"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

рассекая воздух, вращаясь, палка летит над землей. И вновь умное животное, чьи предки уже тысячелетия учились понимать этих могущественных существ, так странно, на двух конечностях, передвигающихся по земле, бросается выполнять отданную ему команду.

Еще несколько раз, тренируя охотничий инстинкт собаки, человек швырял в разные стороны отполированную его руками, всю в отметинах от собачьих клыков палку. И каждый раз пес охотно выполнял отданную ему команду.

– Ну что, Дик, теперь надо и хозяина размять. Не тебе же одному хочется побольше пожить. – Мужчина присел на корточки рядом с собакой и прижал к себе ее голову. – Видишь, вон тот холм, – человек указал рукой на холм, видневшийся в полутора километрах от него. – Давай туда наперегонки. Вперед! – Зверь и человек бросились вперед, нещадно сминая траву.

Легко обставив человека, Дик, наконец-то получивший возможность одним махом выплеснуть из себя энергию, с избытком переполняющую молодое здоровое тело, радостно несся к указанной человеком цели…

Через час, усталые, пропотевшие, но чрезвычайно довольные друг другом и собой, человек и собака на автомобиле возвращались домой. Глядя в умные, преданные темно-коричневые собачьи глаза, человек невольно подумал: «Эх, если бы людям можно было передать хоть толику преданности и искренности, которыми в избытке наделены собаки. Скольких бы проблем между людьми даже не возникало бы… эх. Чем больше узнаю людей, тем больше нравятся собаки». С каждым оборотом автомобильных колес человек приближался к своему дому, приближался к человеческим заботам, которые нельзя, увы, отбросить от себя, как палку.

* * *

В верхнем левом углу монитора мелькали цифры, отсчитывая время. И под эту неслышную дробь электронный луч двадцать пять раз в секунду перечеркивал зеленой линией экран. Иногда по нему пробегала словно легкая рябь – прямая линия сменялась волнообразной. И тут же электронный мозг бросался анализировать поступающие сигналы. И вновь по экрану бежали строчки, описывающие сигнал. Пока все было спокойно. Но одни и те же буквы, одни и те же слова могут складываться в единое целое, образуя как сухую инструкцию по использованию аэрозоля для уничтожения тараканов, так и пылкую речь влюбленного. Они могут складываться в стихи, песни, мюзиклы и комедии. Могут они складываться и в трагедии.

Электронный луч продолжал без устали чертить прямую линию…

Глава 3

ВТОРНИК – ДЕНЬ ТЯЖЕЛЫЙ

Ой, что было, шеф, что было!

М-ф «Приключения капитана Врунгеля»

Соединенные Штаты Америки.

25 августа. Воскресение.

8.30 по местному времени.

Солнце медленно выкатывалось откуда-то из-за угла города. Его лучи, словно великолепное моющее средство, отдраивали черноту ночи от поселения людей. И отступал сумрак будущего, обнажая рельефную цветастую картину настоящего. Еще небольшой поворот Земли вокруг своей оси, и бесцеремонные яркие лучи через маленькое окошко, расположенное под самой крышей небольшого одноэтажного особняка, проникли в комнату, высветив небольшой прямоугольник на противоположной от окна стенке. Этот яркий клочок проекции солнца невольно притянул к себе взгляд человека, сидящего на кресле посередине комнаты.

«А ведь это же солнце в этот же миг видит и Мэри. Мэри… он так и не успел ее повидать после возвращения из гиперпространства».

– Мистер Брэдлоу, вы правы. Наши приборы действительно показали, что ваш мозг не содержит никакой иной информации по вашему полету в гиперпространство, кроме той, которую вы рассказали, – стоящий напротив Брэдлоу человек говорил на безукоризненном английском языке и имел безукоризненную европейскую внешность. Рост около ста девяноста сантиметров, худощавое телосложение, светло-русые волосы и серые, сидящие глубоко в глазницах глаза.

– Теперь, убедившись, что я не обладаю интересующей вас информацией, вы меня уничтожите. Зря только весь переполох этот затеяли, – американец попытался рассмеяться. Смех получился отрывистым, словно лай собаки, и хриплым.

«Брэдлоу, а ведь раньше ты умел себя лучше в руках держать. А передряги были даже похлеще этой. Что, стареем и начинаем больше ценить жизнь?»

Его визави быстро расшифровал психологический настрой полковника.

– Не волнуйтесь, мистер Брэдлоу. Мы вас убивать не собираемся, по крайней мере пока, – губы говорившего на мгновение разошлись, демонстрируя крупные белоснежные зубы. Выражение лица при этом оставалось спокойным, а глаза все так же бесцеремонно, изучающе ощупывали пленника. – Мы еще не испробовали на вас все наши методы дознания. Беда вашей цивилизации в том, что вы слишком доверяете материальному, поклоняетесь ему. То, что показывают приборы, еще ничего не значит. Информация может находиться так глубоко, что ваши глупые приборы ее не видят. Информация может быть зашифрована в специальной энергии, циркулирующей внутри человека.

«Я так и думал, меня похитили не европейцы. Тогда кто? Китайцы? Все эти разговоры о какой-то энергии внутри человека весьма смахивают на какую-то восточную религию».

Очнувшись в этой комнате после выстрела в него парализующей пулей, Хью Брэдлоу автоматически принялся анализировать ситуацию. Подсоединение к нему детекторов полиграфа, помещение в камеру «гипнотизера» развеяло все сомнения. Похитителей интересовала информация по его полету в гиперпространство. Полковник ЦРУ был уверен, что если лучшие американские специалисты не нашли ничего примечательного в его голове, то и сейчас у него ничего не найдут. Поэтому он решил говорить все, что знает, чтобы не подвергаться пыткам и воздействию специальных химических веществ, предназначенных для развязывания языка. Ему необходимо было экономить физические и психологические силы, которые наверняка пригодятся. В этом американец был уверен.

С ним контактировали четверо. Трое, очевидно, специалисты по полиграфу и «гипнотизеру», а четвертый, этот высокий сероглазый человек, их начальник. Все четверо, судя по виду, были европейцами и свободно, без акцента разговаривали на английском языке. Но это еще ничего не значило. Восток уже так глубоко влез в тело Запада, что многие его представители добровольно пять раз опускались на молитвенный коврик, вознося молитвы Аллаху и пополняя многочисленные ряды борцов с неверными. И только что он убедился, что его похитители работают на какую-то восточную страну, скорее всего Китай. Единственное, в чем американец был твердо уверен, это то, что он находился в Северном полушарии. Когда его ночью отвели в подвал, расположенный под домом, он проделал нехитрый эксперимент. В находившемся там рукомойнике Брэдлоу полотенцем заткнул сливное отверстие. Подождав, пока рукомойник наполнится водой, он выдернул полотенце. При выливании вода привычно закрутилась по часовой стрелке.

– Сейчас с вами будут работать другие люди, вернее человек, – и вновь у говорившего на мгновение разошлись губы, при полной невозмутимости выражения лица. Очевидно, этот человек так улыбался.

У Брэдлоу вдруг появилась уверенность, что, нажимая спусковой курок пистолета, этот человек точно так же улыбался. Между тем из-за спины этого сероглазого европейца буквально