Клиника Вельского - Сергей Баранников

слишком странно. Если вас ищут, то за мной тоже будут следить. Я вообще удивлена, что вы смогли добраться сюда из Дубровска, и до сих пор имперские ищейки не пытаются взять мой дом приступом.

— Не волнуйся, они придут, просто у Капранова сейчас слишком много дел, — отмахнулся я. — Так откуда вещи?

— Остались от отца и брата, — объяснила женщина.

— У них был отличный вкус, — заметил я и перешёл к делу, которое требовало внимания. — Выходит, сегодня идёт второй день?

— Да. И завтра я должна посетить званый ужин у Алябьева, где мы заключим сделку.

— Ты продаёшь свою долю Алябьеву?

— Нет, там другой человек, но Александр Геннадьевич выступает посредником и гарантом.

— Ага, знаю я таких гарантов, — покачал я головой. — Слушай, нам непременно нужно попасть туда.

— С ума сошёл? В особняк Алябьева вас точно не пустят. Сидите тут смирно, а я подумаю что с вами можно сделать.

— Поверь, я знаю как аристократы проводят свои званые ужины. Мы будем там. А ты делай что планировала и пообещай ничему не удивляться. Кстати, ты реализовала партию зелий?

— Обижаешь, — заулыбалась она.

— Ник, плохие новости! — выпалил Лёня, ворвавшись в гостиную, заставив нас с Анной повернуться к нему.

— Говори, — произнёс я, мысленно приготовившись к худшему.

— Поезд, на котором Вероника, Настя с ребёнком и родителями ехала в Великий Новгород, остановили на границе Ярской губернии и ограбили.

— Как это случилось? — задал я вопрос, не сводя взгляда с брата.

— Машинисту доложили об аварии на железнодорожном переезде, а когда он остановился, в их вагон ворвались вооружённые люди. Всё случилось очень быстро, всего несколько минут, и эти люди скрылись с места происшествия.

Выходит, налётчики точно знали о своей цели. И тем приятнее, что они потерпели неудачу.

— Ник, до Великого Новгорода они не доехали. Их похитили! — голос брата дрогнул, поэтому я поспешил его успокоить.

— Не волнуйся…

— Ты предлагаешь мне не волноваться? — перешёл он на крик. — Моя беременная жена и мать в руках бандитов. Кстати, как и твоя жена с ребёнком.

— Их не могли похитить, потому как на поезде из не было, — спокойно продолжил я.

— Это как? Я ведь провожал их на вокзале и сам посадил на этот поезд.

— Да, они сели на поезд, но вышли уже на следующей станции, переодевшись в других людей. А чтобы ни у кого не возникло сомнений, в закрытом купе работало радио и запись с их голосами. Когда налётчики ворвались в их купе, нашли там только два устройства артефакторов и не более того. Причём, когда дверь вскрыли, мне поступил сигнал, и я вмиг узнал об этом.

— Почему ты мне ничего не сказал? — обиделся брат.

— Потому как ты мог выдать себя и всех нас. Организация этого мероприятия была настолько сложной, что любая незначительная деталь могла всё испортить. Ты же знаешь, что я никогда не стану подвергать опасности людей. Особенно близких.

— Но остальные пассажиры были в опасности, — стоял на своём Лёня.

— Не более, чем обычно, — пожал я плечами. — Я никого не отправлял нападать на поезд. Если кто и пострадал, это ответственность тех, кто направил налётчиков.

— И где они сейчас?

— На половине пути к безопасному месту, — спокойно ответил я. — Их ведут люди, которые смогут прошмыгнуть под самым носом у негодяев.

— Когда это всё закончится? — задал вопрос брат, устало опустившись на стул.

На самом деле, я и сам устал от этой бесконечной борьбы, но разве у нас был иной путь? Только опустить руки и сдаться. Обычная защита собственной жизни привела к тому, что ситуация накалялась с каждым разом, а ставки росли. Мы не имели права отступить. Нас считают угрозой и пытаются раздавить. Ещё и эти наработки, которыми пытается завладеть каждая ненасытная акула рынка. Ничего, нам есть чем удивить недоброжелателей.

Мы покинули особняк Галецкой немного раньше хозяйки, чтобы подготовиться. От Анны я получил адрес Алябьева и направился туда, чтобы осмотреться и найти способ проникнуть внутрь. Несмотря на свой настрой, я пока понятия не имел как пробраться в особняк. Защита была организована очень грамотно, и видимых дыр не наблюдалось.

— За мной! — скомандовал Лёня, оторвавшись от стены, а мне оставалось лишь поторопиться за ним.

Брат подошёл к грузовику, из которого разгружали ящики с фруктами.

— Кто же так носит? — накинулся Лёня на грузчиков. — Всю клубнику подавили, негодяи!

Брат схватил первый попавшийся ящик и протянул его мне.

— На, неси! Если хоть одну ягодку раздавишь, заставлю заплатить за весь ящик.

Пока никто ничего не заподозрил, брат выдернул из рук грузчика коробку с яблоками и направился в особняк вслед за мной. Добравшись до кухни, мы избавились от лишнего груза и поспешили укрыться в кладовой. В общей суматохе, которая царила вдали от глаз гостей, потеряться было совсем несложно. Куда сложнее было попасть в общий зал, но для этого пришлось разжиться формой прислуги, сновавшей туда-сюда с подносами. К счастью, этот момент Лёня также взял на себя, вырубив двух не особо шустрых разносчиков угощений. Ему бы вообще податься в имперские агенты — такой талант пропадает!

Оказавшись в зале, я невольно растерялся, потому как глаза попросту разбегались от количества гостей и размера зала. Крыша с прозрачным куполом, позволяющая смотреть на небо, поддерживалась восемью колоннами. По бокам, за колоннами, ютились столики, где уставшие гости могли отдохнуть и поболтать, а в самом центре зала танцевали, устраивали различные активности и просто общались. Вот и сейчас седовласый мужчина взобрался ногами на стул и закричал на весь зал.

— Дамы и господа! Прошу минуточку вашего внимания. Я хочу сделать важное объявление! — в этом бойком старичке в дорогом костюме я узнал Алябьева, одного из тех людей, которые были у меня под подозрением. — Сегодня я выступаю в непривычной для себя роли — содействую одной важной сделке между госпожой Галецкой и господином Радуловым.

— Александр Геннадьевич, с вашим авторитетом и опытом давно пора примерить на себя такую роль, — выкрикнул кто-то из толпы, и оратора поддержали аплодисментами.

Кажется, настало время действовать. Разумеется, прижать этого старого лиса в его же логове будет весьма непросто, но у меня есть парочка блестящих идей.