Два клинка огненной ведьмы - Ирина Владимировна Смирнова

Думаю, когда мать устанет злиться и начнет размышлять здраво, то сообразит, что убить высшую ведьму не так-то просто. Само собой, этого не могли сделать ни Шерил, ни Рубен, ни даже Хизер, владелица третьей косметической компании в Ельпиании. Потому что у нее был всего лишь двенадцатый ранг.

Так что первой подозреваемой, на самом деле, являлась моя мать, как примерно равная по силе. Но вчера она еще верила в слияние и наследство, значит, убивать Лейлу ей было невыгодно. А сегодня, когда у нее руки чешутся придушить обманщицу, та уже мертва.

Поэтому наша задача — разобраться во всем этом дерьме, желательно заполучив хотя бы часть полагающегося Рубену состояния.

— Хорошо, — мать наконец выдохлась и смирилась с моим упрямством, — мешать не стану. Вдруг тебе повезет? Потому что иначе у нас будут серьезные проблемы! В отличие от Лейлы, Шерил мечтает о слиянии компаний, только не с нами, а с Хизер. И если они действительно объединятся, нам придется несладко.

Глава 4

Из пентхауса мы вышли вместе, но на парковке разошлись. Мать уселась в машину, где ее все это время терпеливо ждал водитель— пожилой ведьмак, взятый за смесь осторожности и быстрой реакции. Идеальное сочетание, встречающееся только у ведьм. У людей, по сравнению с нами, намного хуже с реакцией, а у оборотней — с осторожностью. Ну а вампиры… Несмотря на длившийся уже несколько столетий союзный договор, мы все равно друг друга недолюбливали. Хуже дела обстояли только с демонами — этих мы вообще ненавидели. Как и они нас.

До городской тюрьмы было минут пять лету, так что через десять я уже стояла перед каким-то капитаном, имя которого даже не запомнила, и пыталась объяснить, что хочу забрать своего мужа под залог.

— Вы же знаете, в чем его обвиняют? — уже третий раз уточнял у меня растерянный полицейский.

— В убийстве высшей ведьмы. — Я с трудом сдерживалась, чтобы не устроить в участке маленький такой пожар. Колдовать в общественных местах без уважительной причины категорически запрещалось. — Но вы же понимаете, что оно смехотворно? Мой муж — ведьмак четвертого ранга, госпожа Лейла — верховная ведьма, к тому же старшая его рода!

— Но вы утверждаете, что теперь он входит в ваш род, — неожиданно ввязалась в разговор слишком умная полицейская, вроде бы тоже капитан.

Сначала она окинула оценивающим взглядом стоящего у меня за спиной Калеба, причем настолько заинтересованно, что даже у меня лопатки зачесались. Причем она его не как мужчину для развлечений оценивала, а чисто профессионально. Это тоже лопатками ощутилось.

— Да, ему бы пришлось какое-то время угождать сразу двум ведьмам, — процедила я, покосившись на прилипчивую умницу.

— А покажите ваш брачный договор? — продолжила докапываться полицейская.

Демоны побери настырную стерву! Она не просто уткнулась в бумагу, а достала артефакт, определяющий подлинность и примерное время подписания. Ну что ж, тут мне опасаться нечего.

— Обе подписи высших ведьм сделаны одновременно, добровольно и являются подлинными, — выдала вердикт полицейская и слегка расслабилась. А то до этого больше всего напоминала идущего по следу пса. Зато я напряглась. В полиции все же не идиоты и тоже додумались, что моя мать — идеальный кандидат в убийцы. Надеюсь, у той железное алиби. — Две другие подписи сделаны позже, добровольно и являются подлинными. Брак заключен по взаимному согласию и с одобрения старших в роду. Так что причиной конфликта являться не может.

— Ладно, выиграла, — недовольно буркнул в сторону стервы первый полицейский. — Значит, парня можно отпускать?

— Отпускай…

Небрежно кивнув, девица направилась куда-то по своим делам, а следом за ней шмыгнул Калеб. Потому как без разницы, какой именно интерес у человечки к моему ведьмаку, главное — его наличие. И раз она вроде как главная по делу Лейлы, значит, надо ее очаровать и заговорить. Калеб с таким в два счета справится: его моя мать выгодные контракты выбивать натаскивала!

Рубена вскоре привели откуда-то: помятого, всклокоченного, в наручниках, которые сняли уже при мне. Обычно постоянно ехидничавший гаденыш предусмотрительно помалкивал. И если в полицейском участке это было вполне естественно и оправданно, а во время полета на мотолете — тем более, то в пентхаусе я уже слегка напряглась. Может, ему язык отрубили, чтобы не вякал слишком много?

— Иди помойся, а то похож на жертвенную свинью, — попробовала спровоцировать его, но ничего не вышло.

Рубен молча, демоны его побери, отправился в ванную комнату. И даже не вздрогнул, когда туда же вошла я, чтобы занести халат, полотенце и зубную щетку. Выйдя, он послушно направился на кухню, благодарно кивнул мне и Калебу, слопал обед… молча! И уставился на меня вопросительно, словно ожидая указаний.

А мне с каждой минутой все беспокойнее становилось от его молчаливого послушания. Подозрительное оно какое-то было! Так что я подошла, ухватила Рубена за волосы на затылке и потянула, заставляя поднять лицо вверх.

Полюбовалась на его глубоко посаженные глаза — ярко-голубые, как у всех Корьеров и Баркеров, и вытянутые чуть ли не до висков, почти как у Калеба. Вот только у брата они более узкие, горбинка на носу и форма ушей овальная, а не круглая. Ну и главное: Корьеры все беловолосые, а Баркеры — темно-русые. И у Калеба хвост ниже лопаток, а у Рубена стрижка, которой давненько не придавали форму.

Едва поймав себя на том, что внимательно разглядываю своего второго ведьмака, вместо того, чтобы выяснить причину молчания, я склонилась и обнюхала его, как оборотень. Колдовство всегда можно учуять, особенно чужое. И у Рубена изо рта шмонило заклятием молчания. Вот только наложил он его на себя сам!

— Умно, — оценила я предусмотрительность. — И в полиции лишнего не сказал, и мне до сих пор не нахамил. Сам додумался?

Паразит молчал, глядя на меня преданно-влюбленно, только уголки рта подрагивали, едва сдерживая усмешку. Но стоило мне убрать руку от его головы и отступить на два шага, как Рубен рухнул со стула на колени, обхватил мои ноги и быстро затараторил что-то на одном дыхании. Я тут же оттолкнула его, задействовав власть старшей рода, иначе бы не справилась. Все же он меня на два ранга выше. И вовремя, потому что последнее услышанное мной слово было «заклинаю»!

— Использовать меня решил? — Снова шарахнув по парню так, что его приложило головой об стену, я вытянула из него все силы и