Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

слишком тяжел был для Старшего Магистра старший дух воздуха, могучий элементаль. Периодически из ушей, носа и глаз чародея начинала течь кровь, густая, тёмная от избытка внешних энергий — портал на План Воздуха фонил опасной для обладателей физического тела энергией, и даже принятое им зелье вкупе с заранее наложенными чарами лишь частично блокировали это излучение. Полностью блокировать было нельзя — в процессе слияния человека и духа стихии первому требовалось приучить свою энергетику к этому излучению… Впрочем, Петр хоть и выглядел к концу ритуала больше как свежий покойник, нежели живой чародей, процесс перенес достойно. Даже сознания не лишился ни разу, что говорило о железной выдержке.

Последние порывы ветра, насыщенного силой, впитались в тело чародея, и он с облегчением выдохнул, тяжело осев на землю.

— Браслеты! — напомнил я ему. — Перенаправляй поток в них!

Хрипло, зло выругавшись, Смолов напрягся, перенаправляя часть сущности и силы доставшегося ему духа именно в пару арниевых браслетов, взятых мной у Федора Шуйского вместо элементаля молний — и артефакты, предназначенные как раз для облегчения связи с призванными существами, сработали как надо. Не став изменять боярской манере, Федор отдарился воистину щедро — качество подарка было выше всяких похвал. Мой подчиненный сразу задышал с изрядным облегчением и даже сумел без моей помощи подняться на ноги.

— Мне бы к лекарю, пару зелий исцеляющих, — устало потёр лоб чародей, тяжело шагая со мной к выходу с крыши донжона.

— Нельзя! — категорически пресек я эти поползновения. — В ближайшие семь-девять часов дух будет занят перекраиванием твоей ауры под возможность совместного пользования и общего поднятия твоего потенциала — одним словом, будет приводить тебя к состоянию, будто ты уже с Младшего Магистра был его контрактором. И за лишние хлопоты от пары-тройки зелий исцеления, что будут изрядно ему мешать, он тебе спасибо не скажет, поверь. Кстати, ты узнал его Имя?

— Иллсатриушасс, — на удивление без запинки ответил он. — Буду звать просто Илем, он разрешил — говорит, привык к этому сокращению от смертных.

— Сейчас умойся, ничего не ешь — разве что воды можешь попить — и сразу ложись спать, — велел я. — Хранитель предоставит вам доступ к запасам маны источника, так что к утру будешь как новенький. Завтра отправляешься вместе со мной и Хельгой в Александровск — на бал ко Второму Императору.

— Хотите показать всем перспективного и опасного подчиненного? — усмехнулся он. — Мол, у меня уже и Старшие Магистры имеются?

— И это тоже, — не стал отрицать я. — Но не только.

Было у меня какое-то смутное предчувствие грядущей беды. Не дававшее мне покоя предчувствие — и потому на эсминце Хельги вместе с нами завтра полетят сотня лучших бойцов, трое Мастеров и парочка влюбленных иномирян в лице нолдийки и сорса. Надеюсь, это просто моя паранойя, но предпочту перебдеть, чем недобдеть. Как раз, если дойдет до неприятностей, оценим новые способности и Петра, и Ильхара. Не зря ж я тратил своё время на помощь в доработке его доспехов и оружия, верно?

Спустившись вниз, я направился в сторону своего кабинета. Как я и думал, Хельга не стала слишком уж надолго задерживаться вместе с остальными, отправившись дожидаться меня в самое, пожалуй, уединенное место в замке — сюда без моего ведома прямого дозволения или зова могли заявиться лишь считанные единицы моих ближайших вассалов — оба Петра, Алтынай и Арсений. Да и существовали определенные ограничения — я мог велеть Хранителю не позволять войти вообще никому, и им пришлось бы тупо ждать меня у дверей. И единственным исключением из этого правила как раз и была Хельга — в первый же день нашего приезда сюда я взял немного её крови и представил её стражу источника магии и моего замка в целом — Хранителю. Теперь единственным человеком с большими, чем у неё полномочиями, являлся лишь я сам.

Девушка забралась с ногами в резное, уютное кресло, оббитое мехом, откинулась на его спинку и тихо прикорнула. Подойдя к ней поближе, я невольно залюбовался ею. Утратившие во сне всю властность и твёрдость черты лица, которое она училась держать с самого детства, как одна из самых знатных девочек Империи, обрели мягкую беззащитность и какое-то наивное, детское выражение. Белокурые локоны, отчего-то растрепанные, частично падали на её лицо, щекоча самыми кончиками нос явно слегка мешая ей нормально дышать.

