Первый пользователь. Книга 17 - Артем Сластин

Левую сторону скрутило судорогой дикого напряжения и если бы не защитный костюм, то даже не смотря на всю мою силу, я бы скорее всего заполучил перелом. Я услышал хруст ломающихся сервоприводов в ноге и спине, и она тоже отключилась, обездвиженная. Я стоял, окутанный дымом, в полуразрушенном каркасе, который теперь был просто бесполезным, искорёженным грузом, повисшим на моём теле.

Кравцов среагировал первее всех. Подскочил ко мне, начал ощупывать на предмет повреждений, но всё было нормально. Он, убедившись в этом, сделал шаг назад, внимательно осматривая повреждённые элементы и его мозг уже лихорадочно работал, строя новые теории.

— Нужны совершенно новые композитные материалы. Что-то достаточно прочное и стойкое к запредельным динамическим нагрузкам… В идеале передающее кинетическую энергию, либо сбрасывающую её в накопители…

Он продолжал что-то ещё бормотать, пока я освобождался от остатков экзоскелета, сбрасывая их на пол.

— Очень интересная экскурсия. Огромное спасибо, и я отдам указания, чтобы вам прислали интересные образцы материалов. — Я пожал руку учёному, погрузившемуся в размышления, но увидев, что он толком не реагирует, повернулся к Томилину. — Я вижу отличные перспективы и считаю, что это направление стоит развивать дальше. Передадите доку, что он может рассчитывать на меня в это вопросе?

— Конечно. — Ответил Томилин. — Я правда ещё хотел предложить спарринг, как в старые добрые времена, но что-то после демонстрации сил. — Кивнул он на расщелину в бетоне. — Уже и не хочется. Поэтому предлагаю вернуться в Москву.

Глава 14

Лифт остановился на гостевом этаже — я решил сначала зайти к родителям, поздороваться, а то всё набегами, да наскоками. Вышел и остановился, услышав топот.

— Вот чёрт. Нет, нет, нет! — Попытался было приготовиться к тому, что сейчас произойдёт.

Поздно.

В меня на всей скорости врезалась туша, весом под сотню килограммов, оттолкнув на, по счастью, закрывшиеся двери лифта. А потом огромный язык начал вылизывать моё лицо.

— Тимоша, блин! Ты зубы не чистил! Отстань!

Сиба-Ину, или то, что от породы осталось только в наших воспоминаниях, фотографиях, да и, пожалуй, в ветеринарном паспорте, радостно начал повизгивать, виляя при этом хвостом. Учитывая его размеры, у меня тут же заболела голова от уровня шума. Сибы то, те которые нормальные — от радости визжат так, словно их режут, а этот дуралей когда вырос, свои пристрастия не изменил.

— Фу! Да хватит! — Я отталкивал его, но пес не унимался, отпрыгивая на пол и тут же снова запрыгивая, на этот раз уже сбоку, пытаясь облизать меня со всех сторон. — Тимофей! Сидеть!

Пёс отступил на полметра, сел на задние лапы, которые были размером с мои предплечья, мускулистые и мощные, и склонил голову набок, глядя на меня умными, почти человеческими глазами.

За последние месяцы он, кажется, вырос ещё больше. Если когда-то давным-давно, кажется вообще в другой жизни, это был пушистый клубок нескончаемой энергии, высотой меньше, чем по колено, то теперь передо мной сидело существо, ростом в холке выше пояса, с шеей, толщиной с мою бедро, и клыками, которые спокойно могли бы перегрызть арматуру.

Целая куча уровней, с щедрот отсыпаемой Системой при прокачке отца, превратила пса в нечто такое, что теперь с лёгкостью было способно задать трёпку африканскому льву, причём даже не напрягаясь. Хотя скорее даже употребить на завтрак, если вспомнить на что он действительно способен. Ещё и прожарить его перед этим процессом.

— Сидеть. — Продублировал я команду, тщетно пытаясь оттереть лицо от липкой слюны.

Мощный хвост пса методично колотил по полу, создавая такую какафонию, будто на этаже работает отбойная машина.

Я обошел его по кругу, внимательно осматривая. Густая шерсть, насколько я знаю, по защитным свойствам почти не уступающая моему защитному костюму и способная сдержать выстрел из снайперской винтовки в упор, впрочем, и танк ему ничего особо не сделает, по крайней мере Димка говорил, что они когда в Африке были на зачистке, наткнулись на одну банду, завладевшую складом бронетехники. Из старенького танка в Тимошу и выстрелили. Причём даже попали, но по касательной.

Что он потом сделал с этим танком, сложно описать, но на сделанной братом фото была скорее груда искорёженного металлолома, чем боевая техника. А сам же Тимоша даже не пострадал, шерсть с амортизировала и нивелировала упор. На ощупь она, кстати, была очень приятная и мягкая. Если не учитывать того факта, что в любой момент была способна стать ещё и проводником для молнии невероятной мощности, зарождающейся где-то внутри тела животного.

Сколько в нём вообще осталось от милой собаки? Я вспомнил слова брата, что он теперь чертовски умное создание, единственное что не способное разговаривать и решил проверить.

— Сколько будет дважды два?

Тимоша тявкнул четыре раза.

Я замер, прислонившись к стене. В галактике полно разумных видов, в том числе и эволюционировавших из зверей, по крайней мере судя по виду, но осознать, что твой домашний пес, которого ты помнил еще щенком, грызущим тапки, теперь обладает интеллектом первоклассника и может решать элементарные арифметические задачи, было слегка сюрреалистично.

— Два с половиной умножить на два. — Попробовал я его подловить.

Тимоша склонил голову, прищурился, затем тряхнул мордой и тявкнул пять раз, но уже с ноткой недовольства в голосе, словно я над ним издевался.

Впрочем, я знал, что можно сделать. Достал из инвентаря целый шмат мяса, килограмма на полтора, средней прожарки. Вредно, конечно, но, во-первых, портал на выходе всё поправит, а во-вторых, чтобы этому лосю стало плохо от мяса — да ни в жисть не поверю. Скорее попросит добавки.

После принятого подношения, выражение морды пса сменилось на довольное. Оно словно говорило, что раз уж кормят, то теперь можно ещё немного потерзать его вопросами.

— Девять минус пять, плюс два, минус шесть и плюс один.

— Гав.

Мать моя женщина… Верно.

А Димка не шутил про его интеллект. Базовые математические действия решает на ура. Я ещё немного погонял его на сложениях и вычитаниях, и он ни разу не ошибся, даже при операциях с двузначными числами. Единственное, я старался не получать в результате большие ответы, потому что тогда он своим лаем поднимет на уши всю башню. В конце его подловил, потому что вычесть корень из девяти он не смог. Но это я уже придирался.

— Ладно-ладно. — Я отстранился, чухая его за ухом, от чего пес блаженно закатил глаза. — Пойдем ужинать. Но веди себя прилично, и не сдавай, что я тебя уже покормил, а то мама опять скажет, что я тебя разбаловал.