Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

его родных и учеников охранять будет? Потому, вторым заходом сильно встревоженный хозяин усадьбы отправился к той тройке кицуне, которые у него в качестве учителей для его несмышленышей подвизались.

— Есть у нас с собой духи, создатель! — ответили люди-лисы, — попросим их постоянный дозор вокруг усадьбы нести. Мимо духов наших предков и мышь не проскользнет!

Не вполне удовлетворившись и охраной духов, Иван принялся скопившиеся в его коллекции артефакты перебирать. Коллекцию, при случае, можно будет еще пополнить… если жив останется. А мертвым, так никакие артефакты и вовсе ни к чему. Не так много, как хотелось бы, но охранные артефакты отыскались. Потому Иван в окрестностях усадьбы расставил сигналки, если враг чукотских духов каким-то образом обмануть сумеет, без спроса вдруг подбираться затеет, они ему прямо в голову сигнал о приближении злодеев подадут. А самые ближайшие подступы еще и управляемыми минами защитил. Так-то совершенно безопасные штуки… пока их дистанционно на боевой взвод не поставишь.

Уровень 19.

Очки опыта до следующего уровня: 15 600 04426 214 400

Класс: Целитель; Вторичный Класс: Химеролог.

Основные характеристики:

Сила 41

Ловкость 49

Выносливость 134

Интеллект 102

Дух 90

Дополнительные характеристики: Удача 31; Восприятие 19; Харизма 14; Меткость 20; Скрытность 15; Интуиция 9, Музыкальный слух 9.

Навыки: открыть для просмотра

Мана 45004500

Магические конструкты: открыть для просмотра

Сделать выбор: магический навык, подходящий по Классу / конструкт третьего или четвертого уровня из расширенного списка: 4.

Выносливое либидо

Сила магии

Скорость набора опыта ×16

Вы достигли просветления.

Глава 9

Постоянно сидеть и дрожать от, вполне возможно, целиком и полностью надуманных угроз — вообще не дело, потому Иван, едва только утро наступило, при помощи привычного уже мгновенного перемещения отправился в гости к своему младшему братишке. Тот же, после переезда родителей в усадьбу, практически самостоятельным домохозяином заделался. А если учесть его страсть к выращиванию всякой зеленки и неплохие деньги, получаемые за урожаи интересной для зельеваров растительной продукции, можно представить себе, во что это все выливается. Во всяком случае, по намекам родителя и названиям отдельных экзотических фруктов, что-то там, у братца, с его задумками вышло явно незаурядное. А вот в подробностях про Степана хозяйство отец рассказывать отказался! Мол, иначе тебе не так интересно будет знакомиться с тем, что получилось.

Хм. Снаружи все как прежде выглядит: деревянный забор с воротами и выглядывающая из-за них крыша дома. Постучался. Вообще-то, ходить в гости по утрам не очень приветствуется, кое-кто любит поспать подольше. Только к Степе подобное, вроде как, не относится. Он с самого раннего детства ярко выраженным жаворонком является, с зарей поднимается. Ну, а сам Иван, с увеличением Выносливости до трехзначных цифр и вовсе сон стал воспринимать исключительно как, своего рода, совершенно не обязательное развлечение или удовольствие. По типу кофе. Неделями мог без сна своими делами заниматься, меняя только время от времени вид деятельности.

— Ваня?… — Судя по отрешенному виду брата, тот давно уже на ногах, но был занят какой-то важной деятельностью, отнимающей почти все его внимание.

— Вернулся я, понимаешь, на родину, а младший брат ни сам в гости не приходит, ни к себе не приглашает! — шутливо грозным голосом озвучил старший провинность младшего. А то действительно, Иван уже неделю как в городе, всё ждет-не дождётся братца, а тот завяз в своих друидических делах, и нос со своей основной делянки не кажет…

— Так я собирался прийти, — принялся оправдываться Степа, — правда, собирался, а у меня погодный артефакт в зимнем саду сбоить начал. Пришлось техномагов вызывать, а потом, когда они проблему устранили, все раскуроченные грядки еще и обратно восстанавливать.

— Восстановил? Тогда давай, показывай, что за зимний сад у тебя тут такой, и чем он лучше тех площадей, что тебе в усадьбе выделили. Отец заинтриговал, что тут какое-то чудо чудное устроилось.