Поправив на ней плед и аккуратно смахнув волосы с её лица, я провел кончиками пальцев по её щеке — медленно, аккуратно и почти невесомо, что бы не дай боги и демоны не разбудить ненароком. Девушка смешно почмокала губами, пробормотав что-то неразборчивое и, немного поёрзав, устраиваясь поудобнее, замерла, так и не проснувшись. Что ж, так, наверное, даже лучше…

В двух с половиной метрах от кресла весело. ярко и яростно пылал камин, и не думая начать прогорать и тухнуть — дрова будто совсем недавно подкинули, за несколько минут до моего прихода. Я, конечно, обложил весь свой быть в этом помещении чарами, насколько мог, дабы не нуждаться в слугах для уборки и прочих мелочей здесь — предосторожности ради и просто потому, что мог… Но во первых, девушка о них знала только сам факт их существования здесь, не имея к ним доступа, а во вторых — укрывать гостей пледами, устраивать им вечера релакса рядом с горящим пламенем мои чары были не в состоянии — просто не имелось там подобного, и всё тут! Значит, я не ошибся в своих выводах…

Как бы невзначай, лениво окинув помещение взглядом, я мысленным усилием притянул поближе к себе второе кресло. Поправив перевязь с потертыми, неброскими ножнами, в которых тихо звякнул, напоминая о себе, Меч Простолюдина. Лёгкий, небрежный взмах ладони — и вокруг Хельги словно сама собой образовалась тонкая, прозрачная пелена, окутавшая её полусферой.

— Это что бы Хелю не будить, — бросил я вслух, усаживаясь поудобнее лицом к огню.

Вынутый из ножен клинок лёг мне на колени и словно бы сам по себе принялся ловить отблески пламени, направляя их под странными, неправильными углами во все стороны. Однако сам я к активным чарам прибегать не спешил — ни к защитным, ни к боевым, ни даже к поисковым. Ибо в одном убедился точно — тот, кто шныряет сегодня весь день следом за мной, так просто не попадется. Сумевший попасть в укрепленный, охраняемый и гвардейцами, и магами, и различными чарами замок с собственным магическим источником волшебник явно был великолепным специалистом по маскировке и прочим необходимым для шпионов и разведчиков разделам волшебства. А с учетом того, что Хранитель оказался бессилен его выследить, сумел лишь едва-едва уловить сам факт присутствия незваного гостя, что шнырял по вверенной ему территории, ранг его должен был быть не меньше, чем Старший Магистр, увешанный не самыми дешевыми артефактами. Мысли об Архимаге я старался не допускать — ибо с таким противником, коли он уже где-то здесь, в замке, мне даже при помощи источника и его Хранителя победа не светит даже теоретически. Впрочем, если честно, с вероятностью девять к одному, я знаю, кому служит невидимка, и зла прямо сейчас мне этот человек точно не желает.

— Так и будем играть в молчание? — продолжил я, не дождавшись ответа. — Это глупо. Тебе что-то нужно в моём доме, настолько, что ты явился сюда как вор, я же лишь хочу понять, что именно тебе здесь надо — вдруг мы сумеем найти общий язык и решить всё законным, или на худой конец хотя бы просто мирным способом.

Справа от меня внезапное оказалась невысокая, явно женская фигура в черном плаще с балахоном, сейчас накинутом на голову. Тень балахона, явно имеющая магическое происхождение, начисто скрывала лицо моей собеседницы.

Щелкнув пальцами, почти скрытыми широкими и длинными рукавами её одеяния, неизвестная просто не глядя начала опускаться вниз, прямо своей пяткой точкой в самую натуральную пустоту, грозя вот-вот опрокинутся и позорно шлепнуться на пол… Но разумеется, ничего подобного не произошло — после небрежного щелчка к ней рванули десятки различной величины и плотности теней, образовывая под ней широкий, крепкий даже на вид стул с высокой, до самого потолка тенью-спинкой.

— Блефовали или действительно что-то меня выдало, Аристарх Николаевич? — приятным грудным голосом с лёгкой хрипотцой поинтересовалась чародейка.

— Пятьдесят на пятьдесят поначалу, — честно признался я. — Несколько косвенных признаков, которые большинство списали бы на совпадения или собственную излишнюю мнительность, туманные ощущения моего слишком ещё молодого и неопытного