"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

некоторое время, также у вас пойдет из носа кровь, и если ее вовремя не остановить, то я затрудняюсь предположить, чем все закончится. Давайте говорить откровенно. Рано или поздно вы заговорите, но одно, когда говорит нормальный человек, и совсем иное, когда пытается произносить слова кусок отбивного мяса. Не уверен, что вы сможете долго упорствовать.

- Вас ввели в заблуждение, я простой раввин.

Ну, сколько можно талдычить одно и то же? Времени у меня не так много, надо, наверное, перейти к более жесткому разговору. Нанес пару несильных ударом по мышцам бедер Шимона. Когда он открыл в крике рот, быстро вставил ему кляп, и приложился еще пару раз по тем же местам, только сильнее. Не понравилось это Ицхаку, он извивался и подвывал. Удары по мышцам ног действительно вызывали очень болезненные ощущения.

- Наступило желание нормально общаться? – осведомился я. – Если да, то мотните головой.

Ицхак быстро закивал головой.

- Я не знаю, кто вы, но хочу сказать, что вы изувер. Мне очень больно.

- Будет еще больнее. Меня интересует не ваше мнение обо мне, а ваши ответы на мои простейшие вопросы. Ответьте на мои вопросы, и все закончится.

- Вы мне гарантируете жизнь?

- Это я могу вам обещать, если поверите мне на слово. Гарантийное письмо из синагоги, к сожалению, предъявить сейчас не могу.

- Я скажу все, что знаю. Подготовку акции в Шарлоттенхофф проводил Шульц Крамер, владелец двух бакалейных магазинов, проживающий в Берлине на улице святого Карла, дом пятнадцать. Я знаю, что он давно сотрудничает с британской разведкой. Его завербовали лет пятнадцать тому назад, когда он поставлял оружие бурам в Африку. Руководил всей операцией капитан О’Беннон. Он - кадровый сотрудник британской разведки. Конечная цель операции - устранение Кайзера ВильгельмаII. К сожалению, она не достигнута, и поверьте, я очень сожалею, что пострадали невинные люди.

- Каково ваше участие в акции?

- Через своего знакомого Леви Даяна нанял за плату молодых людей из радикального крыла Бунд. В ходе подготовки к балу, они смогли занести достаточное количество взрывчатки во дворец.

- Неужели никто не проверял, что заносится во дворец?

- Не знаю, бал готовился в спешке, возможно, меры безопасности были снижены.

- Где сейчас Даян?

- Он привел в действие адскую машинку, возникли проблемы с часовым механизмом, пришлось включить все вручную. Леви погиб.

- Кто, кроме Леви, знает о вашей причастности? Подозреваю: проблем с часовым механизмом на самом деле не было – но это я так, к слову.

- Никто, я старался действовать только через него.

- А кто осведомлен о вашем сотрудничестве с британской разведкой? Когда вас завербовали?

- Почему вы так думаете?

- И все же.

- Завербовали меня в тридцатилетнем возрасте. Я тогда еще был несмышленым евреем, смотрел на мир широко раскрытыми глазами. Слаб я оказался, влюбился в прекрасную девушку. Денег для удовлетворения ее запросов у меня не было. Откуда они возьмутся у нищего еврея? Но я был вхож в общество промышленников и политиков Германии и Пруссии, а также возглавлял общество по изучению Торы в Берлине. Вот и появился тогда в моей жизни господин Джонатан, которому я написал обязательство. За деньги я собирал для него различную информацию. Думал, накоплю достаточно и смогу привести девушку в свой дом. Обманулся в своих мечтах, девушка ждать не стала, а вышла замуж за более успешного еврея. Я остался один. И семьей не обзавелся, посвятив жизнь служению Богу, еще и агентом британским стал….

- Достойно служили?

- Служил по мере сил. С возрастом, меня все меньше привлекали к работе, может, из доверия вышел, или не было заданий, подходящих для меня.

- А как на вас вышел капитан О’Беннон?

- Обычным способом. Пришел в синагогу и назвал пароль. Дал денег на наем людей. О’Беннон больше работал с Крамером - он моложе, и связями среди торговцев и бакалейщиков располагает.

- Крамер располагает информацией о вас?

- Если ему ничего не сказал О’Беннон, то вряд ли, мы не знакомы.

- Откуда вам известен его адрес?

- О’Беннон дал на случай срыва операции. Крамера я должен был устранить.

- Устранили?

- Такого указания я пока не получал.

- Где найти капитана О’Беннона?

- Из Берлина он уехал сразу же после акции. Некоторое время жил в Дюссельдорфе, что-то выяснял на заводах Круппа. Последний раз я его видел две недели назад. Он говорил, что отправляется на границу с Россией в городок Черновицы. Туда, на почтамт, я обязан отправлять сообщения о ходе расследования взрыва.

Далее Ицхак составил подробный словесный портрет капитана, рассказал о его привычках и предпочтениях в еде. Отметил, что обычно капитан выбирает недорогие гостиницы, но с обязательным наличием ванной. Самой яркой приметой капитана являлось наличие курительной трубки из бриара с меленькими накладками слоновой кости. По словам Шимона, с ней он никогда не расстается, и курит трубочный табак «МакБарен ».

По большому счету я узнал достаточно, тормошить Ицхака дальше не видел смысла. Крамера однозначно надо сдавать германцам, естественно, получив согласие своего непосредственного начальства. А вот господин О’Беннон мне интересен самому, надо попытаться насесть на него, и если получиться придавить фактами, перевербовать. Заявление, конечно же, самоуверенное, но попытаться нужно. Предполагаю, что капитан в разведке проработал прилично, значительно больше меня, опыта хоть отбавляй, и поэтому задача у меня очень сложная.

С Шимоном поступил гуманно, убивать не стал. Оглушил. Навел идеальный порядок в доме, раздел Шимона и уложил в постель. Каюсь, вколол ему дозу морфия, пусть подольше поспит. Химией меня снабдил Леманн, сказал, что случаи бывают разные, вот и пригодилось зелье.

Утром позвонил Штайнлицу, доложил о наметившемся успехе, и назвал конкретного участника. Фердинанд обрадовался, и дал мне адрес своего коллеги из германской разведки, которому я могу сообщить, полученную информацию. Подозреваю, что некий Клаус Белофф, тот самый таинственный германский друг, владелец второго счета в нашем банке. Мне сейчас это не важно, главное заработать некоторое уважение, а там посмотрим. Получил от Штайнлица разрешение на проверку информации в отношении О’Беннона.

Полковник Белофф не стал меня расспрашивать о происхождении информации. В разговоре я дал ему понять, что источника расшифровывать не намерен, что им, как профессионалом, было воспринято с пониманием. Через двадцать минут аудиенция закончилась, и я был совершенно свободен.

Вечером встретился с «Юргеном», время и место были оговорены заранее. Уточнил у него планы германского командования в