"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Уровни; бродя по лагерю, разговаривая с самим собой, а также с вымышленным другом с мужским именем Уилсон, вспоминаю свои личные победы, повышения и титулы, приходящие с новыми уровнями. Хотя чего там вспоминать!.. Все мои победы исключительно постельные. Уровень я поднимаю медленнее, чем кто-либо из людей моего мира, а титулы: «Уравнитель ур. 2» и « Истребитель Ереси ур. 1» — ни один из них до сих пор себя не проявил. Из плюсов, подтвержденных, только факт того, что, переспав со мной, на некоторое время женщины и девушки обретают силу — некий скрытый по времени баф на силу, ловкость, ну и точно не на интеллект. Я сам этого ничего не видел, но мне рассказывали, как одна из кошек едва не самоубилась об кого-то очень сильно, что в конечном итоге поставило точку в одном очень значимом сражении. Сражении с кем, ты спросишь меня, Уилсон? Да с теми, с кем сражаются все индейцы — с захватчиками! Есть некая торговая республика, что соснула в своей прошлой войне по самые гланды, и вот теперь, дабы не исчезнуть и как-то платить обидчикам дань, они повадились грабить всех, до кого только дотянется их флот.

Очень и очень странная страна и жители её такие же странные. Несколько раз в прошлом они отхватывали в местных джунглях от аборигенов, и сейчас, когда у них там на материке проблемы, кидать все силы на нас как-то тупо… тупо, да не очень. Их враг, те, кто разгромил их, привнёс в армию новые технологии и порох. В первой высадке порох хорошо себя показал. Племя Кетти, что тройку месяцев назад служило Чав-Чав, по приказу старейшин выступило единым фронтом против появившихся на горизонте захватчиков. Выступили и сокрушительно проиграли. Не помогли им стрелы, не помог численный перевес, и даже бешеная ярость, невероятная регенерация медоедов — не помогли. Пушки и аркебузы, с ними пистоли или пещали… хз что именно, я в этом слаб, в отличие от Бати. Потому, тебе, друг Уилсон, скажу честно: вьебали нас, раскатав по пляжу, а после, используя раненых, стали информацию выведывать, да тех, кто отчаялся и в Чав-Чав разочаровался, на свою сторону перетягивать. Сначала то были единичные случаи, но после, как наш батя, то есть Добрыня, второй самец из пришлых, старый дед, но по факту бывший разведчик и ветеран Чечни, взялся за дело, единичные случаи превратились в массовые. Нет, Батя никого не бил (почти), никого не убивал (почти), и даже не шантажировал (почти). Батя просто подождал, когда враг рассредоточится, разделится, занявшись изучением острова. В засаде старая летучая мышь добыл одежду, оружие, порох, затем принялся кошмарить пришлых и даже угнал корабль, вынудив республику броситься за ним в погоню. Старый, толстый, сильный, хитрый и безжалостный, Добрыня (то есть батя) выждал идеальный момент разделения врага на два лагеря, а после в дождь разнёс первый вражеский форт. Сказать, что Кетти, да и я сам ахуел от этой новости, ничего не сказать. Старый диверсант, с числом значительно меньшим, чем у защитников, взял вражескую крепость, захватил порох, пушки, а с ними важнейший узел снабжения, без которого дальнейшие силы республики, продвигавшиеся в глубь полуострова, оказались отрезанными от снабжения. И теперь, уже не мы, а враг должен был догонять, действовать и атаковать.

Батя крут, настоящий сумрачный гений, старый герой. Я бы вполне мог назвать его главным героем истории, если бы не два пункта. Первый — возраст, второй — его личная сила, благодаря которой он поднимает уровни. Только представь пенсионера, солдата, отдавшего всю юность на служение родине, чьи подлые, забравшиеся в карманы страны лже-генералы потом его судили. Сердце бати полнилось ненавистью, возможно, именно это и даровало ему силу. Убивая других, батя становился сильнее, а с этим — крепче физически и даже чутка моложе. Способность невероятная. По идее, я должен был радоваться, плясать от счастья и боготворить деда. Вот только есть одно «но»: для повышения каждого уровня требуется всё больше и больше определённых очков опыта. В случае со стариком — больше смертей и убийств. Молодость, как известно, явление временное, а вот жизнь — у каждого одна. Более всего на свете я опасался, что батя свихнётся, и в то же время я также опасался того, что смерть настигнет его в бою. Он не был мне родным отцом, скорее человеком по духу, сопоставимым с ним. Потому, как и любой другой сын, видевший в нём пример, старавшийся подражать и учиться у него лучшему, мне очень хотелось видеть в нём героя, а не того, кто способен разрушить мир.

Ой, кажется, я отвлёкся, так вот, Уилсон, когда батя разбил лагерь республики… эм… не помню, как её звали.

— Республики Рагозия. — Произнесла некто из списка работниц, проходивших мимо.

— О, точно, Рагозия, спаси… что? Я что, говорю вслух? — Мои уши покраснели, и причиной тому явно не солнце, и та тень, в которой я ошивался.

— Наверное, начальник, я ничего не слышала, просто мимо проходила. — Замялась, понимая, что выдала лишнее, женщина в красных рваных штанах и такой же красной рваной сорочке, прикрывавшей средних размеров грудь. Это была рабыня, одна из республиканок, захваченных Добрыней. Мы их использовали для создания укреплений на берегу, для расчистки территорий под будущие посевы, а также держали на случай, если враг внезапно захочет устроить переговоры или обмен пленными. В прошлом мне пришлось постараться, чтобы кровожадная староста Олай не пустила их под нож, используя казнь как метод устрашения. В последующем именно тот факт, что пленниц у нас стало слишком много, и стал причиной объединения поселения беременных и основного лагеря. Пленных стало слишком много, а смотреть за ними некому. Потому на совете старейшин и было принято решение о создании главного лагеря — города-крепости, что станет основным лагерем государства, названного Федерацией племён. В выборе названия страны, кстати, я тоже принимал участие. Споры ходили долгие, в горячке, пару раз чуть рубилова не началось. Слава богу, идея, предложенная моими девочками, после озвученная мной, сразу понравилась хищницам, стала нашим общим новым названием. Интересно, с чего бы? Может, я уже начинаю понимать, чего они хотят? Хотя это вряд ли, ведь вопросы по названию всё же были: одни — «что такое федерация?» Ну не суть, главное, всем понравилось!

— Как у вас с кормёжкой? Всего хватает? — Оторвавшись