Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

Салина, но, когда я на нее посмотрел, увидел за ее спиной Черного Ферзя, стоявшего, словно картонный, и он хлопал себя по карману на груди. Лицо Чала было с легкой улыбкой. Однако я моргнул, и морок снова исчез. Я коснулся своей груди, но под скафандром ничего не ощутил. — Хеймс, я спрашиваю, зачем нам соратники? — вновь повторила Салина.

— Для справедливости, мне неприятен мир, где ее нет, — ответил я невпопад и выпрямился. — Лекс! Восстанови маршрут кораблей, что мы встретили в системе Ростка-четыре. Просчитай конечный маршрут при движении без маневров. Все системы на пути отметь маркерами расстояния до них. Лети по направлению расчетов, в любой системе на маршруте — делай остановку. Ради минералов остановки не делать!

— Принято капитан, — отрапортовал корабль.

— Мы летим за вашими «товарищами», точнее, за нашими людьми. Если повезет, может, еще-кого спасем.

— У тебя появились грандиозные планы? — поинтересовался Ворк.

— Планы есть, но времени на реализацию, потребуется просто немерено…

Я вернулся в свою каюту, предоставив Лексу самостоятельный полет, и снял броню, нуждавшуюся в серьезной чистке. Коснувшись обычной формы, я нащупал во внутреннем кармане подарок Ферзя. Миниатюрный диск мне был незнаком, зато приглашенный мною Шепорт, его распознал и предложил активировать. Откладывать не стали, диск активировал он сам, поместив диск в одно из устройств внутри своей головы. А затем вывел полученные данные на мой шлем. Послание Ферзя было странным — восемнадцать древне-Чальских символов, обозначающих как числа, так и буквы. И ничего более. Нет, определенно я от Ферзя и не ждал жирного подарка, но шифровка… совсем уж на него не похоже, я бы даже сказал «мелковато». В вопросе шифра, Механоид оказался бесполезным, но все же он мне помог, так что я даже предался воспоминаниям и перебрал его схемы. Затем началось ожидание достижения точки полета, во время которой, меня навестил призрак несуществующего прошлого… Это случилось, как и положено — во сне.

' Сев на кровати, я неожиданно, но четко понял, что это не мой корабль, ибо он намного-намного более крупный, нежели Лекс, крейсер. Хотя, казалось бы,.. Окружение было подернуто слабосветящейся дымкой, видно все, но смазано, нечетко, и дышалось немного трудно, словно воздух густой как кисель.

— Поднимайся, время никого не ждет… — услышал я тяжелый шепот, отражающийся эхом внутри моей головы и далее разлетающийся по помещению. Резко повернувшись, я встретился со своим отражением, точнее нет, не с отражением, а с копией. Передо мной сидел Брунен, одновременно похожий на меня, и одновременно, разительно отличающийся. Сидел он ровно, спина прямая, плечи с турелями расправлены, сидит непринужденно, но в то же время и не расслабленно. Лицо похоже на восковую маску, сдержанное выражение, взгляд холодный, расчетливый. Да весь он был словно в постоянном напряжении, хотя и не показывал этого. — Насмотрелся?

— Кто ты?

— Тот, кем ты был и кем можешь стать вновь. Я Брунен, дремлющий внутри твоего сознания!

— И зачем же ты мне явился?

— Я хочу напомнить тебе историю нашего народа, ведь ты плутаешь. Ты забыл первичную цель! — несмотря на то, что сидел он в метре от меня, голос его по-прежнему шелестел только у меня в голове, губы собеседника не шевелились. — Пойдем, я хочу показать тебе то, о чем ты пока ничего не помнишь.

Мы поднялись, но как-то мгновенно, словно в самом действии смысла не было, затем, так же резко, мы оказались у двери частично скрытой тяжелым туманом, а следом двинулись по бесконечно-длинному коридору, но не задержались в нем ни на секунду. Мы замерли около одной двери, из тысячи, которую Брунен открыл и указал мне на возникшую в проеме комнату. Заглянув в нее, я увидел большое пространство большей своей частью скрытое в белом туманном облаке. Однако в одной чистой зоне этого марева, стояли несколько человек или как стоит понять по логике — Брунены в белых костюмах. Они стояли рядом с неизвестным мне оборудованием и вводили какие-то препараты в емкости, соединенные с большой колбой. А внутри проглядывалось непонятное мелкое создание, чем-то схожее с тощей мартышкой.

— Что они делают? — задал я вопрос, не разомкнув губ.

— Ты созерцаешь, появление первого Выродка! — не меняя интонации, сообщил мне мой сопровождающий. — Те, кого ты любишь звать Чалами, были созданы нами, и в услужение нам.

Облако вдруг заволокло все пространство, скрывая от нас ранее зрелище, но вдруг в другом месте этого же помещения открылось небольшое чистое окно, где я видел уже пару десятков молодых Чалов, словно сидящих в классе. Они были как живые — шумели, кричали, общались и бегали. Никакого ощущения иллюзии или кино не возникало.

— Как ты видишь, они сильно отличались от