Блокировка - Луиджи Баллерини

Ладно, давайте попробуем.

И начал говорить. Сразу понял, что не нужно читать с листа, который держала перед ним Марика. Матиас прекрасно знал сам, что нужно сказать. И он почувствовал в себе уверенность: он должен поведать о дележе власти внутри Sensaction, о действиях вице-президента, о том, как тот использовал собственную дочь в служебных целях, и о том, как Эвелин проникла в его жизнь, чтобы провернуть обман с документами Главы Правительства. Вот эта часть была самой деликатной и сложной. Возможно, он выглядел идиотом. Возможно, он причинял боль и Эвелин тоже. Но девушка это заслужила, и вновь поставленная для него в это утро ловушка не оставляла никаких сомнений. Не стоило жалеть ее. Однако мысль о том, что он может причинить вред Эвелин, не давала ему покоя.

Три

На канале «Столица ТВ» весь день крутили анонс важных новостей. Рекламные ролики, транслировавшиеся каждый час, сообщали, что сын Главы Правительства, бесследно исчезнувший после ареста матери, предоставил каналу эксклюзивное видео, в котором раскрывает ранее не публиковавшиеся данные касательно дела, заполонившего в последние дни новостные программы по всей стране. Обещали, что это будет нечто сенсационное.

Матиас, Себ, Ринго, Марика и Лиза сидели перед экраном в кабинете, кто на диване, кто в креслах, и болтали.

– Не могу даже представить, какой фурор произведет наше видео! – больше всего энтузиазма испытывал по поводу грядущего выпуска Ринго – или, по крайней мере, он проявлял его ярче, чем остальные.

Парень горстями загребал попкорн, как будто находился в кинотеатре. Остальные тоже были возбуждены. Во время эфира обычно включали по громкой связи звонки телезрителей, и всем не терпелось узнать реакцию простых людей.

Ровно в восемь тридцать появилась заставка программы новостей «Вечерняя столица». Ринго перестал жевать. Все замерли в напряжении.

Известная всем ведущая Гвенда, одетая в черный костюм, вошла в студию решительным шагом человека, знающего, что он – самое главное лицо в сфере телевизионных новостей. Еще она славилась своими серьгами, которые меняла каждый вечер, это была единственная креативная деталь в ее всегда официальном и строгом наряде.

Хлопающие эмодзи заполонили экран. Должно быть, перед телевизорами сейчас сидела вся страна.

– Себ, прикинь, она надела на уши две золотые кастрюльки, видимо, специально для лапши, – прокомментировал Ринго, который был глазами своего друга, и повернулся к остальным за одобрением своей шутки.

– Ты ничего не понимаешь, они просто потрясающие. Я бы тоже такие сережки хотела, – отрезала Марика.

– Тс-с-с! – призвал их к тишине Себ.

Поприветствовав зрителей, журналистка приступила к перечислению событий, чтобы последовательно проследить все этапы этой бурной недели, начавшейся с ареста Главы Правительства. Ничего нового пока не прозвучало, на экране прошел ролик, собранный из тех, что все уже несколько раз видели за эти дни. Затем на экране вновь возникла студия и ведущая объявила, что у них имеется срочная новость, которая была получена только что, в момент выхода «Вечерней столицы»: бывший вице-президент Sensaction только что был назначен президентом компании при поддержке всего совета. Перемена в правлении была представлена как начало процесса обновления, который компания решила предпринять после скандала.

– Обновление, обращенное в будущее, должно укорениться в традициях Sensaction. Потому что обновление иногда обозначает возвращение к строгости начального этапа, – подвела итог Гвенда, подчеркнув голосом слово «строгость», выделенное жирным шрифтом на планшете, с которого она читала пресс-релиз.

– Мерзавец все же сделал это! – взорвался Ринго.

Однако времени на комментарии не было, поскольку ведущая представила эксклюзивное интервью, которого все так ждали.

