Хранители Севера. Хаос - Оливия Мун

Охранник громко сглотнул, и его кадык судорожно, резко дёрнулся, а рука инстинктивно метнулась к широкому поясу, где висела рукоять короткого меча, и его толстые, грубые пальцы уже скользнули по рукояти, но так и не успели сомкнуться вокруг неё.

Юноша мгновенно уловил это движение, и на его бледных губах мелькнула совершенно хищная улыбка, лишённая всякой тени радости или торжества. Почти небрежный, ленивый взмах рукой, и в воздухе блеснула сталь, его длинный клинок описал короткую, молниеносную, неуловимую для глаза дугу, прочертив на толстой, обтянутой грубой кожей шее охранника тонкую кровавую линию. Мужчина издал булькающий, клокочущий хрип, широко, до предела распахнув глаза, и схватился обеими руками за горло, отчаянно пытаясь зажать ладонями ту алую, пульсирующую жизнь, что мощным, горячим потоком рванула из перерезанного горла наружу, но его пальцы в одно мгновение окрасились в липкий, тёмно-алый цвет, а кровь всё хлестала и хлестала сквозь них неудержимыми толчками, заливая руки, грудь, стекая на сверкающий пол. Он тяжело, с глухим стуком рухнул на колени, всё ещё продолжая бессмысленно, судорожно зажимать рану на шее, отчаянно пытаясь удержать ускользающую жизнь. Его губы беззвучно ловили ртом воздух, раскрываясь и закрываясь в безмолвном крике. Бернар смотрел на него сверху вниз совершенно равнодушно и ни един мускул не дрогнул на его бледном лице.

Охранник медленно закатил глаза, обнажив белки, и безвольно рухнул на бок, гулко ударившись головой о пол, дёрнулся один раз и сразу же затих навсегда, а сияющий, надраенный до блеска пол моментально покрылся огромными, алыми, быстро расползающимися во все стороны пятнами. И тут же, справа от него, из-за бордовой бархатной портьеры, раздался пронзительный, обрывающийся на самой высокой ноте женский крик. Бернар резко обернулся. У дальней стены, в глубокой тени высокой мраморной колонны, стояла, прижавшись к ней всем телом, совсем юная, почти девочка, облачённая в лёгкую, полупрозрачную, почти невесомую сорочку, которая едва-едва прикрывала её длинные, тонкие ноги и мелко трепетала от крупной, неконтролируемой дрожи, сотрясавшей всё её тело. Её широко распахнутые, огромные, неестественно тёмные глаза, полные ужаса, встретились на мгновение с его ледяным, пустым взглядом, её перепуганное лицо на миг стало совсем белым, а тонкие, искусанные губы мелко, прерывисто задрожали, тщетно, беззвучно пытаясь выдавить из себя хоть один звук, хоть одну мольбу о пощаде, но вместо крика из её узкой, девичьей груди вырвался лишь слабый, едва слышный стон. Её глаза медленно, тяжело закатились, показав белки, и она вдруг безвольно осела на холодный пол, а из самых глубин Дома Роз уже слышались торопливые, испуганные шаги и приглушённые, встревоженные голоса, что с каждой секундой становились всё громче и ближе.

Юноша не колебался ни секунды: грубым движением оттолкнул ногой ещё тёплое тело охранника, не глядя переступил через