Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

Он продел пальцы рук в отверстия двух странного вида кастетов. Слегка золотистые, с рунами на ударных поверхностях. А ещё от них шло слабое магическое излучение. Артефакты…

Сергей Михайлович взорвался маной и бросился в атаку.

Я улыбнулся, встречая его яростный взгляд. Давно у меня не было хорошей драки! А Сергей соперник достойный.

— И от меня её не ждите! — выкрикнул я, тоже взрываясь маной.

На лице учителя на миг промелькнуло удивление моей мощью, но быстро сменилось боевым азартом. Я призвал Инсект и встретил животом первый удар.

Даже не понял, как очутился на земле! Хотя нет… помню. Меня впечатало в стену! А вот затем я упал. От удара боль прострелила до самых кишок! Артефакты, чтоб их!

Я поднялся, отряхнул пыль и взглянул на довольного собой Сергея Михайловича.

— Не теряй бдительности, Дубов! И не недооценивай противника. Кто знает, какие сюрпризы он приготовил?

Хах! Ну, повеселимся!

Мы закружились, нанося друг другу удары. Я был быстрее, но учитель брал опытом. Он умудрялся блокировать мои атаки встречными ударами кастетов. Боль от этого была дикая, но терпимая. Он и сам морщился, когда мне удавалось отбивать его выпады, но натиск не ослаблял.

Пару раз я пропустил чувствительные удары по рёбрам, но и сам в долгу не остался. Повалял Сергея по полу, отчего его тёмная водолазка и штаны покрылись каменной пылью.

Поняв, что в лоб меня не взять, Сергей сменил тактику. Начал бить по ногам и бицепсам, пытаясь вывести мои, так сказать, главные орудия из боя. В какой-то момент я почти проиграл из-за этого. Его артефактные кастеты каким-то образом пробивали морёную плоть, будто её вообще не было. Но вскоре мне удалось подстроиться под новый стиль учителя. Пару раз встретил его удары локтями и коленками — наименее чувствительными местами для кастетов. От этого он чуть запястья не вывихнул.

Так мы и сражались целый час, меняя тактики, подстраиваясь друг под друга. Хотел бы я сказать, что выиграл, но количество пропущенных ударов с моей стороны явно перевешивало. К концу тренировки я едва стоял на ногах, а Сергей не показывал признаков усталости. И когда он стал настолько силён? Неужели сдерживался в предыдущие разы? Или это работа артефактов?

— Ты не экономишь силы, — сказал Сергей Михайлович, снимая кастеты. — Научись мыслить стратегически, а не только тактически, и тогда тебе не будет равных на поле боя.

— А в чём… в чём разница? — выдавил я, уперевшись руками в колени. Дыхание никак не желало восстанавливаться.

Учитель ухмыльнулся, натирая ссадины на руках целебной мазью.

— Вот поэтому ты и проиграл, Дубов. Будь это настоящий бой, а не учебный, ты был бы мёртв.

Вот ведь гад, а!

Я подошёл к выемке в стене и взял бутылку воды. Осушил её за пару глотков и тут же взялся за следующую. Пот катил с меня градом. Хорошо, что рубашку снял перед тренировкой. Иначе её пришлось бы выжимать.

Выпив вторую, я засмеялся от пришедшей в голову мысли.

— Ты чего? — удивился Сергей.

А я не мог остановиться. Он ведь делал то же самое, что и я с девушками и Павлом! Истязал, чтобы подготовить. Судьба не лишена иронии.

Махнув на смеющегося меня рукой, учитель бросил мне баночку с мазью.

— Снимет боль. Использовать зелья регенерации не советую. Нужно, чтобы твоё тело запомнило этот урок, а зелья несколько притупляют выработку рефлексов.

Вернувшись в комнату в пятницу вечером, первым делом принял душ. Горячая вода смыла налипшие пыль и грязь и немного облегчила боль от синяков и ушибов.

Ох и давно меня так не отделывали!

Мышцы ныли, синяки пульсировали болью, спина гудела от нагрузки. Хорошо! Спать буду сегодня, как убитый! Правда… сначала попытаюсь домыться. Когда болит всё тело, это довольно непросто!

В конце концов одолел и это испытание и вышел из душа. Волк уже вернулся с прогулки. Он тоже выглядел вымотанным: директор изъявил желание не просто играть с ним, но и тренировать зверя. Дрессировщик, блин. Но я был не против, как и Альфачик. Ему полезно, да и что ещё делать целыми днями, пока я на учёбе? Но надо будет как-нибудь поглазеть на его тренировку.

Я уже помазал тело мазью Сергея Михайловича (баночки едва хватило на меня) и собрался ложиться спать, как в дверь постучали. Завернувшись обратно в банное полотенце, открыл её и увидел двух высоких и плечистых мужчин с суровыми лицами. В броне с эмблемами в виде медвежьих голов и странными длинными палками с петлями на конце.

— Служба по отлову диких животных, — представился один из них, коротко стриженный и с пшеничными усами. — У нас информация, что у вас здесь незаконно содержится Лютоволк.

За их спинами маячила ещё одна высокая фигура. Ухмыляющийся княжич Разумовский.

Ах ты падла! Таких мудаков в одной древней стране ещё при рождении со скалы сбрасывали!

Глава 9

Санкт-Петербург

Имперская Канцелярия

Ночь

Графиня Марфа Васильевна Кремницкая не смогла совладать с собой и широко зевнула, потягиваясь в кресле. Последние несколько ночей она вообще будто не вылезала из своего кабинета. Даже забыла, что такое солнечный свет. Но тому была уважительная причина. Она собирала дело о покушении на Императора и его детей по кусочкам и кропотливо сшивала их вместе. Показания свидетелей, отчёты о вскрытии, различные документы, записки, векселя, стенограммы телефонных переговоров одних с другими… У любого другого человека голова бы взорвалась или кругом пошла. Но не у графини Кремницкой. У неё только глаз задёргался.

Наконец, всё было кончено. В деле не осталось белых пятен. Но какой-то червячок ещё точил подсознание Марфы Васильевны, не давал ей покоя.

Она вытащила из пачки тонкую чёрную сигарету, налила из кофейника остывший кофе и закурила. Так себе ночной перекус, но статский советник Канцелярии из-за работы частенько забывала о еде. Потому и была худой как палка. Хотя она заметила, как наглый хам и выскочка барон Дубов пялился на её зад при их первой встрече. Да и при второй вроде тоже. Прибавил ей работы Его Благородие.

Кремницкая села обратно за свой стол, положила сигарету на край пепельницы и дописала на печатной машинке несколько последних слов отчёта. Вот теперь дело можно закрывать и отправлять в суд. Хоть все виновники уже погибли, однако всё должно быть сделано по закону, и все процедуры — соблюдены.

Она затянулась и откинулась на спинку кресла.

Всё-таки слишком всё гладко складывается…

В дверь после стука