Доспех духа 1-11 - Фалько

радостных криках. Понадобилось несколько секунд, чтобы на экранах под потолком показали замедленную съемку обмена ударами в «режиме». Сорокин умудрился нанести не четыре, а пять ударов, точно в нос, в скулу и не очень удачно попав в лоб. Было видно, что кулак мастера движется быстрее, чем капли пота и крови разлетаются в разные стороны. Зная, что драка будет проходить на повышенных скоростях, организаторы подготовились, установив несколько особых камер, не пропустивших ни одного удачного момента. Пока к побежденному выбежала группа врачей, показали повтор удара локтем. Красивый рубящий удар. Без подготовки я бы таким бить не стал. Немного не рассчитаешь силу и вывихнешь сустав, а может, и руку сломаешь.

— Хороший бой, — кивнул я улыбаясь.

Максу понадобилось меньше тридцати секунд, чтобы отправить противника в нокаут. Он действительно был талантливым мастером, умудрившимся освоить серьезную технику ближнего за такой короткий срок. Пусть освоил не до конца, но это ерунда. Зато следующий поединок закончится еще быстрее, может быть, одним ударом.

— Кузьма? — произнесла Тася с очень знакомой интонацией.

— А что, Кузьма? — не понял я, встрепенувшись. — Я ничего не делал, и вообще, они сами виноваты.

— Если ты в чем-то… Знаю я эту самодовольную улыбку, — она вздохнула. — Не вздумай никому ничего рассказывать, а если будут спрашивать, делай удивленное лицо, прямо как сейчас. Хорошо?

— Хорошо, — согласился я. — Вообще не понимаю о чем ты.

— Вот и ладно.

На сцене появился флаг Российской империи, затем флаг бойцовского клуба, за который выступал Максим. Ему передали микрофон с просьбой сказать несколько слов для болельщиков.

— Спасибо всем, кто пришел и кто болеет за меня, — сказал Макс, успев перевести дыхание после ускорения. Появился кто-то из его команды с готовым пластиковым фиксатором для руки, но его придержали, чтобы не мешал и не портил впечатление. — Спасибо моим тренерам, клубу и Давиду Карловичу Бергу за помощь в подготовке и тренировках. И отдельная благодарность Кузьме.

— Точно, — закивала Тася. — Я так и знала.

— Как думаешь, — спросил ведущий, — с кем проведешь следующий бой? С кем бы хотел подраться конкретно?

— Все равно. Любой боец из второй пары — достойный противник.

— Это была легкая победа? И планируешь ли так же быстро победить в следующем бою?

— Не легкая, — Макс мотнул головой. — Быстрая, но не легкая. Насчет финала не скажу. Поживем, увидим.

— Спасибо! Это был Максим Сорокин! Аплодисменты победителю!

Когда Максим вышел с ринга, помощник помог ему зафиксировать травмированную руку. Будем надеяться, что он отделался растяжением или ушибом. Если ты недостаточно крепкий телом, то бить в полную силу другого мастера надо осторожно. Еще настораживало то, что врачи пока не могли привести американца в чувство. В итоге появились носилки и его быстро унесли. Макс слишком дословно решил следовать моим словам: «Бей его от души».

— Предыдущий поединок был более красочным, — сказала Тася, на что Алена согласно закивала.

— Потому что бойцы дрались в полную силу.

— Слышали уже, — она улыбнулась. — Поехали домой. Мне кажется, мы даже успеваем поужинать.

— Сейчас позвоню Мережко, чтобы автобус подогнал, — сказал я, бросив взгляд в зал.

В зоне, где расположились бояре, было необычно тихо. Старший сын князя Дашкова кому-то звонил, как и один из приближенных Разумовского. Единственный, кто выглядел довольным и зрелищем, и всем происходящим вокруг, был немец. Он поймал мой взгляд, брошенный через весь зал, и приветственно поднял руку. Удивительно. Нас метров сто разделяло, плюс трибуны и арена. Глазастый, однако.

Домой мы возвращались в приподнятом настроении. Вечер и бои понравились всем, даже Сяочжей высказалась в положительном ключе. Уже ночью я отправил Максу сообщение, спросив, что там с американцем и жив ли он. Ответ я прочитал только утром. Мясная машина отделалась сотрясением, переломом челюсти и двумя выбитыми зубами, которые успешно поставили на место.

Ближе к обеду отзвонился грек. Голос у него был довольный, словно ему зарплату повысили или премию дали. Последнее вполне может быть. Он сказал, что на наш с Тасей счет перечислен полагающийся процент со ставки и небольшой бонус. Это хорошо, так как деньги лишними не бывают, но они не главная цель, которую я преследовал.

— Никодим Михайлович, а как Петр Сергеевич? В последнее время глава рода постоянно не в духе. Вроде бы он тоже крупную сумму на этот бой поставил. Довольный, наверное, сейчас. Празднует?

С той стороны трубки что-то хрюкнуло, затем послышался кашель.

— Петр Сергеевич неправильно оценил ситуацию, — обтекаемо ответил Салют. — Он проигрался, причем крупно. В итоге мы остались в плюсе, но весь этот плюс ушел на покрытие расходов наших союзников.

— Ух ты, — я сделал вид, что удивился. — Что, все расходы покроем? Мы так много выиграли?

— Нет. Для них это как приклеить никотиновый пластырь к рваной ране, но хоть что-то. Вы очень вовремя мне позвонили, Кузьма Федорович, спасибо.

Голос Салюта прозвучал очень искренне.

— Не за что, — сказал я. — Но по-хорошему, азартные игры для серьезных бизнесменов всегда плохо заканчиваются, если это выходит за рамки хобби или развлечения.

— Золотые слова, — согласился грек. — В нашем деле и без ставок на спорт есть место риску. Но так мы хотя бы знаем, в чем он заключается, можем просчитать или предугадать. Петр Сергеевич хотел сердиться на Вас, что не позвонили и не предупредили, но я его переубедил.

Так и поговорили. Надо будет в банк позвонить или заехать, узнать сколько нам перепало и про какой бонус Салют говорил. Я бросил взгляд на часы. С минуты на минуту в малый спортивный зал нашего клуба должны прийти девушки на занятие. У Чжэнь сегодня должна быть насыщенная тренировка, а вот Алена занималась более расслаблено. Ну и нам с Сяочжэй стоило серьезно отнестись к предстоящей практике.

— Уютный зал, — раздался голос со стороны двери, отвлекая меня от мыслей. Говорили с небольшим, но заметным немецким акцентом. — Значит, здесь тренируется самый молодой мастер в истории?

— Здесь мы ленимся, — отозвался я, поворачиваясь к гостю. — На двери же написано.

— Да, я заметил, — он рассмеялся, заходя в помещение.

Это был тот самый немец, про которого я спрашивал у Таси. На вид ему лет сорок, возможно, чуть больше, русые волосы, карие глаза, подбородок с ямочкой и шея как у быка. Вблизи князь оказался еще более крупным, чем издали. При этом он не занимался бодибилдингом, а был просто огромным мужчиной, килограмм под сто тридцать.

— Прошу простить, что отвлекаю, — пробасил немец. — Мы еще не знакомы. Лотер фон Гертнер.

— Кузьма Матчин. Опять охрана шалит? Обещали ведь посторонних не пускать в МИБИ.

— Да, правду говорят, что недружелюбный, — он