Неудержимый. Книга XLV - Андрей Боярский

Тварь высунула язык, словно пробовала на вкус запахи, которые витали в тронном зале.

— Сука… — прошептал я. — Цирк уродов, по-другому и не скажешь…

Тварь замерла и, повернув голову в мою сторону, наклонила её вбок, пытаясь, что-то для себя понять. Мне же разглядывать эту сволочь надоело…

— Хватит с меня… — нахмурившись, я создал энергетическое копьё и метнул его в гадину.

Тварь уловила движение и буквально бросилась на копьё. Я выпучил глаза от подобной наглости. Походу, они тут все реагировали на движение. Часть наростов на станах резко вытянулись за копьём. Другая часть вытянулась ко мне.

Гадина словила копьё собственной грудью, но, к моему удивлению, не подохла. Она отлетела к дверям и обвив копьё своим хвостом, начала его грызть и царапать когтями, параллельно задевая мясной пол.

— Идиотина… — я усмехнулся, поняв, что тварь начала пожирать собственного хозяина.

Как назвать организм, из которого здесь всё было построено, я не знал. Возможно, это и есть сам паразит… Кто его знает? Я заметил, что тварь начала тонуть, но, кажется, ей было абсолютно плевать на это. Она уже добралась до жратвы, и её всё устраивало. Ещё пара секунд, и она полностью скрылась в мясистом полу. Кажется, у организма есть собственная защита на подобный случай…

Мне захотелось здесь всё спалить, но инстинкты говорили, что лучше этого не делать. Я понятия не имел, какими возможностями обладало это пространство и если его тронуть, можно получить реакцию, которая прикончит меня за те же несколько секунд.

— Помоги! — голос Хлада внезапно ворвался в мой мозг. — Я не продержусь долго!

— Где ты⁈ — рыкнул я, пытаясь найти его глазами, но ответа не последовало. — Да ты издеваешься?

Я зацепился глазами за просторный балкон, на котором поселилось несколько чёрных провалов и бородавок, из которых лезли противные пиявки. Кажется, я видел там какое-то движение или же мне показалось?

Чтобы не тревожить гадину, облепившую здесь, буквально всё, я поднялся в воздух телепортом и плавно двинулся к балкону. Даже в полёте приходилось держаться осторожно — пространство отзывалось на движение, словно чувствовало каждый мой вздох и биение сердца.

Я не обратил внимание, но потолок в тронном зале оказался гораздо живее, чем я думал. Как только я к нему приблизился, он начал «таять», приближаясь ко мне. Хорошо, что я летел достаточно быстро. Пролетев сквозь зал, я выбрался наружу и, оглянувшись, понял, что никакого балкона больше не было. Да и самого замка, с которым я привык себя соотносить, тоже исчез, превратившись в кусок растёкшийся по скале плоти.

— Вот же сволочь поганая… И когда только успел? — прошептал я, увидев, во что превратился мой внутренний мир.

Живописные луга, леса и реки, уходящие когда-то к горизонту, исчезли без следа. Их место занял бескрайний чёрный лес из шипастых деревьев, чьи искривлённые стволы медленно подрагивали, словно в них перекатывались живые мышцы.

Реки превратились в кроваво-чёрные потоки, густые и вязкие, словно загустевшая кровь. Мерзкая жижа, в которую если попадёшь, то уже никогда не выберешься.

Мерзость — самое точное слово. Паразит не просто исказил пространство, он переписал под себя абсолютно всё, превратив мой мир в отражение собственной уродливой природы, где всё жило по его правилам.

— Хана тебе, креветка! — я разозлился так сильно, что начал терять сознание.

Ярость, которая заполнила тело до краёв, пыталась прорваться наружу, а я был очень даже не против. Не знаю, что эта гнида о себе возомнила, но это мой мир, мои чертоги и мои правила!

Вспышка на горизонте моментально приковала к себе моё внимание. Это Хлад! Я бросился вперёд, набирая максимальную скорость. Сделать это было крайне легко, ведь, как я уже сказал, это в первую очередь мой мир!

Секунда… Ещё одна, и я с силою бью здоровенную, похожую на человека тварь прямо в висок. Мой кулак буквально взорвал её голову, и обмякшее тело полетело вниз, на радость шипастым деревьям. Тело твари пронзили десятки шипов, после чего внизу послышалось неприятное чавканье.

— Долго же ты сюда добирался… — проворчал Хлад детским голоском.

— Мог бы и координату указать! — проворчал я в ответ, глядя на коротышку. — Ты, я смотрю, совсем растаял…

— Тварь, которую ты прикончил, оказалась для меня слишком сильна… — запыхавшимся голосом ответил он. — Не забывай, это твои чертоги, и я здесь всего лишь гость, как и порождения паразита…

— Ты его видел? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

— Нет, но подобных тварей здесь немало. — пожаловался Хлад. — Все они очень голодные и готовы нападать даже с серьёзными ранениями.

— Сдаётся мне, что мы попали в его собственный мир… — сделал я предположение, которое недалеко от истины.

— Даже если так, что дальше? — Хлад указал на себя. — Посмотри, я кончусь через парочку серьёзных атак. А что, если мы не сможем его найти? Что, если он годами будет прятаться от нас? Опыта у него предостаточно. И кстати, а на кого ты оставил наше тело?

— Чёрт! — я выпучил глаза и тут же их закрыл, переместившись в реальный мир.

Когда я очнулся, то обнаружил себя лежащим под столом. Кто-то запихнул меня под него, а вокруг, судя по автоматным очередям, шёл серьёзный бой. Несколько пуль пронеслись мимо меня, продырявив ткань. Я уже хотел сказать, что пронесло, но одна из них, как назло, попала прямо в висок. Лучше бы и дальше продолжал лежать, целее был бы.

Мир в мгновение ока померк и меня буквально вырвало из собственного тела. Я сразу же ощутил, как переношусь на метров тридцать в сторону. Нетрудно было догадаться, что эта атака могла стать смертельной, но дар «защитного пузыря», вовремя откатился и отбросил моё тело подальше. Спасибо Рюдзи, у которого я спёр несколько даров, когда была возможность.

Я проявился около Хины, которая сияла энергией так сильно, что трудно было смотреть. Вернее, сиял её рог, который в ту же секунду разрядился, превратившись в энергетический луч приличных размеров. Девушка начала водить им от одного гвардейца к другому, стараясь прикончить как можно больше.

— У меня больше не осталось зарядов! — выкрикнула она, глядя на Куроду, которая, в свою очередь, держала перед собой энергетический барьер.

— Отступаем! Нам их не