Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

– И тем не менее, надеюсь, в будущем все члены экипажа будут присутствовать на совещаниях с самого начала. Без опозданий!

– Так точно! – отчеканил Андрей.

Когда совещание закончилось, Миша, после короткой, но вразумительной беседы, был направлен выполнять дополнительный профилактический осмотр внешнего оборудования в том самом «свежеотремонтированном» скафандре, для тестирования его работоспособности в реальных условиях безвоздушного пространства. Весь цикл работы в космосе он ехидно посмеивался, особенно когда оборачивался назад и видел в иллюминаторе соседнего космолета Милу, нервно поглядывающую на него время от времени.

«День прошел прекрасно!» – гоготнул он себе под нос.

Глава 4

Утренние летучки с Землей стали постоянными. Стас частенько отлынивал, но сегодня все-таки сходил, а потом, вернувшись в теплицу, увидел, что в грунтовой смеси земного и перфидианского происхождения выросла красная чечевица. Эдакий слабенький стебелечек с двумя растопыренными в разные стороны парными листочками. Наконец-то его эксперименты оказались успешным. Он улыбнулся про себя. Ему стало приятно.

Эти опыты он проводил не для получения урожая, а для понимания, можно ли вырастить что-нибудь в перфидианской почве. Он ее смешивал с земной, которую как раз для этого привез с собой. Целых тридцать драгоценных килограмм. И используя питательную среду, разные бактерии и удобрения, он пытался получить наилучшие условия для растений. По первости, самых неприхотливых.

«Ну, хоть малюсенькая веточка выросла в этих условиях вечно замкнутого пространства, да и вообще, хорошо, когда зелень кругом».

Аккуратно потерев пальцами листья, он начал в свойственной ему манере рассуждать сам с собой:

«Так, что мы имеем? Микроклимат здесь земной. Воздух, вода, температура, все соответствует домашним условиям. Разница только в грунте. Это первое. Второе, бактерий для обогащения почвы мы не добавляли. Чтобы не разбаловать. Надо сказать, ты довольно бодро держишься!» – Он даже подмигнул ей.

И уже вслух обратился к печально известному своей наивностью и чрезмерным доверием Феде:

– Федор, давай-ка начнем мониторинг. Фиксируй все: параметры микроклимата, отклонения в развитии и прочее.

– Я давно уже веду, для всех опытных образцов, – гордо ответил Федор. – Вся информация передается мадам НН. Ой, извините, в нейросеть NeuroNature.

– Хорошо. Какая динамика?

– Рост очень быстрый. Она опережает типичные нормы вегетации. Я думаю, мы скоро будем собирать первые бобы. Отклонений в развитии нет. Заболеваний нет.

Стас опять ушел в себя и начал разговаривать сам с собой.

«Надо слетать на Перфиду. Взять новые пробы грунта».

Поговорив об этом с Андреем и Милой, на пару с Кириллом, они отправились на планету на легком флаере. Они собирались сесть в районе научной базы, перейти в ровер и поехать в приполярные регионы, где работают солнечные зеркала. «Посадим еще одну чечевицу и проверим».

Ребята волновались. Для них это первый полет на планету, известную своим строптивым характером. Когда Люба и Антон туда летали, они попали в пыльную буру, неизвестно откуда возникшую. Им пришлось ее пережидать пять часов. Хорошо, что успели приземлиться и добраться до базы.

Так ли иначе, лететь туда около шести часов, и как только флайер вышел из грузового порта космолета, ребята настроились на терпеливое ожидание. В целом, все шло по плану.

Кирилл с каким-то неестественным очарованием разглядывал медленно приближающуюся планету, как зоолог, увидавший новый вид диковинного животного.

– Смотри, какая она необыкновенно взволнованная! – заворожено сказал он Стасу.

– Взволнованная? Ты о ней, как о девушке говоришь… – откликнулся тот, слегка подтрунивая над другом.

В это время на юго-западе видимой части планеты происходила песчаная буря, довольно заметная, даже на таком расстоянии. В объятьях сильного ветра огромная масса желто-красно-коричневых, можно сказать, разъяренных облаков, стремительно разматывалась и снова собиралась в клубок. Своим масштабом зрелище и вправду занимало внимание.

– Какая она строптивая. Слава Богу, база в другой стороне, – порадовался Стас. Хотя, может, через пару часиков и здесь все успокоится. Нам еще лететь почти четыре.

– Сейчас узнаем, – деловито ответил Кирилл. – Вызываю «Вегу». Вызываю «Вегу». Антон, что у нас с прогнозом погоды в южном полушарии? Не засыпет?

– Прямо сейчас бушует ураган второй категории. Скоро все закончится. Он уходит от вашей зоны посадки. Не волнуйтесь. – Голос Антона звучал так уверенно, что даже ураган замедлился на мгновение от его олимпийского спокойствия.

– Вот и чудесненько, – зевнул Стас. – Можно подремать.

Отстегнув ремни, он встал со своего кресла пилота, с удовольствием разминая затекшие ноги.

Обладая исполинским ростом, он всегда мучился от долгого сидения в креслах, но, как говорится, нет худа без добра, именно это придавало ему солидности и помогало скрадывать уже формирующийся животик любителя покушать.

Через четыре часа они приземлились рядом с научной базой и, стремительно перескочив в ровер, поспешили в зону прогрева.

– Ну а теперь покатаемся, – бодро воскликнул Стас.

– Еще два часа ходу, – не унывая, отозвался Кирилл. – В таких длительных перелетах и переездах можно было бы что-то придумать развлекательное. Эх, вот бы сейчас киношку посмотреть!

– Ага, обязательно предложи эту идею завтра на утреннем совещании, – подмигнул Стас, зная, что не только он их прогуливает.

Ребята дружно рассмеялись.

Навигатор прокладывал путь, и они мягко катились по широкому тракту, где еще никогда не было колеи. Шорох местного гравия, камни, улетающие из-под колес и стучащие по дверям на поворотах, – все это вызывало ощущение свободы и приключений. Взору открывалась бесконечная, невероятная даль. Легкий бриз проникал сквозь корпус машины, обволакивая людей. Далеко, на горизонте, в дымке, прозрачной как вуаль, размывались очертания Феба. Выгоревшее в его лучах небо, безоблачное и почти белесое, отражалось на отполированных столетиями камнях.

Зной. Плавящийся воздух перед колесами.

Им предстояло путешествие в гористой местности. Дорога оказалась не сложной, относительно ровной, без больших булыжников. Так что они помчались с ветерком. Путь пролегал через древний каньон. Величие горных хребтов слева и справа завораживало. Они перемежались с холмами поближе и отдельными, уходящими ввысь, каменными столбами совсем рядом.

День стоял погожий. Яркое солнце било в глаза. Его жесткое сияние порождало глубокие тени на склонах и впадинах, но в боковые окна ровера становилось заметно, что подножья покрыты разноцветными полосками. Совсем как на Земле, когда большое содержание минералов в горных породах вызывает переплетающиеся и извивающиеся линии, образуя прихотливый рисунок необычно ярких цветов. Палитра этих переливов состояла из типичных для Перфиды золотисто-коричневых оттенков, изредка встречались зеленые. Издалека они напоминали живые растения и кусты, но, конечно, их здесь не могло быть.

Кирилл находился под впечатлением от Перфиды, ее мощи, сурового и молчаливого великолепия. Сейчас особенно ярко ощущалась уязвимость этих людей, решившихся на отчаянный шаг – вступить в чужой и непредсказуемый мир.

Ландшафт постепенно менялся. Вскоре показались