Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

рано или поздно вернётся. Это позволило остудить самые горячие головы, но тогда встала другая проблема. Как ты думаешь, сын, кто именно взял на себя решение спорных вопросов. У кого было больше всего возможностей узурпировать власть?

— Металлические. — понятливо кивнул Лев. — Они и раньше контролировали империю, теперь же они захватили всё подчистую.

— Жалкие слабаки, — презрительно цыкнула драконица, от чего из её рта вылетел язык пламени. — Всегда прикидывались вивернами, хоть на самом деле жадности, как у десяти цветных. Хоть мы создали эту самую империю, почему-то именно металлические должны были ею править! Править нами всеми! Это мало кому понравилось. Вот почему, когда разразилась война с великанами, а наша раса понесла тяжелые потери, никто из драконов не стал изо всех сил пытаться сохранить Империю. Будь желание, это можно было сделать, но никто больше не хотел продолжать этот абсурд.

Пасть драконицы раскрылась и пещеру огласил громоподобный издевательский смех.

— И теперь, после всего случившегося, эти слабаки громко заявляют, что хотят вернуть Империю, и они, оказывается, единственные, кто продолжает хранить верность идеям нашего прародителя! Да будь здесь Олдвинг, они бы первыми познали мощь его пламени, что по слухам, было способно раскалывать целые миры!

Лев нашел рассказанную историю довольно интересной. И дело было даже не в том, как её рассказала мать, а в том, что она не рассказала.

Думов не был наивен и прекрасно понимал, что разумные умеют лгать или говорить неправду, будучи, например, сами обмануты.

Не было сомнений, что если попросить металлических драконов рассказать их версию событий, то окажется, что в расколе виноваты именно цветные.

И где тут правда, можно было искать до скончания веков.

— Металлические драконы всегда полагались на всякие волшебные штучки и обман, чтобы сравняться по силе с настоящими драконами. Нам же, цветным, никогда не нужны была сторонняя помощь, чтобы стать сильнее. Всё, что нужно, уже у нас есть. И я научу вас, как этим воспользоваться. — взгляд драконицы упёрся в Латунную. — Всех из вас.

Лев же вздохнул с облегчением. Кажется, их мать решила, как можно полнее передать Латунной свою философию, чтобы, когда та вернётся к Золотому, у того бы не получилось её обучить.

Хорошо же это было потому, что шансы на выживание Латунной, а значит и самого Думова только что значительно выросли!

* * *

Местом тренировки на этот раз стала оплавленная верхушка горы. Сверху пошел небольшой снег, но никого из присутствующих это не заботило.

— Дети мои, — тон драконицы приобрел торжественные нотки. — Сегодня я посвящу вас в секреты, что позволили нашей великой стае поставить на колени бесчисленные миры. Именно с помощью этой силы наш далекий предок, Олдвинг Великий, стал тем, кого с ужасом до сих пор вспоминают самые древние и ужасные существа вселенной. Имя сей способности — драконья ярость.

Сариана прикрыла глаза, чтобы спустя секунду их раскрыть, но теперь они больше напоминали те ванны плазмы, что были во время битвы с золотым. Её аура тоже изменилась, наполнившись насилием и еле удерживаемой жестокостью.

— Мы, цветные, — каждое слово было наполнено рычанием и злобой. — Научились контролировать свою суть и направлять её против наших врагов! Это дает нам невероятную мощь, но в то же время заставляет нас рисковать навсегда погрузиться в это первобытное чувство!

Красная драконица глубоко вздохнула, когда вышла из упомянутого состояния.

— Во время действия ярости наши чувства выходят на новый уровень, чешуя становится крепче, а мышцы достигают невероятных вершин гибкости и скорости. Меняется даже наша магия, позволяя намного полнее понимать и повелевать родственным нам стихиям.

Сариана особо акцентировала внимание на своих следующих словах.

— Но как я уже сказала, путь достоин лишь для сильнейших. Наши первобытные инстинкты сильны и могущественны. Позволяя им воплотиться столь полно, вы рискуете, что они полностью подчинят вас своей воле, и тогда останется лишь беснующаяся и уничтожающая всё и вся на своём пути пустая оболочка. Известны лишь единицы тех, кто самостоятельно сумел выйти из подобного состояния, если провел в нём слишком долго. Вы хотите освоить этот путь?

— Да! — у дракончиков не было и тени сомнений.

— Отлично, — гордо кивнула мать. — Я научу вас. Но для полноценного освоения драконьей ярости вы будете много и усердно тренироваться. Эти тренировки будут сопряжены с опасностью, и смерть будет преследовать вас на каждом шагу. Не страшитесь, ведь это путь цветных драконов. Лишь в бою и смерти мы становимся сильнее, тем самым почитая нашего великого предка.

В словах красной драконицы не было места обсуждению или сомнениям. Сариана уже решила, что они встанут на путь древних драконов. А значит, они или справятся, или погибнут по пути.

— И начнём мы прямо сейчас.

Лев мысленно ухмыльнулся. Кажется, животворящие тумаки от «мужа» заставили красную драконицу кое-что внезапно осознать и внезапно обрести куда более активную позицию в обучении своих детей.

Думов покачал головой. Также он никак не мог избавиться от мысли, что всё это обучение началось лишь потому, что их матери очень уж хотелось утереть нос Доруготу.

Воистину, высокомерие и гордость драконов были способны толкать их на самые неожиданные вещи.

— Сегодня я позволю вам впервые пробудить вашу ярость, — дракончики внимательно слушали инструкции Сариан. — Я напитаю свою кровь гневом и дам каждому из вас проглотить по капле. Этого будет достаточно, чтобы ваш гнев действовал не слишком долго. Вашей задачей будет постараться вернуть хотя бы часть разума и остановить свою ненависть. Скажу сразу, это будет тяжело. Кто первый?

Лев без всяких сомнений сделал шаг вперёд. Он был самым старшим и сильным. Кто если не он достоин идти во главе?

Кивнув своим мыслям, Сариан сконцентрировалась, после чего осторожно порезала палец одной своих лап когтём и наклонила руку, чтобы капля крови скатилась прямиком в раскрытую пасть красного вирмлинга.

Бульк! — тягучая кровь на мгновение перекрыла дыхательные пути, но почти сразу проскользнула обжигающим снарядом внутрь тела Льва.

«А она остренькая…», — сразу подумал мужчина, прислушиваясь к своим ощущениям: «Странно, я думал, что почувствую это более явно…»

Тум! — сердце вирмлинга издало особо мощный стук, а сам он замер, завороженно уставившись в одну точку.

Тум! — второй удар сердца ознаменовал начало трансформации. Чешуйки на загривке дракончика сильно встопорщились, сделав его похожим на дикобраза. Пасть раскрылась и из неё потекла слюна, а красноватые белки вирмлинга резко покраснели, окончательно потеряв зрачки. Дыхание ускорилось и превратилось в отрывочные, очень быстрые хрипы.

Дракончик весь сжался, словно взведенная пружина, и, казалось бы, готов был броситься на всё, что угодно. Но по какой-то причине он стоял неподвижно.

Ответ пришел прямо от Сариан.

— Смотрите на него. Прямо сейчас он