Пространство - Джеймс С. А. Кори

при аварии и забыть об аварийном запасе. Ей хотелось надавать себе пощечин за глупость. Тилли опять держала ее за руки. Зачем это? Им надо спешить. Найти врачей, послать их к поэту.

— Эй, детка, — обратилась к ней Тилли, — пережди секундочку, пока первый кайф схлынет. Я целую минуту пыталась воскресить красный фарш, пока прочухала, что не в себе.

— Что это? — Анна повертела головой, отчего лицо Тилли расплылось перед глазами. Та пожала плечами.

— Военная аптечка. Наверное, амфетамины и обезболивающие. Противовоспалительное я тебе тоже вколола на всякий случай.

— Ты врач? — восхитилась Анна.

— Нет, но прочитать инструкцию на упаковке способна.

— Хорошо, — серьезно закивала Анна, — хорошо.

— Пойдем, поищем, не разобрался ли кто, что тут творится. — Тилли потянула Анну по коридору.

— А потом мне надо будет найти своих, — сказала Анна, послушно двигаясь за подругой.

— Ты что, еще не соображаешь? Ноно с Нами дома, в Москве!

— Нет, не то. Моих прихожан. Криса, и еще одного парня, и десантницу. Она злая, но, по-моему, я могла бы ее разговорить. Надо их разыскать.

— Пожалуй, я вколола тебе слишком большую дозу, — вздохнула Тилли. — Ладно, и их найдем. Но сперва поищем, кто бы нам помог.

Анна вспомнила поэта, и по щекам снова хлынули слезы. Она чувствовала грусть — значит, наверное, действие лекарств заканчивалось. В этой мысли мелькнуло сожаление.

Тилли задержалась у схемы палубы, повешенной рядом с черной оглохшей панелью связи. «Конечно, на военном корабле все предусмотрено», — подумалось Анне. Предусмотрено, что при попадании снаряда оборудование может отказать. И от этой мысли ей стало грустно. Сохранившийся где-то в глубине рассудок подсказывал, что ее качает на волнах наркотического опьянения, но справиться с настроением было не в ее силах. Анна снова заплакала.

Тилли ткнула пальцем в схему:

— Отдел безопасности.

Она опять потянула Анну за собой по коридору. Через два поворота они попали в маленькую комнату, забитую людьми, оружием и работающими компьютерами. Мрачный немолодой мужчина с сединой в волосах подчеркнуто не замечал женщин. Остальные четверо в этой комнате были моложе, и они тоже не поднимали голов.

— Первым делом откройте С-тридцать пять, — приказал старший двум молодым мужчинам, парящим слева от него, и указал на карту. — Там полно цивильных.

— Медперсонал? — спросил один из молодых.

— Свободный отсутствует, да и в том камбузе нет амортизаторов. Там всё в кашу, но лейтенант велел проверить.

— Есть, — ответил молодой и вместе с напарником вылетел из комнаты, мельком глянув на Анну с Тилли.

— Вы двое прочесывайте коридор, — приказал старший оставшимся в комнате матросам. — Собирайте, если есть что собирать, снимайте на видео и соскребайте, если нечего. Все сведения посылайте в рубку в срочном порядке. Ясно?

— Так точно, — отозвался один, и оба выплыли в дверь.

— В двести девяносто пятой человек нуждается в помощи, — обратилась к офицеру Анна. — Тяжело ранен. Он поэт.

Безопасник отстучал что-то на своем терминале и ответил:

— Есть, поставлен на очередь. Медики доберутся до него, как только освободятся. В офицерской столовой организован временный спасательный пункт. Вам, леди, я предлагаю немедленно отправиться туда.

— Что это было? — спросила Тилли, вцепившись в захват для рук, словно подчеркивая, что никуда не сбирается уходить.

Анна дотянулась до первой попавшейся опоры — это оказалась оружейная стойка. Офицер с ног до головы оглядел Тилли и, как видно, решил, что лучше ответить, а то не отвяжется.

— Чтоб я знал! Затормозились намертво меньше чем в пять секунд. Все травмы вызваны перегрузкой. То, что нас схватило, вцепилось только в обшивку, а на содержимое корабля ему плевать.

— Изменения в медленной зоне? — спросила Тилли. Анна посмотрела на оружие в стойке. Она уже лучше владела собой, но мысли все еще неслись вскачь. Здесь было полно самых разных пистолетов. Больших, тяжелых, с толстыми стволами и плоскими магазинами. И поменьше, какие показывают в полицейских боевиках. И на отдельной стойке — тазеры, как у нее на Европе. Нет, у нее был немножко другой, эти — военного образца. Серые, узкие, опасные на вид, и аккумуляторные гнезда заметно больше. Хоть и задуманы как нелетальное оружие, а выглядят угрожающе. Тот, что был у Анны дома, напоминал маленький фен для волос.

— Не трогайте, — сказал офицер, и только тогда Анна заметила, что тянется к оружию.

— Значит, чертовски много потерь, — сказала Тилли, и Анна поняла, что пропустила часть разговора.

— На «Принце» — сотни, — согласился офицер, — и разогнаться до прежнего максимума не светит. Некоторые корабли попытались. Связи с ними больше нет.

Анна разглядывала работающие в кабинете терминалы. Сообщения об ущербе, сводки, приказы — она мало что в этом понимала. Почти все в сокращениях или зашифровано. Военный жаргон. На одном маленьком мониторе сменялись изображения людей. Анна узнала Джеймса Холдена с клочковатой бородкой. Извещения о розыске? Остальные были незнакомы, пока не появилась модель девушки, которую помощница Холдена, Наоми, обвинила в диверсии.

— Может, это девушка из космоса, — вырвалось у Анны. Она плохо понимала, что говорит, и с трудом сдерживала истерический смешок.

Безопасник с Тилли дружно уставились на нее.

Анна указала на экран.

— Джули Мао, девушка с Эроса. Та, которую обвинил «Росинант». Может, это ее работа.

Безопасник вместе с Тилли обернулся к экрану. Через несколько секунд изображение космической Джули пропало, сменившись другим, незнакомым.

— Заполучить бы Джеймса Холдена на допрос, тогда быстро разберемся, кого в чем обвинять, — проворчал офицер.

Тилли в ответ расхохоталась.

— Они обвиняют ее? — спросила она, отсмеявшись. — Так это не Джули Мао. А Клари никак не могла здесь оказаться.

— Клари? — в один голос повторили безопасник и Анна.

— Девушку зовут Клари. Кларисса Мао, младшая сестренка Джули. Последний раз, когда я о ней слышала, она жила с матерью на Луне. Но это точно не Джули.

— Ты уверена? — спросила Анна. — Старпом с «Росинанта» сказала…

— Я в свое время обеих качала на коленях. Мао постоянно гостили у нас в Бахе. Привозили на лето детей — поплавать и поесть рыбных тако. Так вот, это Клари, а не Джули.

— Ох, — выговорила Анна, и ее подстегнутый наркотиком ум разом охватил всю интригу. Бешеная девушка в столовой, взрыв корабля ООН, нелепое заявление от лица Холдена, последовавшее за ним опровержение… — Это она. Она взорвала корабль.

— Какой? — спросил безопасник.

— Корабль ООН. Тот, из-за которого астерский корабль обстрелял Холдена. А потом мы все бросились в Кольцо, и она здесь! Она сейчас на этом корабле! Я видела ее в столовой и сразу поняла, что она не в себе. Она меня напугала, я должна была что-то сказать, но не стала, подумала: с какой стати?

Тилли