— А, да, конечно. Проходи. И нет у меня никакого чуда, всего лишь отапливаемую зимой теплицу с артефактным управлением микроклиматом только и соорудил. И не сам соорудил, а по моим эскизам техномаги с нашей железнодорожной станции расстарались. В усадьбе же всё ещё только монтируется да и посажено там пока всего ничего…

Ну, что сказать? Если бы Лудильщиков побывал в подобной великанской теплице до того, как начал свою усадьбу реконструировать, то, скорее всего, первым делом заказал бы для себя именно подобный кусочек райского сада, а все остальное уже потом к той теплице затеял пристраивать. Или нет… тут же самым главным компонентом всего растительного великолепия были вовсе не огромные стеклянные рамы, собранные в высоченный купол, занимающий добрую половину бывшего огорода, и даже не этот погодный артефакт, который своей поломкой помешал Степану до сих пор в усадьбу в гости к брату, наведаться. Самым главным во всем этом был увлеченный всей этой работой специалист. А специалистом Степа стал на загляденье.

— Вот, Ваня, посмотри, какие я латиноамериканские пассифлоры тут вырастил, — гордо указывал он в сторону кусочка настоящих джунглей, плетей лиан, усыпанных огромными, едва ли не с ладонь размерами, одуряюще пахнущими разноцветными цветами. — Через два месяца у меня тут вырастут очень вкусные и полезные фрукты. Причем, самые разные, потому что пасифлор тут не один вид, а целый десяток. А вот это деревце с колючими плодиками — настоящий дуриан из Азии. Из его плодов, когда те полностью созреют, можно будет изготовить зелье, повышающее на единичку Силу. У тебя же, вроде, проблемы с ней были?

— Зелье то самое, которое в наших магических лавках продается или другое? — немедленно заинтересовался сообщенной информацией старший брат. — Если, допустим, я это твое зелье выпью, у меня добавится еще одна единичка Силы? Обычное зелье я уже пил.

— Зелье не мое, его опытный зельевар должен готовить, а дуриан я еще только-только выращиваю, он у меня в первый раз плодоносить будет, почти всю ману на него сливаю каждый день. Будет ли прибавка еще одной единицы плюсом к уже полученной от обычного у нас зелья — не знаю, пробовать надо. Но, скорее всего, будет. Вон, от женьшеня же прибывает. Причем, не однократно, а с каждой новой порции зелья.

— Кстати о женьшене. Он-то у тебя растет по-прежнему? — жаловаться на то, что эффект от этого волшебного зелья на самом Иване уже снижается, старший брат не стал. Пусть меньше, но прибавка еще проходит, а даже если и прекратится, у него же еще куча родственников есть, которым шанс увеличить продолжительность жизни вовсе даже не лишний. Так что пусть Степа и дальше эти корешки выращивает и никакими сомнениями не страдает.

— Там, в огороде, потом покажу. Не просто растет, разросся на загляденье. Осенью еще несколько корешков на переработку в зелье отправлю. А вот это, брат…, — и удивительная экскурсия продолжилась.

М-да уж! Как в каком-нибудь биологическом музее побывал, настолько в зимнем саду все оказалось необычно и интересно. А еще этот чудо-сад в совсем недалекой перспективе сулил просто таки гигантские прибыли! Экзотические фрукты и ягоды — баловство, развлечение, но ведь тут подрастает редчайшее сырье для нескольких зелий, практически не уступающих женьшеневому.

Посещение кусочка райского сада словно что-то сдвинуло в душе Ивана. Будто какая-то незаметная пружина, до того напряженная до предела, вдруг ослабла, позволяя дышать свободнее. Под впечатлением от увиденного решил, как в детстве, прогуляться по улицам родного города, ни о чем не задумываясь.

Бездумная прогулка привела Лудильщикова на берег Камы, к зданию городской администрации. А просто мощенных дорожек в городе было совсем немного, и все они вели к центру. Внутрь проходить не стал, в данный момент ничего особо ему там не было нужно. Купил у стоящего на перекрестке газетчика губернскую газетку «Вятский край» и направился в разбитый как раз напротив администрации небольшой сквер. Посидеть на лавочке, почитать губернские новости — отдельное, очень изысканное удовольствие для ответственного и крайне занятого человека.

Однако же! Еще Евстахий Порфирьевич учил своего молодого подопечного правильно читать периодические издания. Не все, напечатанное в газете,