилось пробиваться в отделение через армию фанатов, которые собирались у входа, а через пару дней к нам наведались журналисты.

— Извините, а вы работаете здесь? — поинтересовалась молодая девушка с микрофоном в руках. Она смотрела на меня с таким невинным взглядом, будто я тотчас должен был растаять и выполнить любую её просьбу.

— Отделение общей практики.

— Такой молодой, и уже целитель! А вы давно здесь работаете?

— А вы с какой целью интересуетесь? — ушёл я от прямого ответа.

— Мы снимаем репортаж о целителях, которые ежедневно спасают жизни людей. Вы можете рассказать немного о жизни вашего отделения, о целителях, пациентах, современных реалиях.

— К сожалению, у меня нет на это времени, мне нужно спешить на дежурство.

С трудом удалось отвязаться от настырной красотки с микрофоном и её коллеги с камерой, но уже после обхода они заявились к нам в отделение и получили разрешение от Удаловой на съёмку.

— Мы находимся в самом сердце Второй городской больницы, где ежегодно получают помощь больше тысячи жителей Градовца и губернии, — затараторила девушка, а камера переместилась с неё на коридор.

— В самом сердце? — хмыкнул Макс. — Они бы ещё пищеблок поснимали.

— Камера стоп! — крикнул оператор и укоризненно посмотрел на Ключникова. — Парень, мы тебе работать не мешаем, а ты нам не мешай.

— Да как же не мешаете? На сейчас на процедуры идти, а вы тут крутитесь.

— Лина, давай заново, — скомандовал мужчина.

— Эдик, не спеши. Давай запишем небольшое интервью с парнями, — заявила девушка и направилась ко мне. — Извини, ты меня помнишь? Мы виделись утром у