Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Пойдём за дедушкой? — спросила она. — Надо перенести его в комнату.

— У меня мало времени. Надо до вечера сделать так, чтобы дом стал безопасен. Где его комната?

— Там, — она указала направление. — Третья дверь.

— Отлично. Диана, я прошу, принеси тело герцога в комнату.

Она кивнула и, чтобы надолго не оставлять меня одного, помчалась по коридору, стараясь выполнить поручение как можно быстрее.

— Клаудия. Мне нужны документы, которые оставил твой дедушка. Для начала надо их показать знающему человеку и оценить, что нам досталось. Что-то стоящее или это лишь желания и фантазии твоих родственников.

— Сейчас, — она прошла к соседней двери, немного смутилась, но пригласить меня войти не решилась.

Через минуту в комнате что-то бумкнуло, звякнуло, и Клаудия вышла с небольшим серебряным ларцом в руках.

— Здесь бумаги, — она протянула ларец мне. — Купчие на дом, родовое поместье, несколько долговых обязательств. Ещё дедушка показывал, где хранит сундучок с золотом.

— Золото не нужно, — ларец оказался довольно увесистым. — Лучше пока не трогай его, если он в тайнике. На мелкие расходы я выделю деньги. А насчёт прислуги решим… Много там золота?

— Около восьми сотен монет, — сказала она так, словно это пара медяшек. — Казна дедушки осталась в имении, и уже к вечеру, как только туда доберётся дядя, от неё ничего не останется. Если её уже не растащили. Когда мы туда переедем, увидим лишь голые стены, — она грустно рассмеялась. — Уж я-то их знаю.

Кого «их», она не уточнила, но я так понял, что это любимые родственники.

— Буду вечером. Никуда не ходи, гостей не принимай. Если приедут оборотни от моего имени, считай, что это охрана.

— Оборотни? — удивилась она.

— В человеческом обличии. Но ты их узнаешь. Здоровые, широкоплечие дядьки, лохматые, на бандитов похожи. Если спросят: «Здесь барон Хок не пробегал?» — значит точно от меня.

— Хорошо, — она улыбнулась. — А дознаватели из Имперской безопасности? Если они придут?

— Забыл про них, — недовольно сказал я. — Пусть. Этих с бандитами точно не перепутаешь. Лишнего не говори. Лучше вообще ничего не говори. Прикинься дурочкой, глазками хлопай, делай вид что напугана. Маму предупреди. Арррх, — почти прорычал я. — Я с тобой Вьеру оставлю. Для безопасности. Это такая девушка молодая, у неё один рог длиннее, второй короче, — я изобразил разницу в длине рогов пальцами, приложив их ко лбу. — Она тебя в обиду не даст. Слушайся её.

— Хорошо. Только ты приходи сегодня…

— Слово. В лепёшку разобьюсь, но приду.

— В лепёшку не надо, возвращайся целым, — мило улыбнулась она.

— Крепись. Соболезную твоей утрате. Геррих Лоури был сильным человеком, во всех смыслах, — я осторожно коснулся её плеча и решительно направился к лестнице.

Карету с символикой рода Лоури подготовили в кратчайшие сроки. Помог управляющий домом, прятавшийся от всего происходящего на конюшне. Узнав, что всё закончилось, он помог Вьере, после чего поспешил в дом чтобы взять всё в свои руки. Так мне передала Вьера. Она легко согласилась остаться в доме и присмотреть за Клаудией. Пообещала, что в случае опасности вытащит её из дома и скроется в городе.

Городская стража действительно организовала пост у поворота к дому. Десяток крепких мужчин во главе с сержантом. Они обещали никого в дом не пускать до особых распоряжений. В любом случае, сначала я направлюсь к Блэс, а не на другой конец столицы.

Ивейн пришла в себя только в повозке. Сидела, отстранённо уставившись в одну точку.

— Всё в порядке? Как себя чувствуешь? — спросил я.

— Странно, — коротко ответила она.

— А точнее? Голова кружится, тошнит, хочется съесть что-нибудь необычное?

Илина, сидевшая рядом, коротко рассмеялась. Ивейн не ответила, только посмотрела в сторону дома, от которого мы отъехали достаточно далеко, словно могла видеть сквозь стенки повозки.

* * *

Рикарда Адан, примерно то же самое время, гильдия асверов

— Гуще сыпь, — посоветовала Рикарда.

— Не учи старших, — отмахнулась Эвита, засыпая сушёные травы и корешки в большую глиняную кружку. — Ты с ней говорить хочешь? Тогда не мешай.

Старая травница приложила ладонь к ещё одной глиняной кружке, в которую недавно налила кипятка. Температура воды её устроила, и она быстро залила траву, накрыв кружку маленькой крышечкой. Помимо них в кабинете Рикары присутствовала Кларет Тебар, которую ощутимо потряхивало, от чего та не могла внятно говорить. Рикарда уже выпытала у помощницы первую часть произошедшего. О том, как они отрядом спешили на помощь к Берси, вляпавшемуся в большие неприятности. Как прибыли в поместье Лоури и поговорили с капитаном стражи. Затем она начала пересказывать разговор с Берси, но на половине её начало трясти так, что пришлось бежать за Эвитой.

Пока старая травница готовила успокаивающие отвары, Рикарды переваривала услышанное. То, что будут делить земли Лоури — это был лишь вопрос времени. Император не станет отменять сурового наказания и, со смертью старого Герриха, Лоури перестали быть герцогами. Но вот то, что в это решил вмешаться Берси, стало неприятной новостью. И то, что его и асверов умело подставили — это факт. Не прошло и пары часов, а ей доставили уже два официальных письма от городской стражи, указывающих на недопустимость такого поведения её подчинённых. А совсем недавно пришло письмо от службы Имперской безопасности с требованием объяснить то, что произошло в доме Лоури. Ещё немного, и её потребует к себе Император для разъяснений. Или сразу объявит о наказании.

Рикарда нетерпеливо обошла вокруг стула Кларет, затем села напротив неё.

— Вот что вы за женщины с пустым горшком вместо головы? — проворчала она.

— Не мешай, — сказала Эвита, помешивая отвар. Перелив немного в маленькую чашечку, она взяла Кларет за подбородок и помогла той выпить немного. Руки у помощницы Рикарды тряслись так, что она не могла удержать кружку в руках.

— Это как надо было рассердить Берси, чтобы он Великую мать призвал? — Рикарда встала, обошла теперь вокруг своего стула и вновь уселась на него, глядя на Кларет. — Что ты ему такого сказала?

— Н…ничего такого, — лицо женщины, наконец, начало приобретать здоровый румянец. — Только спросила, зачем ему это всё нужно.

— Но ты его рассердила, — отрезала Рикарда. — Он ведь кричал, ругался?

— Нет, он был спокоен.

— Ух! — Рикарда сжала кулак, не зная бить её или нет. Даже Эвита покачала головой, понимая, что это ещё хуже, и лучше бы молодой мужчина ругался, выплеснув свой гнев. — Слово в слово. Я хочу услышать весь разговор. Как он вёл себя, что говорил, куда смотрел. У него живая мимика, открытая, и я хочу знать каждую эмоцию, проскочившую на его лице.

* * *

Стоило выйти из