Из забвения - Александр Берг

глазами стала перечислять свои наблюдения Хуа. — А ещё он очень высокий и красивый, прям как вы, только по выше и помоложе. — Разошедшаяся в своих воспоминаниях дочь посла не заметила, как ляпнула лишнее. И теперь невинно хлопала глазками.

— Спасибо, очень подробные и ценные наблюдения, госпожа Джу Хуа, — чуть кивнув, поблагодарил герцог Виктор.

Посол сгорал от стыда за импульсивность дочери, но виду не показывал. Всё так же невозмутимо потягивал чай из пиалы с дежурной улыбкой. Но Хуа ожидает серьёзный допрос о каком-то лендлорде красавчике с аристократичными манерами.

***

Утро я банально проспал. Видать, всё-таки надышался испарениями до того, как навешал очистители в лаборатории. Меня разбудил наглый горластый петух, принесённый благодарной Фросей самолично занявшая должность управляющей внутренним хозяйством усадьбы. Лучше бы щенка подарила. Я знаю, что её дворовая собака, больше похожая на волчицу, недавно ощенилась. Это её дочка рассказала, когда подкармливала щук в водоёме. Нужно будет выклянчить одного щенка.

— Доброе утро, господин Кощей! — здоровались обосновавшиеся у меня работники с несколькими женщинами.

Я посмотрел, как два десятка мужиков разминаются перед работой. Кто-то из женщин кашеварил на общем очаге, готовя на всех завтрак, и понял, что кое-что упустил. Так-то люди довольны. Плачу я вполне достойно им. Работа не сильно хитрая, да и условия для проживания в принципе не плохие. Но всё же загрызла совесть. Потому громко хлопнул несколько раз в ладоши, привлекая внимание, и объявил пятидневный перерыв в работе. Как раз отдохнуть людям и заняться по дому своим хозяйством.

— Пантелей, подойди, есть дело, — под недоумённые взгляды, после моего обращения позвал своего управляющего по основной производственной части.

— Я внимательно вас слушаю, господин Кощей, — предано смотря мне в глаза, мужик старше меня лет на десять, вытянулся в струнку. Господином так и продолжают звать. Я уже махнул рукой на эту особенность крестьян.

— В телегу поровну уложите наши ископаемые и оставь место под особый груз. — Я примерно показал руками, какого размера место оставить. — Нужны будут три горшка с горловиной, не меньше ладони в ширину. И если есть горшечники в деревне, закажи им таких несколько десятков. Я все куплю. Желательно, что бы можно было горловину крепко перекрыть плотной тканью и надёжно обвязать тонкой верёвкой. Так же узнай, кто с семьями сюда приходит, им закажу отдельные избы, что бы в общем доме не ютиться. Всё понял?

— Десять семей приходит. Бабы на грядках и по хозяйству, а мужики в бригаде. Три семьи с детками, кому оставить их не на кого. Остальные на бабок с дедами оставляют. По горшечникам сложно. У нас только один такой. Вы можете сговориться с бароном Камышовым. Рядом его деревенька Берёзовка есть, недалече. Там у них четыре горшечника хороших есть. Целое семейство. И ещё младших учат. Дюже красивые горшки получаются.

— Хорошо, выбери по сообразительнее парня и отправь в поместье Камышова Виталия Вячеславовича. Пусть передаст от меня привет барону и спросит за горшечников. Этот заказ мне очень нужен, а из города далековато возить, да и не факт, что найду нужные. По избам решу вопрос и будет у нас с вами тут роскошный рабочий посёлок. Думаю назвать Торфянкой. Как ты смотришь на такое название?

— Так мы между собой так и называем ваш участок. А к барону отправлю Живулю, он вроде не глупый и исполнительный парень. За тремя крынками под масло Робингуд смотается, принесёт из деревни. Вам большие или средние?

— А вы мне какую с маслом принесли?

— Большую.

— Вот таких три штуки несите.

Озаботив управляющего ценными указаниями, я направился к облюбованной полянке. На разминку и тренировку. Так один день проспишь, на второй забудешь и не заметишь, как появится отдышка.

Робингуд нашёл меня на поляне, когда я заканчивал упражнения с шестопёром. Пацан стоял, разинув рот, в обнимку с тремя большими крынками для масла. Я провёл расслабляющее упражнение, сняв напряжение мышц и суставов. Кивнул своему негласному денщику, пошёл приводить себя в порядок.

Наполнив на две третьи крынки мазутным остатком с выработки нефти, плотно примотал куски ткани к горловине и полностью обмотал их мешковиной. Крынки как раз уместились в свободное пространство телеги. Керосин пока приберегу на будущее.

Все эти приготовления с поездкой в город на гружёной телеге, образцами моего производства нужны были для получения торгового патента в торговой палате графства Медина Виктора Прокофьевича. Тут, конечно, всё по-простому, но налоговая служба блюдёт свои интересы и интересы отдельно взятых хозяев земель. Потому решил обратиться сразу через уже доброго знакомого, управляющего Земельным приказом барона Горазда Вадимовича Волкова. Угрозы с его стороны я не видел, а хорошие знакомства и, главное, полезные, никому ещё не мешали.

Компанию мне составил в качестве ямщика Робингуд. Парнишка насвистывал какую-то мелодию, периодически понукая лошадь, запряжённую в телегу, а я ехал на своей Пегой и осматривал округу. Какое-то беспокойство с предчувствием терзало. Когда проехали поворот в сторону города, то в злополучном лесочке проявил десяток разумных с оружием. Трое с луками на деревьях, остальные за деревьями с рогатинами и колюще режущими инструментами. Спалить что ли эту часть леса? Честно за долбали уже. Оценив снаряжение лихих людишек, решил не рисковать пацаном и отправил того в сон. Остановил телегу, успокоив тягловую лошадку, а сам выдвинулся разбираться с очередными гоп-стопщиками.

***

— Плевок, глянько, там какой-то богатенький к нам едет. Остановил свою телегу и сам направляется к нам на лошади, — тихо позвал главаря банды один из лучников.

Крепкий мужик быстро вскарабкался на дерево рядом к наблюдателю. Увидел только в отдалении телегу, запряжённую спокойной лошадкой со спящим пацаном в кузове, и мирно пасущуюся пегую лошадь возле кромки лесочка у дороги. В этот момент послышался голос из-под дерева.

— Уважаемый. Огоньку не найдётся? — спросил неизвестный в тёмно-синей форме, поигрывая шестопёром в руке.

— Чё? — удивлённо посмотрел сверху Плевок. Потом сложил арифметику в голове и гаркнул. — Бей его, братва!

Человек в форме как будто размазался в пространстве между нападающими на земле. Один за другим шесть головорезов изломанными куклами падали с различными травмами, несовместимыми с жизнью. Плевок только успел спрыгнуть с дерева и, не соображая, рыча, побежал на агрессивную жертву, которой полагалось скулить и молить о пощаде, отдавая всё, что у него есть. Встретив шестопёр лицом, главарь опрокинулся навзничь и затих. Следом пришёл черёд лучников. Одного несостоявшаяся жертва ограбления сбила