"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-30 - Наталья Владимировна Игнатова

Поэтому рот на замок, и точка.

Но расспросы будут: кто, где, как, почему, зачем?

Итак, крестный – Цемент. Отнял оружие, запер в клетке, хотел убить, но я такого финала не допустил. Все. И то данную версию выдавать только там, где реально могут докопаться до сути. Ни слова лжи. Все правда! Упор на то, что я только опередил убийцу, тоже соответствует действительности.

Для всех остальных крестный – Цемент. Погиб. Я выжил. Как погиб? Почему погиб? Потому что с пулей в голове не живут. Кто? «Я знаю?!» – тон вопросительный, снисходительный и утвердительный одновременно. Тоже ни капли лжи. И одновременно сойдет за мягкий посыл на три буквы.

Истлевшая сигарета обожгла пальцы, чертыхнувшись, затушил ее о пол, прикурил новую. Дальше будет не до курения. Итак, стратегия понята. Выжить, выйти, выкрутиться.

Теперь тактика. Она заключается тоже в наборе простых действий: подбор соответствующего оружия, снаряжения, одежды, составления маршрута. Если с первыми двумя пунктами все просто отлично, много всего натаскал Цемент в эту нору, то с одеждой возникает большая проблема, особенно с обувью. Размер ноги у несостоявшегося убийцы – сорок три, а мне нужен сорок пять, свои туфли я своими же руками превратил в хлам.

Конечно, есть еще люди в селениях, которые могут босиком бродить, сам видел, и не раз. Вот только здесь не деревенская пастораль с мягкой травой-муравой, а постапокалиптический город со всеми его прелестями – битое стекло, всевозможные острые предметы, разлитая тут и там химическая дрянь. Повредишь ногу – считай, покойник, не убежать, не уйти. В камеру же к трупам заходить… Не хочу и не буду. Пусть лежат. Какие-то магазины на той стороне дороги я видел, туда загляну, хотя могло и померещиться. Состояние у меня было то еще. Здесь же нужно все решать и делать быстро, пока на трупный запах весь местный бомонд не слетелся, фуршет как-никак. Затем оперативной базой будет та самая квартира сибирского туриста, где мы с Цементом провели ночь.

Когда все обдумаешь и решишь, сразу становится легко на душе. Действуешь сугубо по плану, все тебе ясно без всяких метаний и импровизаций. Поэтому я взялся сразу же осматривать баул, который заволок Цемент. Да, теперь понятно, почему он по сторонам особо не смотрел.

Сверху лежало четыре ИРП-Б[113]. Живем! А вот ниже один к одному здоровенную тактическую сумку заполняли патронные цинки. Сколько же их тут? И какой вес у этой поклажи? Одна жестяная коробка имеет массу около двенадцати килограммов. Где-то больше, где-то меньше. Раз, два, три… Девять! Сто с лишним кэгэ! Патроны самые разные, судя по маркировке. Больше всего бронебойных «СП-6» для АС «ВАЛа» и ВСС «Винтореза», их четыре штуки, еще один для этого же оружия, но уже снайперский «СП-5»; цинк патронов 12,7 – сто двадцать штучек; винтовочная семерка и два автоматной. Но меня больше всего удивила силища покойного. Воистину своя ноша не тянет.

Найдя еду, я тут же решил подкрепиться. Плевать на трупную вонь, голод уже переходил все границы, живот бурчал, а увидев знакомые зеленые пластиковые брикеты, рот сразу заполнился слюной. Не знаю, куда все поместилось, но умял целых два сухпая полностью, даже ненавистные галеты до последней крошки, и на третий засматривался, но вовремя взял себя в руки. Запил все водой из фляги Цемента. Жизнь сразу стала лучше, жизнь сразу стала веселей, заиграла позитивными красками. Вот что обед животворящий делает.

Настало время подбора оружия, просмотра трофеев и прочего хозяйствования. Добра натащил мой визави много, очень много. Туго набитые разгрузки и РПС, снятые, похоже, с уже мертвых бойцов спецназа, бронежилеты, каски, автоматы, пистолеты, пара «СВД», один «Выхлоп» и два ВССа, «Печенег», несколько пистолетов-пулеметов. Пистолеты тоже были самыми разнообразными, начиная от «ПБ» и заканчивая «ГШ-18». Я очень удивился, когда среди чудес отечественной оружейной мысли нашлось и три «Глока-17». Нехило спецназ ФСБ экипировали. Хотя мелькала информация, что силовым ведомствам разрешили использовать в работе иностранные образцы оружия. Похоже, это первые ласточки или последние, досанкционные. В общем, глаза разбегались, хотелось всего и сразу.

Начал ворочать тело Цемента, снимая РПС и обшаривая его на предмет ценностей, трупная вонь заметно усилилась. Как при жизни человеком он был не сказать что хорошим, всегда сверху плавал, так и после смерти продолжал отравлять окружающее пространство миазмами. Но я небрезгливый.

Да, большинство российских знакомых, особенно бывших сокурсников и одногрупников, привыкли видеть меня совсем в другой ипостаси. Одет с иголочки, показная любовь к брендовым вещам, дорогим машинам и гаджетам, в общем, соответствовал. Как известно, бытие определяет сознание. И никто из них не мог предположить, что в тех же командировках зачастую просто хижина с крышей над головой являлась роскошью, а душ и ванна – из разряда излишеств. Для выпускника Суворовского училища конца девяностых это проблемой не являлось, а для мгимовца нулевых – вполне терпимо. Последнее заведение закончил с красным дипломом. С Африкой мне повезло. Тогда она была никому не интересна, папы и мамы – дипломаты боролись для своих детишек за места в Европах и цивилизованных странах, мы же, редкие белые вороны из простых людей, не дети и внуки бывших чекистов и верхушки партии КПСС, рады были любой работе по профилю. Сказался общий бардак. Россия в середине девяностых практически свернула дипломатическую деятельность в странах Африки, а потом точно так же, с грацией пофигиста-слона, сунулась обратно, при этом данное направление было не в почете. И трупов мне довелось повидать достаточно. Те же последствия Второй конголезской войны[114] можно было до 2008 года наблюдать. Так что, как я и говорил, брезгливости во мне ноль целых ноль десятых.

Несмотря на компактные размеры, трофеев с Цемента взял очень много. Первое, что привлекло внимание, – отмеченная мной в первую встречу с этим ублюдком незнакомая винтовка с толстым стволом, чем-то напоминающая «Выхлоп», который сейчас валялся в куче оружия напротив камеры, где мне предстояло расти и расти.

Система буллап. Весило оружие около пяти килограммов. На ствольной коробке была только выгравирована надпись латиницей «TRK-10», ни серийного номера, ничего больше. Четко, лаконично и абсолютно непонятно. Оружие это было самозарядным, но не автоматическим, судя по всего двум положениям переводчика огня. Хотя с другой стороны, с чего я взял, что это переводчик? Может, просто предохранитель, а переводчик в другом месте, например как у «Аса». Нет, больше никаких переключателей не наблюдалось. Лишь магазин выщелкивался при нажатии небольшой кнопки, что было установлено опытным путем. Не очень удобно,