Оперативник с ИИ. Том 3 - Рафаэль Дамиров

Именно поэтому за последние месяцы я изменился сильнее, чем за предыдущие десять лет жизни.

— Егор Николаевич, — проговорил он с сухой, почти служебной улыбкой, — вы можете пообщаться с Виктором Ильичом через меня. Для чего он понадобился нашей доблестной полиции?

Он говорил вежливо, но в голосе чувствовалась холодная отстранённость человека, который привык работать своеобразным фильтром.

— Я сам с ним поговорю. Без посредников.

— Насколько я понимаю, никаких заявлений на него не поступало. И он сейчас на отдыхе. Мы не можем беспокоить его лишний раз.

Я задумчиво наклонил голову.

— Послушайте… как вас?

— Лев Алексеевич, — подсказал седой.

— Ага. Лев Алексеевич, — повторил я. — Дело срочное. Придётся вашего начальника оторвать от отдыха. Поэтому я всё же настаиваю, чтобы вы дали мне его телефон.

В этот момент Инга чуть наклонилась ко мне и тихо прошептала:

— Егор…

Я чуть повернулся к ней, не только головой, но и плечами. Мы с ней теперь не могли разговаривать мысленно, и я пытался сохранить хоть какую-то дистанцию с безопасником.

— Я тут подключилась к камерам.

— И? — так же тихо переспросил я.

— Старожилов уже входил сюда сегодня. И до сих пор не выходил.

Я посмотрел на неё внимательно.

— Точно?

— Ага.

Я снова перевёл взгляд на седого. Ну надо же. Лапшу мне на уши вешают с непроницаемыми лицами. Интересно, чего это так Старожилов опасается полиции? Без подготовки встречаться не хочет?

— Я могу ещё чем-то помочь? — прервал наш обмен репликами Лев Алексеевич.

Похоже, решил, что раз нам надо пошептаться, значит, мы растерялись и сейчас развернёмся и уйдём.

Я спокойно посмотрел на него.

— Конечно. Идите и доложите Старожилову, что к нему пришёл Фомин.

Он слегка нахмурился.

— Фомин?

— Да. Егор Николаевич Фомин. Сын Николая Фомина.

Седой резко вскинул голову.

— Вы… сын Николая?

Да, это имя подействовало не только на Старожилова. Лев Алексеевич, понятное дело, тоже прекрасно знал моего отца — и, похоже, только сейчас до него дошло, кто перед ним стоит.

— Он самый, — хмыкнул я. — И я знаю, что Виктор Ильич сейчас в здании, а не на отдыхе.

Бывший коллега сразу напрягся.

— Но его нет здесь. Вы этого не можете утверждать…

Он начал спорить, но я уже перестал его слушать. Меня окончательно достал этот цирк. Мы просто теряли время.

Я отодвинул его рукой в сторону и направился к лестнице.

— Извините, Егор Николаевич, — услышал я за спиной. — Это частная территория. Если у вас нет соответствующих бумаг, вы не имеете права…

Я не обращал внимания на его реплики и спокойно шагал по коридору. Инга уже сообщила мне, где находится кабинет. Она успела это проследить по камерам, пока мы поднимались, и коротко прошептала мне возле лифта:

— Коридор в левом крыле направо, последняя дверь.

Перед тем как я пошёл дальше, она тихо добавила:

— Егор, включи камеру на телефоне. И точку доступа активируй. Я подключусь и буду наблюдать.

Я кивнул:

— Оставайся у входа.

Она посмотрела на меня серьёзно, но спорить не стала.

Я врубил камеру и, держа телефон в руке, активировал точку доступа и включил беспроводной наушник. Вооружившись всем этим, пошёл дальше.

Седой семенил следом. Его прежняя учтивость куда-то испарилась, теперь он заметно нервничал и пытался меня остановить.

— Егор Николаевич, подождите… давайте всё-таки решим вопрос цивилизованно… вы не имеете права…

Я отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и продолжал идти. Он, вроде бы, отстал.

Зато через несколько секунд за спиной послышался быстрый топот. Ясно, значит, он всё-таки вызвал охрану.

Двое крепких парней в костюмах выбежали из бокового коридора и встали передо мной плотной стенкой.

— Извините, Егор Николаевич, — торжествующе проговорил седой. — Вы дальше не пройдёте.

Охранники расставили руки, загородив проход. Я попытался обойти их, но они шагнули в сторону и снова перекрыли дорогу.

В этот момент тихий голос Инги прозвучал в наушнике:

— Егор… камеры отключаю.

Красные индикаторы на камерах, что висели под потолком в коридоре, один за другим погасли. Система видеонаблюдения перестала фиксировать происходящее.

— Ну и хорошо… — тихо сказал я.

Я шагнул вперёд.

Удар стопой в коленную чашечку — и первый охранник сложился пополам, рухнув на ковровую дорожку.

Второй попытался сгрести меня за плечо. Я перехватил его руку, другой рукой цапнул его за нос. Нос у него был огромный, мясистый, ухватиться за него оказалось легче лёгкого.

Я резко провернул руку. Носовой хрящ хрустнул. Охранник взвыл. Подсечкой я выбил у него опорную ногу, и он тяжело рухнул на ковёр рядом со своим напарником.

— Ф-фомин! Что вы себе позволяете⁈ — воскликнул седой.

Но нападать на меня он не рискнул. Вместо этого он попятился, глядя на меня с откровенным испугом.

Я же спокойно сказал:

— Я всё равно пройду.

А потом нагнулся, вытащил из кобуры у одного охранника пистолет. Тут же забрал оружие у второго. Оба ствола оказались у меня в руках, и я их машинально взвесил.

Интересная деталь.

Для чего в офисном здании охранникам боевое оружие, если их босс — обычный бизнесмен, а не бандит?

Этот вопрос я, конечно, произнёс про себя. Вслух сказал другое:

— Пистолеты побудут у меня. На обратном пути верну.

— Мы будем писать жалобу на вас в прокуратуру! — крикнул седой.

Я усмехнулся.

— Лучше сразу президенту пишите.

Я оттолкнул одного из охранников, который пытался подняться, и спокойно прошёл дальше по коридору.

Через несколько секунд я остановился у нужной двери. Открыл её. Это была приёмная.

Секретарша стояла у зеркала и подкрашивала губы. Увидев меня, она резко обернулась и вытаращила глаза. От неожиданности она даже ничего не успела сказать.

Я не стал с ней разговаривать, просто прошёл мимо. На следующей двери висела табличка: «Президент холдинга Старожилов Виктор Ильич».

Я толкнул дверь и вошёл.

* * *

В кабинете меня встретил мужчина лет шестидесяти, но для своего возраста он выглядел крепким и собранным. Рубленый подбородок, покатый лоб, словно вылитый из чугуна, короткая стрижка — тот самый «бобрик», который носили в девяностые. Волосы уже поседели, но держались густо. Глубоко посаженные глаза смотрели внимательно, прищуренно. Внешне он мог сойти за типичного бандита из тех лет, но цепкий и холодный взгляд