Я не понимаю, почему она продолжает называть это интервью, если мы прислали им видео, где говорю только я…

– Как и было обещано, сегодня вечером мы наконец узнаем всю правду о том, что стоит за арестом Главы Правительства. Теперь известно, что к этому делу причастен – пока неясно, в какой степени и в каком качестве, – сын Главы Правительства, Матиас, с которым не было связи всю эту неделю. И только нам, программе «Вечерняя столица», удалось выследить его и привести в студию, чтобы он мог прояснить ситуацию!

Ребята недоуменно переглянулись.

Освещенный лучами софитов, в студию вошел… Матиас. Улыбаясь, он обменялся рукопожатием с ведущей и с немного смущенным видом сел на красный кожаный диван.

– Что?! – настоящий Матиас, шокированный, вскочил на ноги.

– Что там происходит? – спросил Себ, который, не видя происходящего на экране, не понимал, в чем дело.

– Матиас в студии в прямом эфире! – объяснила ему Марика.

– Так мы же этого и хотели, – возразил он.

– Когда я говорю «в студии», я имею в виду именно «в студии». Он физически находится рядом с Гвендой. То есть сейчас он здесь, с нами, но при этом и там, в прямом эфире! – уточнила девушка.

– Безумие какое-то, это явно не прямой эфир, то есть прямой, но при том и нет… Они используют дипфейк, – сказал Ринго.

Лиза попросила объяснений, так как понятия не имела, что такое дипфейк.

– Это фейковое видео, которое кажется настоящим, совершенно реальным.

– Но как подобное возможно? Хотя, похоже, именно так и есть, – сказала женщина, подходя поближе к экрану.

– Они взяли видео, которое мы им прислали, скопировали интонации и выражения Матиаса и наложили их на лицо актера. Потом записали интервью, может быть, еще днем, а теперь показывают эту фальшивку как прямой эфир, – объяснил Ринго.

– Думаю, это выглядит вполне правдоподобно, – заметил Себ.

– Да просто шедевр! Они явно взяли актера такого же телосложения, как Матиас, поэтому лицо с мимикой и голос со всеми интонациями наложились на него идеально, – Ринго был явно разочарован таким поворотом событий.

– Давайте послушаем, что он говорит… – предложил Матиас, в полном смятении забившийся поглубже в кресло.

Я просто не могу в это поверить.

Осыпав героя программы любезностями и благодарностями за возможность эксклюзивного интервью, Гвенда обрушила на него шквал вопросов в том настойчивом и агрессивном стиле, благодаря которому она стала так известна среди телезрителей и внушала страх гостям студии.

– Вы раньше подозревали, что ваша мать может быть замешана в какой-то незаконной деятельности? – прямо спросила она.

Поддельный Матиас отодвинулся к спинке дивана, приподняв ладони, как будто защищаясь:

– Честно говоря, да, – ответил он через некоторое время.

Настоящий Матиас побледнел.

– Понимаю, что это может быть сложно для вас, но не могли бы вы предоставить нам больше информации?

– Я много раз видел, как к нам домой доставляют подарки, предметы роскоши… Антикварные вазы, столовое серебро, часы и драгоценности. Я просил у матери объяснений, но она всегда отвечала очень расплывчато. Однажды проговорилась, что это было своего рода признание услуг, которые она оказывала людям благодаря своему положению.

Но это ложь, такого никогда не было!

Журналистка с удовлетворенной улыбкой кивнула и повторила: «…которые она оказывала людям благодаря своему положению», прежде чем запустить следующий снаряд:

– Как вы думаете, ваш отец ничего не знал об этом?

Тут же правая сторона экрана наполнилась виртуальными эмодзи отвращения «Фу!». Их становилось все больше.

Фальшивый Матиас опустил взгляд и замолчал, словно был глубоко взволнован.

– Вы думаете, такое возможно? – ответил он тихим голосом.

– Я не знаю, скажите мне вы… – И снова на ее губах появилась