Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

– Советую поспать. Лететь долго.

Равнодушно взглянула на помещение, куда нас притащили, и хмыкнула про себя.

Кроме металлического корпуса, здесь не было ничего. Зелёный урод предлагал нам понежиться на холодном металлическом жёстком полу, не обращая внимания на то, что одеты мы были лишь в один тоненькие белые комбидрезы и обуты в мягкие тапочки.

Урод.

Великан исчез, и мы остались вдвоем.

Я прошлась по новой тюрьме и вздохнула.

Апатия ещё сильнее притупила мои чувства.

Я даже холода не ощущала. Более того, мне в принципе было тепло и комфортно, тогда как другая девушка сильно дрожала от холода, а из её рта выплывало облачко пара.

Она сжалась в комок и села у стены, обняв себя руками. Синеволосая, с очень бледной, почти синюшной кожей и миндалевидными глазами, она почему-то у меня не вызывала никакого сочувствия и желания хоть как-то помочь ей, даже элементарно словом.

Мне было всё равно, что будет с ней, что будет со мной.

Девушка сидела, уткнувшись в колени, и не смотрела на меня. Дрожала и тихо плакала.

Я села к противоположной стене и не заметила, как уснула.

Я не ощутила ни того, как мы взлетали, ни самого полёта, ни приземления.

Мой сон был крепким и без сновидений.

Видимо, организм компенсировал сном то время, что я провела у хорийцев в жестокой агонии и всепоглощающей боли. А быть может, что-то ещё. Не знаю.

Проснулась я, когда дверь с шипением открылась и раздался громогласный голос:

– Просыпайтесь, самки! Мы прибыли!

Зеленокожий великан отцепил от стен цепи и дёрнул на себя.

Я была уже на ногах, а вторая девушка не двинулась с места.

– Я сказал: ВСТА-А-А-АТЬ! – заорал он как потерпевший, и от его ужасного рёва я вздрогнула и отшатнулась обратно к стене.

Девушка даже не шевельнулась.

Тогда мужчина отбросил всю свою вежливость и с силой дёрнул на себя цепь с несчастной синевлаской.

Тело девушки упало в той же самой позе, в какой и застыло.

Я прижала ладонь к губам.

Она была мертва.

– Вот ведь жопа мира! – выругался жорзаец и зыркнул на меня с ненавистью своими глазками буравчиками. – Почему не спасла её, тварь?!

Изогнула в удивлении брови и спокойно ответила:

– Ты приказал нам спать. Я спала.

Зелёный урод раздул широкие ноздри и щёлкнул массивной челюстью.

– Тогда тащи её на себе, раз такая умная. Дохлая самка пойдёт на мясо для заключённых.

– Я не стану этого делать, – произнесла негромко, но слышно.

Думала, что зеленый начнёт возмущаться и гнуть своё, но он вдруг бросил цепь, к которой была прикована девушка, и, дёрнув «мою» на себя, сказал:

– Я буду с удовольствием наблюдать, как ты будешь кривляться перед нашими заключёнными. Эти парни тебя быстро покорности научат.

И заржал. А на выходе из корабля кивнул одному из своих и произнес:

– Там ещё одна осталась. Сдохла, правда. Отнеси её мясникам.

В другой ситуации меня бы вырвало.

Но разум, очевидно, пытался уберечь меня от возможного безумия.

А потерять рассудок в той ситуации, что я оказалась, было проще простого.

Сказать по правде, я завидовала синеволосой девушке. Лучше бы я умерла вместо неё…

И плевать, что меня съели бы голодные инопланетные мужики, запертые в тюрьме.

* * *

Майя

Идти за жорзайцем приходилось быстро.

Он вёл меня, словно псину, по тёмным и уродливым коридорам, похожим на шахтёрские тоннели.

Тюрьма была уродливой не только по своей сути. Все тюрьмы в принципе ужасные места.

Но та тюрьма была местом, которое на Земле назвали бы настоящим Адом.

Мрачная и вонючая тюрьма. Меня тошнить начало сразу, как только мы оказались внутри этой клоаки.

Со всех сторон я слышала гул голосов: стоны, крики, смех, похожий на лай собак, и многое другое.

Эти звуки смешались в настоящую какофонию, и мне отчаянно захотелось зажать уши руками, чтобы ничего не слышать.

Я старалась дышать поочерёдно ртом и носом, но очень скоро мне стало казаться, что эта вонь забилась в каждую мою пору, что каждая клеточка моего тела провоняла омерзительным составом.

Как здесь можно находиться?

И вот тут ко мне начали возвращаться чувства.

Страх.

Животный. Парализующий.

Страх – это инстинкт самосохранения.

И все мои инстинкты верещали подобно сирене «БЕГИ-И-И!!!»

Только куда мне бежать и как?

Зелёный монстр привёл меня к платформе, и стоило нам ступить на неё, как она тут же начала спускаться вниз.

Меня накрыл ужас.

Тело моё сильно задрожало, и я сжала руки в кулаки, стараясь не впасть в панику.

Зажмурилась и начала читать про себя молитву.

Платформа вскоре остановилась, резко дёрнувшись, и я едва не упала, но зелёный громила удержал меня, дёрнув за цепь у самого горла.

А возле платформы нас встречали уже сами тюремщики.

Высокие, не ниже зеленокожего жорзайца, мощные, с непропорциональными телами и омерзительными рожами, сильно похожими на мангалоров из фильма «Пятый элемент».

– Почему самка одна? – прорычал один из стражников, указав на меня острой, словно копьё, палкой. Наконечник сверкал и потрескивал, будто в нём находились разряды настоящего тока.

Меня передёрнуло, и я сделала шаг назад – снова испытывать боль не хотела.

– Другая сдохла по пути сюда. Её уже отправили мяснику, – ответил жорзаец и, дёрнув цепь так, что я сделала несколько шагов вперёд, передал ненавистную мне цепь одному из этих уродов.

Уроды пошевелили вислыми мясистыми ушами, и один проговорил:

– Какая-то она страшненькая… Худая.

– На расу Лордов похожа, – хохотнул другой.

– Ты прав! Как же я сам не догадался!

Дёрнули меня за цепь и поволокли дальше.

Я обернулась и лишь увидела, как зелёный гигант поднимается наверх на платформе. На свободу. Подальше от этой мерзости.

Я сглотнула.

Мне пришлось едва ли не бежать за охранниками, потому что они не собирались подстраиваться под мой шаг. Упала бы я – они бы не заметили и потащили так…

Коридоры стали шире, а потом мы вышли на отвесные лестницы, с которых открывался вид на самую настоящую арену, огромную, грязную, вонючую, с толпой разнообразных мужчин – сборище монстров.

Ощущение, что я оказалась в настоящей выгребной яме, из которой повылезали монстры…

Меня чуть не вырвало.

Здесь запах особо был плотным, даже будто бы ощущался на вкус…

Смесь сероводорода, мужского кислого пота, запах мочи, гуано и чего-то ещё омерзительного… Этот коктейль едва не лишил меня сознания.

Если вдруг по какой-то невероятной случайности мне удастся выбраться отсюда,