"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

конкретно надрался своего любимого коньяка «Арарат», прямо из горлышка и без закуски - я смотрел на это с удивлением. Кстати, отличие еды от закуски понимают только наши утонченные граждане. Никаким дядям Сэмам, Джонам, герам Фрицам и другим жителям отсталых и развивающихся стран сия способность не дана. Наутро, с больной головой, удивленно озираясь в поисках красавицы-жены, с немым, невысказанным по поводу тишины и ее отсутствия вопросом, он все же решил поговорить со мной. Спокойно, устало-монотонно, не повышая тона, с видимым трудом шевеля губами и раскрывая рот, отец рассказал о трудностях становления его бизнеса. Я узнал, что за сегодняшнее благосостояние мы должны благодарить моего деда - Головко Ивана Константиновича, бывшего сотрудника отдела ЦК КПСС, который все время думал о своем единственном сыне.

Деда я не знал, он подозрительно скоропостижно скончался вместе с бабушкой через неделю после развала СССР, но, похоже, смог моему отцу отсыпать немного «золота партии», и показать «золотую жилу» в виде фармацевтического бизнеса. И вот сейчас я, по словам отца, хочу пустить на ветер все нажитое непосильным трудом, отказываясь стать у него партнером. Попытался успокоить отца. Сказал ему, что в военном университете дают неплохое образование по специальности, выдают диплом единого государственного образца. Если у меня служба не сложится, то я смогу найти себя на гражданке. Постепенно отец успокоился или сделал вид, что успокоился, и больше до отъезда в казарму университета к этой теме мы не возвращались.

Расстались почти как чужие. Удивительно, учитывая наши семейно-родственные отношения, но я был слегка расстроен и испытывал в связи с этим новые для себя чувства огорчения и тревоги. Все-таки – я человек добродушный по натуре, неконфликтный. Предпочитаю решать проблемы путем мирных переговоров. Но, бывает, они не помогают. Что ж тогда я проявляю свой упрямый характер.

Пять лет учебы пролетели быстро, я и глазом не успел моргнуть – интересно, подумал я, каким? Левым-зеленым или правым – стальным, то есть стального цвета, а то еще кто-то подумает, что я уже и протез из легированной стали вставил в правую глазницу. Подтверждаю - со зрением все в норме, как и с остальными бортовыми системами и грузо-подъемными механизмами! Отцу я не надоедал, старался жить на курсантскую стипендию. Когда отец подкидывал мне некоторые суммы на карманные расходы - не отказывался. Но и сам никогда не просил – я гордый (это тоже штрих к моему возмужавшему портрету). Мне хватало денег сводить Катьку в кафе, поесть мороженое, или в «Макдональдс» - съесть чудо страшно вредной заморской кулинарии - «американский» гамбургер. Ими разве что кормить тех самых тифозных вшей в профилактическо-медицинских целях. Но – мода, однако. Сестричка-синичка просит поклевать иноземного корма, приготовленного со всем недостижимым в природе и нашем общепите тщанием московских макдональдистов.

Сестренка доверяла мне полностью. Я так уверенно говорю о сестре, потому что с ней мы могли общаться на любые темы, секретов от меня у Катьки не было совершенно. А вот своей матери она не рассказала о своем первом поцелуе, злорадно (совершенно не в своем стиле), но с теплым удовольствием подумал я…Хорошая она девчонка, моя сестренка (вот уже и рифмовать стал свои мысли, глядишь, свой рассказ я завершу поэмой).

Несколько раз посещал ночной клуб, правда, мне его атмосфера не понравилась. Шумно там очень, и много молодежи откровенно «под кайфом». От этого бестолкового шума я устаю физически, хоть и не слабак, а всю эту публику презираю – я уважаю людей волевых, со стержнем, увлеченных каким-нибудь делом. А эти слабаки, тьфу… Нет, я не настолько туп, чтобы обобщать. Обобщения хороши в науке и так далее. И в клубах встречаются хорошие ребята, но разобрать в этом гвалте, кто есть кто…бесполезное занятие. Одним словом мне бывать на тусовках не по душе, да и курсантской стипендии хватало на покупку в баре одного двух бокалов хорошего пива, остальные напитки были слишком дорогие.

Закончил я военный университет с отличием, и меня сразу же направили служить в финансовое управление МО РФ. Очень подозреваю, что к моему распределению приложил руку отец, но как я его не пытал, как ни заходил то слева, то справа, но он все время твердил о своей непричастности.

За период учебы я возмужал, немного оброс мышцами, из нескладного и худощавого молодого человека превратился в крепкого, жилистого, выносливого, хорошо сложенного мужчину. Правда, в гипотетическом соревновании с древнегреческими, да и современными атлетами – бодибилдерами - качками моя фигура проигрывала подчистую. Во-первых, как говорят - конституция не та. Ну, не дано от природы моим мышцам быть такими рельефными, да и всякие гормоны да анаболики и прочие пищевые добавки для роста мышечной массы я не приветствовал. Но я и мои тренеры знали, сколь обманчива моя стройность. Мои мышцы были сильнее, чем у многих показушных атлетов. Я был гибче, выносливее. Я был хлестким, как плеть, быстрым и ловким. Этому способствовали занятия разнообразными видами спорта, к которым я постепенно приобщился.

К моему удивлению, мне понравилась легкая атлетика, гимнастика и борьба самбо. Не забывал и о «железе», пристрастился к гиревому спорту. Не сказать, что я стал профессиональным спортсменом, но за честь нашего факультета выступал регулярно, иногда брал призы. Из самых дельных тренерских советов запомнился один (армейский юмор я, его тоже полюбил): готовясь к забегу с низкого старта, не забудь убедиться, что сзади никто не бежит с шестом! Были и такие советы командиров, занимающихся с нами на плацу строевой подготовкой: «Товарищи курсанты! Песню надо орать так, чтобы мышцы на заднице дрожали!» Но это так, к слову.

Скажу так, из стен военного университета вышел молодой, стройный и довольно симпатичный лейтенант, не потерявший чувства юмора и веселого нрава (просьба не путать с выражением лица лихого и придурковатого, как того требовал в своих наставлениях Петр I). А совсем негрозная моя фигура носила обманчивый характер, что впоследствии сослужило мне хорошую службу – кто ж такой прыти и физической выносливости от меня мог ожидать??? Пусть противник подольше остается в неведении в этом отношении тоже. В том деле, в которое я был вынужден ввязаться (вернее – меня ввязали) лучше демонстрировать взаимоисключающие качества. При природном уме и смекалке - прикидываться наивным простачком, при силе – слабаком, при умении действовать быстро и реагировать мгновенно – демонстрировать флегматичность характера и так далее. Это бывает очень полезно – практика показывает, что я не ошибаюсь.

Вот я сказал «симпатичный». И к своему удивлению понял,