Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

поменялось, те же вынесенные ворота, тот же перевернутый «Тигр» с распахнутыми водительской и пассажирской дверцами, мертвые, разлагающиеся твари на асфальте, выбитые витрины, разбитые машины. Труп Цемента был объеден настолько, что вряд ли мог быть кем-то опознан. Рядом валялась тварь, уже мало напоминающая человека, около метра восьмидесяти ростом, с очень развитой мускулатурой и серой шершавой кожей. Гипертрофированные конечности, на ногах по два пальца с когтями. И лицо тоже изменилось: теперь это была морда с мощными выпирающими вперед челюстями, тонкими, почти незаметными губами, из-под которых выглядывали острые клыки. Бугристый, без волос череп, заостренные уши, вместо носа – хрящ. Лежал монстр на боку, и сейчас ему сноровисто вскрывал споровый мешок уже виденный мной толстяк Дохлер. Оба незнакомых попутчика заспешили в сторону Гранита и Москвича, возле которых уже собралось около пяти человек. Третьяк остался рядом со мной, а Каштан со злым взглядом, после того как осмотрел окружающую обстановку, направился за здание ФСБ. Я же закурил, так как и водитель БТРа, высунувшись в шлемофоне из своего люка, отравлял окружающий воздух сигаретным дымом. Третьяк неторопливо достал «Орбит» из подсумка и кинул пару подушечек в пасть. Вернувшись, минут через пять Каштан сказал, обращаясь в первую очередь к напарнику:

– БТРов – тю-тю! Нигде нет. А с мурами бы связались, вообще бы ничего не досталось! И какая падла пронюхала? Цемент где-нибудь языком ляпнул?! Вряд ли… Он сам на этой теме плотно сидел! Наши попутчики?.. Нет, не успели бы… Но остальное не тронули, и то хлеб.

– Не всегда везет во всем. «Тайфуны» вон стоят, есть еще «Тигр» и «Каратель», так что если даже их возьмем, то нормально получим, – философски заметил Третьяк.

– Это да… Но… хочется побольше, побольше. Пойду узнаю разнарядку. Чета там вообще какие-то непонятки. Гранит чудит опять.

– И ты зачудишь, когда, не дай бог, такая же фигня произойдет. Как он еще держится, лично для меня загадка, – в спину Каштану сказал Третьяк. Тот, не оборачиваясь, только неопределенно пожал плечами. В это время от группы с командиром раздался крик с визгливыми нотками. Чернявый крепыш, ехавший вместе с нами, размахивал руками и что-то доказывал.

– Третьяк, а отчего такая беспечность? – задал я вопрос. На мой взгляд, они должны были уже все решить давным-давно, а сейчас быстро и технично осуществлять задуманное, чтобы как можно скорее покинуть пределы этого города.

– То есть? – не понял вопроса тот.

– Спокойно колесите, сейчас стоите, что-то обсуждаете, вместо того чтобы скорее грузиться…

– Хороший вопрос. Хочешь семки? – усмехнулся вернувшийся Каштан, тряся добытым где-то пакетиком с «Бабкиными» семечками.

– Нет, спасибо, – отказался я.

– А зря, вкусные, солененькие! – заржал тот.

– Самое главное, вопрос правильный. Ладно, пока они там проорутся, прояснят все. Объясняю. Вот смотри, – подобрал какую-то палочку Третьяк и начертил в пыли на асфальте многоугольник. – Вот это твой кластер, он ушел на перезагрузку четыре дня назад. Каштан, вали в другое место, там плюйся, бесит! – Тот не стал спорить, пошел куда-то в сторону подвала. – Обычно это происходит поздним вечером, ночь и до первой половины дня почти безопасные. Еды тварям хватает, поэтому есть вероятность, если держаться осторожно или давать мощный отпор, что они тобой не заинтересуются. Особенно если не сбиваться в кучу, а действовать в одиночку. Самый опасный период для этого кластера – вторые-третьи сутки, большая часть населения превращается в пустышей, поэтому охота начинается на иммунных. Элита и другие высшие зараженные держатся в основном стаями, жрут все, до чего могут дотянуться, пустышей в том числе, при этом часто плюют на потери, то есть отбиться от них дорогого стоит. Голод, как говорится, не тетка. Но вчера вечером вот этот примыкающий кластер ушел на перезагрузку, – ткнул он палочкой в юго-западном направлении. – Соответственно, зачем тварям сидеть почти в пустом месте, когда рядом полно еды? А там грузится раз в месяц огромный спальный район. В момент переноса в Улей у них там тоже вечер. Поэтому практически все население собрано по квартирам. Еще один нюанс: кластер – это из затянутых, процесс перерождения затягивается до полутора-двух недель. Так что все более или менее соображающие перетекают туда, остаются пустыши, редко – более высокие твари, которых элита посчитала бесперспективными. Или слишком умные и самостоятельные, индивидуалисты, которые не хотят быть в стае. Быстро развивающихся и более смышленых высшие зараженные подбирают в свои ряды. В итоге на четвертый день этот кластер почти безопасный. Именно поэтому мы в этот момент в него и зашли. Да, и у нас еще один козырь – у Дохлера очень редкий дар, – ткнул он палочкой в сторону толстяка. – Он может прикрывать не только себя, но и группу до двадцати человек от зараженных, то есть они просто нас не видят, не ощущают. Гороха и жемчуга на него ушло у нашей команды много, но и перспективы все понимали. Теперь понятно?

– Да, – кивнул я. Выходило так, что мне просто удивительно повезло: выйди я из комы вчера утром, вряд ли дожил бы до вечера. Теперь понятно, почему сегодня мы практически безопасно дошли до лабораторного корпуса Технического университета. Вот так вот, резко, мне самооценку в нескольких фразах уронили, я-то думал, что вон какой продуманный, осторожный, прошаренный, а на деле банальная, ладно, не банальная, но только удача… М-да… Любит меня фортуна, ой как любит!

– Ты на ус мотай. – Третьяк посмотрел на разыгрывающийся диспут возле командира, досадливо поморщившись, продолжил: – Чтобы нормально зарабатывать, особенно в Пекле, надо учитывать каждый нюанс. Сунься мы вчера, не только БТРы не отжали бы. – И, видя мое недоумение, сказал: – Где взяли – секрет, но мы сюда на своих двоих притопали, пусть до места и на машинах добрались, и нас ждут, но в кластер топали пехом. Так вот, даже с даром Дохлера уже половина из нас бы осталась тут. Улей щедро одаряет, но скажу так: чем ценнее добыча, тем больше надо за нее пролить пота, крови, применить мозгов, истратить на полезное умение гороха. Ведь кроме как им Дар нормально не разовьешь, есть еще вариант – жемчуг, но он накладный. Кстати, карты с Цемента взял?

Я кивнул.

– Вот береги их, ему тоже они частично от кого-то достались. Никому не показывай, у каждого рейдера свои заметки, свои наработки – это его хлеб. Хотят что-то узнать, то или пусть платят, или идут лесом. Это неписаный закон. Просить у другого рейдера взглянуть на карту – это все равно что личное оружие в руки дать. Могут и послать, а