"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

бутылок которого болтались в моем кофре. Пришлось у слуг маетка прикупить провизии, не грабители мы, в конце концов. Хорошо пожаренная говядина, свиные колбаски с солеными огурчиками и грибочками, сметались со стола быстро. Не скажу, что в пути мы голодали, но покушать в тепле, в спокойной обстановке - удовольствие неописуемое.

- Капитан, а вы не находите, что заедать коньяк огурцами и грибами моветон, - скривился прапорщик Шереметьев, но тем не менее коньяк употребил и хрустел огурцом. – Так делают только сиволапые крестьяне и невоспитанные офицеры.

- Помилуйте, Аркадий Всеволодович, мы на войне, сейчас не до гастрономических изысков, - ответил я прапорщику, не обратив внимания на его колкость, ведь Волков разрешил общение без чинов. – Лимоны однозначно бы замерзли в пути. Или вы любите мороженные цитрусовые?

- Все должно быть чинно и благородно, несмотря ни на что, война - не повод отступления от принятых правил. А если вы допускаете подобные вольности по отношению к своим коллегам, то это может свидетельствовать о низком уровне вашей личной культуры.

Сидевшие за столом офицеры недоуменно переглянулись. Волков поморщился, словно у него заболели зубы.

- Прапорщик, эта военная кампания у вас первая? - поинтересовался я, разливая остатки коньяка по рюмкам.

- Первая. Но это не дает вам право унижать нас своим невниманием к традициям.

- Упаси Боже, и в мыслях не было кого-то унизить, если вы приняли мои скромные угощения унижением, то прошу меня извинить. В следующий раз, специально для вас припасу лимон.

- Да, как вы смеете, мужлан, мне, графу, такое говорить?! – вспылил Шереметьев.

- Смею, потому-что я тоже ношу графский титул.

- А если я вас вызову на дуэль? Не струсите?

- Не советую. Стреляю я лучше вас со всех видов оружия. Бой на саблях и шашках у меня исконные казаки редко выигрывали. Без оружия драться вы не станете, да, и шансов у вас против меня никаких. Я вас просто убью, за два-три удара сердца. Оно вам надо? Живите и радуйтесь. Вы уже не юнкер училища, вы офицер оперативного отдела корпуса, пожалуйста, соответствуйте. Детство осталось в Санкт-Петербурге, здесь война, грязь и кровь. Не дай Бог, вам оказаться под серьезным артиллерийским обстрелом, когда на вас сверху падает земля и куски человеческих тел. Тогда точно из вашей головы выветрятся все эти ненужные мысли.

- Можно подумать, вы все это видели и испытали.

- Вы, Аркадий Всеволодович, еще в гимназии счету учились, а я воевал с японцами, командуя батареей. Все перечисленное видел своими глазами.

- Где же в таком случае ваши награды, если вы такой герой?

- Оставил в столице. Они мне здесь не нужны.

- Господа, давайте сменим тему, - предложил подполковник. – Нам надо подумать, как организовать работу отдела в сложных погодных условиях.

- Я носа не покажу на улице, - заявил прапорщик, - пока не спадут морозы. – У меня на лице кожа нежная, и так шелушиться начала.

- Вашему рапорту о переводе я дал ход, не сегодня-завтра, вас отзовут в Управление фронта, вы этого добивались, такая возможность подвернулась.

- Хочу, чтобы капитан дал мне урок фехтования, - капризно произнес Шереметьев.

- У нас Аркадий Всеволодович, учебного оружия в наличии не имеется, а боевое я применяю только по прямому предназначению. Прошу вас успокоиться, и больше к этому вопросу не возвращаться, - спокойным тоном я попросил Шереметьева.

Не понравился мой ответ этому графскому сыночку, вскочил из-за стола, и, не прощаясь, покинул столовую. Тем лучше, и так в воздухе носилась угроза дуэли, а мне не хотелось лишать жизни или калечить бестолкового молодого человека. Не хотелось мне начинать службу с выяснения отношений. Тяжело ему придется в жизни, если она у него будет, с таким характером нарваться на пулю или на клинок немудрено.

С Дороховым довелось встретиться через два дня. Встреча была неожиданная, и для меня и для Дорохова. Столкнулись с ним в штабе армии. С полковником не только пожали руки, но и расцеловались по славянскому обычаю троекратно, чем вызвали улыбки у многих офицеров. Дорохов представил меня офицерам, своим давним знакомцем, с которым в столице осваивали премудрости сабельного боя.

Пока было время до совещания, пообщались с Дороховым - давненько не виделись. Полковник передал мне поклон от моего наставника Прохора, жив еще старый казак, проживает в станице, и продолжает понемногу учить молодых казачат, не может усидеть спокойно на одном месте. Затронули вопрос о полке казаков-пластунов. Дорохов о его создании задумывался сразу после окончания войны с Японией. Очень ему понравилась тактика японских солдат, проводивших диверсии на складах и похищения офицеров на наших позициях. Год назад удалось создать один полк. Военный министр Сухомлинов решил убедиться в его эффективности. Пока казаки-пластуны направлены в распоряжение командующего Юго-западным фронтом генерала Иванова. По словам Дорохова, пластуны есть и в других частях российской армии, но с таким высоким уровнем подготовки, только его подчиненные. Я взял и понаглел, попросил у Дорохова десяток, для сопровождения моей личности на территорию противника. Да, за эти годы полковник стал хитрее, не отказал, и добро не дал. Сказал, что после совещания станет ясно, когда отправлять группы в поиск.

Если честно, то придумал я себе задачу довольно авантюрную. Найти в 4-й Австро-Венгерской армии генерала Иосифа Фердинанда своего агента « Артура». Я с ним перед похищением встречался, обозначили способ связи через Цюрих. Но все изменилось, Цюрих остался на той стороне, а я в действующей армии на этой. После бесед с Волковым я понял, что наши войска испытывают серьезный информационный голод по достоверной информации. Разведки дивизий доставляют только текущие сведения по расположению полков и дивизий, а о действиях противника на перспективу, мы понятия не имеем. Вот «Артур» очень бы помог в этом вопросе.

Уже к вечеру в маетке прорабатывали с Дороховым и Волковым детали предстоящего выхода. По информации Дорохова, штаб 4-й австрийской армии находится в пригороде Ужгорода в селе с названием Дубовая роща, если правильно перевели название. Десяток казаков будет сопровождать надежный проводник, без него нечего соваться в горы, все основные перевалы перекрыты австрийскими войсками, плюс ко всему снежный покров в некоторых местах выше человеческого роста, легко сорваться в пропасть. В село я пойду один, переодевшись в крестьянскую одежду, благо австрийцы пока не препятствуют передвижению местных жителей. Правда, за местного жителя я не сойду, языка не знаю, но на смеси немецкого и чешского