Real-Rpg. Айвенго - Алексей Юрьевич Елисеев

магазинчике, тускло освещённом изнутри, я взял с полки десять упаковок лапши быстрого приготовления. Выбор был невелик: или курица, или говядина, или «особый вкус». Я схватил все три вида — пусть будет разнообразие. На кассе я встретился с откровенно неприязненным взглядом кассирши. Её лицо выражало лишь усталость и глухое раздражение. Она даже не попыталась изобразить дежурную фальшивую улыбку, и, как это ни парадоксально, я был ей за это искренне благодарен. Честная, неприкрытая ненависть ко всему сущему была мне куда ближе приторной лжи.

— Пакет нужен? — спросила она без тени интереса.

— Нет, — ответил я, рассовывая покупки по карманам бушлата.

Квартира, доставшаяся в наследство от бабушки с дедушкой, встретила меня привычной гулкой, мертвенной тишиной. Стены, некогда украшенные семейными фотографиями, теперь стояли голые — я снял рамки, не в силах смотреть на счастливые лица людей, чья жизнь давно осталась в прошлом. Полы скрипели под ногами, за окнами завывал ветер, а из кухни доносился запах сырости — где‑то протекала труба, но денег на новую не было. Отремонтировал сам как смог при помощи эпоксидного клея и марли. Не течёт, и ладно.

Была у меня как‑то шальная мысль завести попугая или канарейку, чтобы хоть какое‑то живое существо нарушало это безмолвие. Но я вовремя одумался. Издеваться над невинной птахой — последнее дело. У такого хозяина, как я, даже кактус на подоконнике сперва зачах, а потом и вовсе засох, превратившись в жалкую, но колючую серую мумию.

Электрический чайник недовольно зашумел и вскоре закипел, громко щёлкнув кнопкой в тишине. Пока лапша в миске превращалась в съедобную субстанцию, я умылся ледяной водой. Зеркало над раковиной отразило моё лицо. Щетина, морщины, залегающие вокруг глаз и рта. «Ещё лет пять — и буду выглядеть на все шестьдесят», — подумал я, отворачиваясь.

Умывшись, я сел за стол и бегло пролистал ленту новостей в побитом жизнью мобильном телефоне. Всё как всегда — войны, катастрофы, скандалы, интриги, расследования… Ничто не менялось. Или менялось, но совсем не в лучшую сторону.

Проглотив безрадостный завтрак — горячую, пересоленную массу с химическим ароматом, — я установил будильник. Завтра вечером опять на дежурство, а значит, нельзя проваляться в постели всё отведённое на отдых время. Нужно было ещё перемыть гору посуды, накопившуюся в раковине, запустить стирку и хоть как‑то навести порядок в этом холостяцком бардаке.

Я поднялся, подошёл к окну. За стеклом медленно светало. Дождь перестал, но небо оставалось серым, беспросветным. Где‑то вдали раздался гудок поезда — ещё один состав отправился в путь, увозя прочь чужие мечты и чужие беды. А я остался здесь, в этой квартире, в этой жизни. Работай, гоблин.

Глава 2

Параметры

Иногда со мной случается парадоксальное состояние. Вроде бы и устал, как последняя собака, а уснуть никак не получается. Мысли в голове начинают гонять по кругу, устраивая в черепной коробке настоящий хоровод — одна цепляется за другую, та за третью, и вот уже целый рой беспокойных образов бьётся о стенки сознания, не давая покоя.

Сегодня был именно такой случай. Часы на стене показывали без четверти три, за окном монотонно шумел дождь, а я всё ворочался, пытаясь найти ту самую позу, в которой сон, наконец, соизволит меня посетить.

Но и на эту хворь у меня имелось проверенное лекарство. Я встал с постели и в одних трусах, шлёпая босыми ногами по холодному полу, добрёл до холодильника. В квартире стояла такая тишина, что каждый шаг отдавался гулким эхом. Дверца холодильника скрипнула, выпуская облако ледяного воздуха. Я вытащил из морозильной камеры запотевшую, покрытую инеем бутылку — народное средство от бессонницы, проверенное не одним поколением. Стекло было скользким от конденсата, пальцы мгновенно заледенели.

Недрогнувшей рукой налил себе половину гранёного стакана. Прозрачная жидкость отливала холодным серебром в тусклом свете ночника. Я задержал дыхание, опрокинул ледяную, обжигающую жидкость в себя одним глотком. Горло сжало спазмом, по пищеводу прокатилась волна жара, а следом — озноб, от которого застучали зубы. Чтобы смягчить удар, с хрустом вгрызся в солёный огурец. Хруст раздался оглушительно громко. Нормально. Теперь можно предпринять ещё одну попытку отправиться в царство Морфея.

Завернувшись в одеяло, я снова залёг в постель. Благословенное тепло от выпитого лекарства начало медленно растекаться по жилам, убаюкивая, анестезируя разбушевавшиеся мысли. Тело постепенно оттаивало, мышцы расслаблялись, а сознание плыло по волнам лёгкой эйфории. Понемногу я провалился в вязкую, бездонную темноту.

Сны мне редко снились. А такие странные — и подавно. Но в этот раз реальность сна обрушилась на меня с ошеломляющей чёткостью. Перед моими глазами, в этой абсолютной черноте, где не должно было быть ничего, вспыхнула табличка с сообщением. Она возникла словно из ниоткуда — чёткий, ясный текст на фоне непроглядной тьмы:

Start Игры?

Yes / Нет (Умереть)

[0] — Я прочитал и согласен с условиями Контракта.

Чёрт знает что! Лет этак двадцать назад, когда жизнь ещё казалась длинной и полной возможностей, я с упоением предавался подобной цифровой блажи. Просиживал ночи напролёт в паре‑тройке онлайновых многопользовательских игр, строил виртуальные замки, убивал нарисованных драконов и торговал несуществующими артефактами. Это был хороший способ бегства от опостылевшей действительности — уютный нарисованный мирок, где можно было стать кем угодно: благородным рыцарем, коварным магом, бесстрашным искателем приключений.

Я помнил те ощущения: как сердце замирало при виде редких лутов, как ладони потели во время рейдов на боссов, как азарт закипал в крови при торгах на аукционе. Но в один прекрасный день меня осенило, что всё, что происходит на экране — лишь мираж, иллюзия, которая никогда, ни при каких обстоятельствах не найдёт отражения в реальном мире. Пустая трата времени и сил. И вот теперь этот самый мираж вломился в мой сон. Да ещё и с ультиматумом.

«Или это она, родимая? — подумал я, ощущая, как внутри поднимается волна тревоги. — Белая горячка? Неужто та самая, пресловутая, о которой столько толкуют в народе, пожаловала ко мне в гости после половины стакана?»

Но нет. Я отчётливо помнил, как лёг спать. Осознавал, что нахожусь во сне. Это было не пьяное помутнение рассудка, а нечто иное, куда более непонятное.

Надо бы, по‑хорошему, ознакомиться с тем, что скрывается за этим самым «Контрактом». Однако уже в первом информационном окне я заметил очевидные проблемы с локализацией — «Нет» вместо английского «No». И это наводило на мысли, что если уж на таком элементарном уровне допущены ляпы, то