"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

кухне — ну, вы и лицом кривите, когда та на стол монеты выложит. Просите то что нужно. Торгуйтесь, обесценивайте их валюту и подчеркивайте готовность вести торговлю. Ну и, пожалуйста, по еде гостям не скупитесь. Может, наши и приезжие будут вносить плату одинаковую, но вы это, так, с барского плеча, киньте гостям добавки. Их полные желудки — гарантия того, что у нас они задержатся подольше, а значит, товаров, нужных селению, дадут больше.

— А деньги? — Между делом, став свидетелем наших разговоров с тётей Верой, спросила Катя.

— А что деньги? — усмехнувшись, кивнула мне повариха. — Деньгами управляет тот, кто устанавливает цену. Сегодня цена пятнадцать медяков за лимонад, а завтра и тысячи не хватит.

— Это как… — удивилась такой деноминации Катя. — … какие ещё медяки?

— Как-как, как при развале. — Целкнув ту по носу, рассмеялась тётушка. — Ладно, поняла я тебя, Лёшка, пойду обед готовить. Ты это, приходи со всей своей большой семьёй. Они рядом с тобой, как сторожевые собаки на подножном корме. А деткам растущим витамины нужны!

— Будем со всеми, кого соберём. — Усмехнувшись добродушной женщине в ответ, перевожу взгляд на растерянную Катю.

— Лёш, а что мы уже развалили, и что за медяки?

О… Хороший вопрос и, самое главное, к месту, как раз поднял мне самооценку. Помнится, что-то подобное в начале нашей истории мы уже проходили!

Поржав с старшей, напомнив, что у нас с тёткой общая история, приняв смущение Кати, потом её оправдания «я знала, но не поняла», мы перемещаемся вновь к дому Марии. Настроение у всех царило боевое, приподнятое. В кости рубились Рабнир и Гончья, рядом меряясь силой, мол, кто более быструю подачу примет, страдали от подач Оксаны пятеро молоденьких девчушек. Пауза, которую взяла Империя, позволила не только мне подлечиться, но и простым, обычным жителям слегка расслабиться, а детям — опять испытать удовольствие от простых игр. Упрекнув «тренера» Оксану, что игра идёт в одни ворота, предложил ей натянуть самодельную сетку и «проверить местных детишек на ловкость и прыть», а также чему они успели научиться. Та, кто чуть старше меня, соображала на порядок дольше мелких, рванувших созывать вокруг себя сверстниц кетти, Чав-Чав, Медоедов, Беа, Пантер и первых из прибывшихся к нам Пандцу. Вскоре у площадки, вытоптанной у дома Марии, собралось семнадцать полноценных команд. Число нечётное, потому самым уверенным в себе было предложено начать первыми игру, в турнире на выбывание, где главным призом являлась стрепня тёти Веры, а дополнительным — общение с Агтулх, возможность высказать ему все свои пожелания, просьбы и много чего детского, того, что я не мог принять близко к сердцу.

Турнир вызвал не малый резонанс в местном обществе. Разумеется, мы не могли и не собирались оставлять голодными тех, кто проиграл. Катюшка позаботилась об этом, многие семьи, закончив с делами, поспешно шли к Теть вере, закидывая часть своей добычи в общий котёл. С замиранием, отслеживая подачи, блоки, прыжки и удары своих дочерей, охотницы с горящими глазами наблюдали за их победами, со слезами принимали поражения. Подбадривали, разочарованно стонали в моменты ошибок и эмоционально кричали в моменты успехов своих детей. Они были счастливы, наблюдая за их игрой, вместе с детьми переживали накал страстей, и эта связь, химая, возникавшая в момент матчей, делала общество сплоченнее, а семьи, крепче.

Сейчас, вспоминая откровение одной грубиянки, той, кто после очередной беременности просто закинула все дела, службу, отказалась от старшей дочери, отдалилась от всех и занялась собой в надежде хоть для кого-то стать достойной матерью… Я думал о ней, размышлял, через других пытался заставить её относиться к новой жизни серьёзней, и кажется, старания мои не были напрасными. «Выживает сильнейший», — ранее именно эти слова звучали каждый раз, когда у кого-то из маленьких деток более взрослых забирали еду. А сейчас…

Из общего котла, на который скидывались тёте Вере все взрослые матери, в первую очередь кормились проигравшие, потом середнячки, затем будущие чемпионы, которым на десерт из моих личных запасов, подаренных мне Беа, каждой в деревянной кружке дали по стакану дикого мёда. Только Беа могли собрать его без специальных защитных костюмов, коих у нас не было, и только их щедрость и любовь ко мне позволили разжиться столь драгоценным товаром, за который одна из весьма симпатичных самочек до сих пор ожидала оплаты.

Кстати, её я тоже видел на игре детей, но не в качестве шантажистки, желавшей исключительно меня, а в качестве старшей сестры, болельщицы, поддерживавшей младшую блокирующую у сетки. Всё же Беа и другие появились в племени не так давно, обучаться игре стали гораздо позже, чем полные фавориты — быстрые, верткие, молодые Кетти. Их команда с гордо задранными носами с лёгкостью разгромила всех претендентов на первое место, однако мелкие кошки, впервые столкнувшиеся с высокими, плечистыми Беа и Пандцу, таки ощутили угрозу, исходящую от роста, а также той силы подачи и блока, которой обучила их Катя.

Скорость и ловкость столкнулись с ростом и силой подачи; баланса в командах не было, и в молодежке занять абсолютное первое место могли лишь те, кто первыми создадут «интернациональную команду». Сидя рядом со мной, старательно наискивала не Беа, и даже не Кетти, а Пантер, добрая, заботливая, положившая на их взрослого самца глаз, тётушка Вера.

Глава 5

В предвкушении скорого визита разношёрстной имперской банды, я четвёртый день бродил у рынка в окружении медоедов, проверяя торговые прилавки и ассортимент. Посуда исключительно деревянная, в основном тарелки разных размеров, ложки и вилки, где-то даже ножи, сделанные из кусков трофейного железа. Тут же за этим прилавком было несколько очень тяжелых деревянных ведер, прищепки для белья, которыми местные почти не пользовались, ещё тапочки, типа сланцев, и что-то наподобие лаптей. Также, по моему требованию, была подготовлена кое-какая мебель. Стулья, столы в разобранном виде, кроватные койки. А к ним постельное, или что-то отдалённо его напоминающее.

Дальше, рядом со всякой всячиной, с нашей, земной женщиной за прилавком, был магазинчик бижутерии (сувенирный). Вот тут-то во всяких украшениях, безделушках и побрякушка, мы проявили фантазию. Заколки из костей, кольца из «невидимо редких древесных пород», ожерелье из зубов тигра, макаки, мамонта. Короче, глупому матросу, которому зарплата будет жать карман, всегда найдется, на что её потратить. В принципе, на некоторые украшения даже наши местные засматривались, только позволить себе их пока не могли. Сейчас на всё это цены специально завышены,