Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

— Тебя не беспокоит смерть твоих детей? — аж замерла мантикора, у которой, судя по виду, произошел разрыв шаблона. — Неужели, вы, драконы, настолько бессердечны?

— Они драконы, — Лев и остальные с удивлением услышали в словах матери гордость. — Это их первый шаг на пути нашего рода, и я приму любой исход. Даже если они сегодня умрут, то они умрут драконами.

«Хах, для того, чтобы драконы посчитали тебя одним из своих всего-то и надо сразиться с тварью, превышающей тебя по массе в несколько раз!»

— Тогда они умрут! — захихикала мантикора, хищно смотря на приближающихся вирмлингов. — И клянусь, я получу от этого несказанное удовольствие!

Первым в атаку бросился Белый. Его мускулы вздулись, а тело содрогнулось, когда драконья ярость подожгла его кровь. Но именно она и спасла его от тяжелейшего удара лапой, что буквально смёл излишне поспешного вирмлинга.

Ставшая более прочной чешуя Белого выдержала урон, но сила удара была такова, что досталось и тому, что было под чешуей.

Пытаясь воспользоваться отвлечением противника атаковали и остальные дракончики. Но проблема была в том, что они атаковали разобщенно и несогласовано, в то время как их противник был намного сильнее, чем они ожидали.

Даже лишившись крыльев, мантикора была чертовски быстра, уклоняясь от удара одного вирмлинга, чтобы ударить второго и щелчком хвоста почти прикончить третьего.

Лишь рождённое драконьей яростью взревевшее чувство опасности спасло Льва от летевшего в его глаз костяного шипа. Мантикора решила разобраться с самым опасным и почти достигла своей цели.

Костяной шип врезался в небольшой рог на голове и отрикошетил в сторону, но даже столь случайного столкновения хватило, чтобы Лев чуть не упал.

«Какая огромная мощь. Нужно любой ценой уворачиваться от шипов, если я не хочу быть нанизанным на них, словно жареная на палочке рыба».

Лев попытался плюнуть огнём, но он слишком долго готовился к атаке. За то время, пока он подготавливал выдох, мантикора благоразумно вышла из зоны его поражения!

Думову также приходилось бороться ещё и с самим собой, чтобы слишком сильно не погрузиться в состояние берсеркера. В их ситуации слепая атака принесла бы лишь глупую смерть.

А ведь не только они охотились на зверя, она тоже охотилась, но уже на них.

Пользуясь тем, что Лев стоял слишком далеко и не успевал сократить дистанцию, мантикора атаковала Синюю. Жуткие клыки уже почти ухватились за чешуйчатый бок осознавшей опасность, но не успевающей увернуться Синей, как в морду мантикоры влетела тонкая струйка драконьего выдоха Латунной.

Силой мелкой драконицы было ослабление и сон, и в таком мизерном количестве она ничего бы не смогла сделать, но её оказалось достаточно, чтобы на мгновение прикрыть зрение мантикоры туманом, чем и воспользовался вернувшийся Белый, со всей яростью вцепившийся в горло зверю.

Рывок! Всё ещё сжимающий кусок шкуры льдистый дракончик отлетел прочь, а мантикора сумела вырваться, чтобы парой ударов лап расшвырять Латунную и Синюю. Похоже нанесенная Белым рана её ничуть не беспокоила.

«Она слишком сильна», — Лев силой воли прижал свои инстинкты и заставил себя холодно оглядеть сцену боя: «Мы можем её победить, измотав, благодаря нанесённым ранее ранам матери, но тогда велик риск получить тяжелые травмы, если не вовсе умереть. Риск слишком велик».

Требовалось совершить нечто неожиданное, то, чего уж точно не ждут от драконов. И у Льва была как раз подходящая идея. В конце концов, пора было обналичить чек и узнать, чего стоили все его многолетние усилия.

— Белый! — крик Льва привлёк внимание белоснежного вирмлинга, позволив взглянуть в его бешеные глаза. — Я знаю, как нам её прикончить! Атакуй её своим дыханием, но рассеянно, чтобы хватило на большее расстояние! Ослабь её и держись подальше!

На какое-то мгновение Думову казалось, что Белый развернётся и проигнорирует его просьбу. У них никогда не было хороших взаимоотношений и ему ничего не стоило, не слушать Льва.

Однако в следующую секунду из пасти Белого вырвался ледяной туман, который, несмотря на все попытки мантикоры увернуться, всё равно её касался, заставляя шкуру постепенно дубеть и стеснять движения.

— Латунная делай то же самое, что и Белый! Не лезь в ближний бой! Уворачивайся!

— Жалкий детеныш! Твои косточки так приятно будут хрустеть на моих клыках! — завелась мантикора, видя виновника своих нынешних проблем. — Твои попытки ничего не изменят! Вы обречены!

Она попыталась накинуться на Льва, но поток пламени вынудил её отступить.

— Синяя! Мы с тобой её прикончим! Бей сразу после моих атак! Не дай ей продыхнуть!

Понимая, что её загоняют в западню, мантикора попыталась напасть на Белого с Латунной, но те правильно поняли мысль Льва и старательно отступали, позволяя второй двойке безнаказанно атаковать спину зверя. Когда же она поворачивалась уже к Думову с Синей, то в неё летели выдохи остальных.

Мантикора была сильной, намного сильнее любого из вирмлингов или даже четырёх из них, но скоординированная работа сразу всех юных дракончиков была не тем, с чем она могла справиться.

Молнии Синей безжалостно дырявили шкуру мантикоры, оставляя глубокие, болезненные раны, попутно парализуя соседние мышцы. Огонь же Льва напрочь сжигал шерсть и добирался до кожи, превращая ту в прах.

У мантикоры ещё оставался её хвост, но если внимательно за ним следить, то очень сложно пропустить начало атаки. Плюс, число шипов на нём было ограничено. Дыхание же вирмлингов, хоть тоже было не бесконечным, но постепенно восстанавливалось.

Момент, когда одна из лап мантикоры подломилась и та почти упала, стал ключевым.

— В атаку! — взревел Лев и первым бросился на пытающегося подняться врага.

Уворот! — хвост мантикоры, пронёсся сбоку, но Думов не позволил таким мелочам его отвлекать.

Первой в мантикору вцепилась Латунная, выбрав своей целью внутреннюю часть задних лап, где было больше всего вен. Лев и Белый целились в шею, а Синяя предпочла атаковать самую опасную часть тела — хвост.

Мантикора боролась бешено, пытаясь скинуть висящих на ней вирмлингов, но те держались крепко, с каждой секундой всё сильнее погружая клыки в кровоточащую плоть.

Бум! — мертвое тело мантикоры с грохотом упало на вулканический камень, а дракончики подняли свои окровавленные мордочки к небу и издали победоносный рёв.

Они праздновали смерть первого убитого врага. И его кровь, омывающая их клыки, была слаще, чем всё, что они когда-либо пробовали.

Однако постепенно их запал начал сходить на нет и вирмлинги обратили внимание на свою молчаливую мать.

И глядя на то, как она всё ещё ничего не сказала, у Льва и остальных начали закрадываться сомнения.

«Неужели мы не прошли? Могло ли наше объединение помешать тому, как она видит цветных драконов? Будет ли она зла?» — сомнения так и глодали дракончиков, что уже и не были рады своей победе.

— Мать, — Лев храбро поднял голову и