Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

Янда и улыбнулся. — Не знаю уж как так получилось, но герцог Лоури нанял охранять дом бандитов и висельников. Которые напали на меня, едва я появился на пороге его дома. И только чудом я успел спасти Эстефанию Лоури, отбив её у них. Говоря прямо и открыто, я спас всех этих баронов от неминуемой смерти. В том числе и вашего сына, герцог Янда.

— Спасли, значит? — прищурился он.

— Истинно так, — опередил я его. — Капитан городской стражи, беседовавший с Эстефанией Лоури, подтвердит это. Бедняжка была так напугана, что попросила не меня, а городскую стражу выдворить из её дома всех посторонних, включая дальних родственников. А вот мне досталась просьба обеспечить ей и Клаудии Лоури защиту, что я и сделал.

— Тогда как Вы объясните, что обратившись к Эстефании Лоури, барон Литтер узнал, что Вы забрали все документы на наследство, оставшиеся от покойного герцога? Это тоже сделано для безопасности? Хочу заметить, что укрытие этих документов — серьёзное преступление.

— Кстати, да, — покивал я, — для безопасности. И если говорить о наследстве, то Вы, наверное, имеете в виду всего два документа? Первый о наследовании дома в Витории, который отходит Клаудии Лоури. Второй о наследовании родового поместья в землях Лоури, которое достаётся Эстефании. Всё остальное будет разделено между всеми родственниками покойного герцога, согласно законам Империи.

— Всего два документа? — герцог картинно покачал головой, обводя зал взглядом, словно искал поддержки. — Вы думаете, кто-то поверит Вашим словам?

— Моим? Никто, — согласился я с ним. — Поэтому у меня есть свидетель. Все документы, в том числе и на наследство, лично оценила госпожа Елена, супруга Императора. Она вместе с принцессами гостит у меня дома. Я обратился к ней за консультацией, и она первая, кто ознакомился с ними. Прошу, — я протянул советнику письмо. — Это её письмо для Его Императорского Величества.

Советник довольно резво прошёл к трону и передал письмо Императору. Вильям придирчиво осмотрел печать, прежде чем сломать, затем бегло пробежал взглядом по строчкам.

— Барон Хаук говорит правду, — сказал Император таким тоном, чтобы все сразу поняли — это факт, который лучше не оспаривать.

— Разрешите, я продолжу, — быстро вставил я, вновь опередив герцога. — Мы все можем видеть, как сильно герцог Янда переживает за род Лоури. Как он поддерживает их и даже готов выступить в их защиту. Это достойно уважения. Я уважаю Вас, герцог, — я даже склонил голову, говоря это как можно более серьёзным тоном. — Земли Лоури остались без наместника и по моему́ скромному мнению, а также, по мнению Эстефании Лоури и её дочери, нет никого, более достойного принять управление над этими землями, чем герцог Янда. Если вдруг встанет вопрос о том, кто же возьмет на себя ответственность за эти земли, я буду первым, кто поддержит герцога Янда. Моя же скромная роль будет заключаться в том, чтобы позаботиться об Эстефании и Клаудии Лоури. Они просили меня о защите и покровительстве, и отказать им я не в праве. От их лица я полномочен заявить, что они не претендуют на наследство герцога Лоури, за исключением того, что он сам им оставил. Остальные его богатства добрые родственники могут делить между собой.

— Геррих умер, — послышался громкий голос со стороны центра амфитеатра, — как это случилось? Что произошло?

— Ну, наконец-то кто-то спросил об этом, — вздохнул я. — Хоть кого-то не интересует наследство герцога. Это было самоубийство! Я был свидетелем этого и видел последний вздох Герриха Лоури! Мы с Клаудией держали его за руки в этот момент. Он выжег собственные каналы магии, не побоявшись мучительной смерти. Не знаю, что привело к такому его решению, я прибыл слишком поздно. Но я думаю, — мой голос немного изменил тональность, став чуть жестче, — он сделал это, не желая разговаривать с добрыми родственниками по поводу наследства. Потому как в этот самый момент они обступили умирающего человека, главу рода и спорили о деньгах, карьерах и серебре!

В помещении повисла тишина, постепенно сменяющаяся перешептываниями. Император поманил советника и что-то сказал тому на ухо.

— Остались ли вопросы к барону Хауку? — тишина была нарушена голосом советника.

— По существу, — послышался голос Доминика Сагрэдо. — Обвинения и прочее — это вопросы Имперской безопасности. Как и делёж наследства — это не тема для Совета.

— Поддерживаю! — голос с левой части амфитеатра.

Выждав несколько секунд, за которые герцог Янда не нашёл что сказать, советник отпустил меня, позволив вернуться на место.

— В связи со смертью герцога Лоури принимается на голосование вопрос о необходимости немедленного обсуждения о назначении нового наместника! — объявил советник. — Кто за немедленное обсуждение, прошу поднять руку!

Я одним из первых поднял руку, и даже помахал ею. Следом руку поднял герцог Сагрэдо. Советник обернулся к Императору, который сделал движение руки, как бы показывая, что поддерживает это предложение. Видя это, многие решили, что вопрос лучше не откладывать, раз так хочет сам Император. Уже спустя минуту большинство было на его стороне.

— Всё, больше ничего интересного сегодня не произойдёт, — шепнул мне на ухо Доминик. — Делить эти земли будут до самого вечера. Эх, сбежать бы.

Всё было именно так. Право выступить первым было у герцогов. И они меня нисколько не удивили, говоря в один голос, что такая большая провинция должна приносить доход Империи. Следовательно, наместник должен иметь подобный опыт и быть влиятельным политиком, чтобы этого дохода было как можно больше. А вот здесь я начал догадываться, что они или не знают о купчих и той гадости, что приготовил им покойный Геррих, или у них есть какой-то план, как эти купчие получить. Герцог Янда практически требовал, чтобы провинцию отдали ему. Даже вспомнил Даниеля Блэс, который подмял под себя земли соседа. Только умолчал, что по богатствам эти земли и рядом не стояли с теми, о которых шла речь сейчас.

Против герцога Янда выступило лишь несколько человек, резонно заметив, что нехорошо будет, если один род возвысится так сильно над остальными. Они предлагали выбрать наместником незаинтересованного человека или отложить этот вопрос до того момента, как закончится война.

Я едва дождался короткого перерыва и сделал так, как предлагал герцог Сагрэдо, то есть сбежал. Зря меня пугали, что Имперский Совет — это страшное мероприятие, на котором только и ждут чтобы растерзать беззащитного барона. Может всё дело в том, что я ничего не просил и никого не обвинял? Лишь бы не сочли это за слабость.

Я почти вышел из дворца, когда меня перехватил старик в белой мантии.

— Барон Хаук, — окликнул он меня. — Не убегайте от старика.