Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

— Мистер Вильсон?

— Еще как подтверждаю, сэр!

— Извольте отвечать по форме. Мистер Коппердик?

— Подтверждаю, сэр.

"Оставим мелкие несуразности крючкотворам ".

— Мистер Флойд?

— Подтверждаю, сэр, — почти прошептал мичман.

"Опять нестыковка. Альбионский командир Флойд был рядом. Но какая разница? Оставь это крючкотворам!"

— Мистер Беллоди?

— Он остался у радиопульта, сэр, — тем же громким шепотом ответил Кеннет Флойд.

— Блгодарю вас, господа, — Хеллборн снова повернулся к Остину. — Уже находясь под действием вышепрозвучавшего приказа, будучи на вражеской территории, в ходе специальной операции, вы получили прямой и недвусмысленный приказ подпоручика Жань Сы Шина отступить от входной двери обороняемого объекта. Вы не только проигнорировали этот приказ, но и применили против старшего офицеру силу, а именно оттолкнули его…

"Черт бы побрал этот идиотский прокурорский диалект. К черту. Выучить бы еще один иностранный язык. Корейский, например ".

Поворот на каблуках.

— Мистер Уотерсон? — Подтверждаю.

— Мистер Вильсон? — Подтверждаю.

— Мистер Коппердик? — Не могу знать, сэр.

— Все правильно, старшина. Вы находились в другой комнате, рядом со мной и мистером Беллоди. Мистер Флойд?

— Подтверждаю, сэр.

Поворот на каблуках.

— Таким образом, мистер Остин, вы нарушили как минимум два прямых и недвусмысленных приказа, что повлекло за собой гибель альбионского солдата, союзного офицера и поставило под угрозу важную миссию.

"Повторяешься, Джеймс ".

— Что вы можете сказать в свое оправдание, мистер Остин?

— Я… я не знаю… — пробормотал солдат.

— Рядовой Найджел Остин, личный номер Е-2236196, Республиканский Альбионский Флот, я нахожу вас виновным согласно параграфам 2, 3 и 5 Альбионского Военного Кодекса и приговариваю к смерти. Вы будете застрелены, пока не умрете, и да поможет вам Бог. Мистер Остин, желаете ли вы произнести последнее слово?

Остин зашептал какую-то молитву… Хеллборну показалось, что латинскую, но он не стал прислушиваться. Поворот на каблуках. Вильсон сделает это с удовольствием, будь он проклят. Уотерсон сейчас грохнется в обморок, в лице не кровинки. Розинделл ранен, а если бы и нет? Три человека — это не расстрельная команда, а черт знает что.

"А ведь это совсем нетрудно", — подумал Джеймс. — "Застрелить альбионского гражданина".

"За что мы сражаемся?" "

"А за что я сражался в Лондоне? Так что для меня этот альбионский гражданин?"

Он мог ожидать чего-нибудь такого от Вильсона или Спрэнга, но Вильсон сегодня на коне, а Спрэнг ухитрился пасть смерть героя (официально). Он мог ожидать чего-нибудь подобного от Уотерсона, любителя пройтись по "корейским обезьянам", но не от этого парня, которому ощупывал шишку в первый день плена. Идиот. О чем он думал? Сам виноват.

— На колени, — приказал Хеллборн. Остин его не услышал. Неважно. Джеймс расстегнул кобуру, достал однозарядный корейский пистолет, быстро взвел курок и выстрелил, даже не целясь. С такого расстояния промахнуться было невозможно.

"Смит-Вессон калибра тридцать восемь — друг мой до последней перестрелки, если мы о чем-нибудь попросим — это чтоб подохнуть не у стенки …"

— Расстреляют тебя на рассвете,

Прямо в грудь, а быть может и в лоб,

И не узнают супруга и дети,

Где лежит заколоченный гроб… — неожиданно противным голосом затянул Вильсон.

— Мистет Вильсон, вы идиот? — так и без каблуков можно остаться.

— Как прикажете, сэр! — матрос вытянулся по стойке "смирно".

— Это не было приказом, Вильсон, — очень мягко уточнил Хеллборн. — Это был вопрос.

— Виноват, сэр. Не могу знать, сэр.

— Тогда возьмите лопату и похороните его.

— Где я возьму лопату, сэр? — удивился Вильсон.

— Попробуйте достать ее из-под земли. ИСПОЛНЯТЬ!

Теперь Джеймс повернулся к стоявшим в отдалении корейцам. На их лицах больше не было гнева. Только легкая печаль.

Надпоручик Тай Кван До:

— Вы правильно поступили, мистер Хеллборн.

Старшина Коппердик:

— Вы правильно поступили, мистер Хеллборн.

Мичман Флойд:

— Я верю, что вы правильно поступили, мистер Хеллборн, и иначе было нельзя.

В итоге их всех похоронили в братской могиле — и Спрэнга, и Остина, и корейцев. Поставили крест и дали одиночный залп. Викингов и самураев отправили в лагуну. Еще до обеда акулы наведут порядок. А сейчас время завтрака. Солнце поднялось из глубин океана… бла-бла-бла, оставим это романтикам.

— А теперь за мной, мой альбионский друг, — предложил надпоручик Тай Кван До. — Полюбуемся на трофеи.

Глава 9. Офицерский клуб "Форт-Альянс"

За 28 с лишним лет своей недолгой жизни Джеймсу Хеллборну довелось увидеть немало страшных и непонятных вещей. Кое-что из этих страшных и непонятных вещей совершил он сам. О других страшных и непонятных вещах ему приходилось читать в исторических книгах и академических учебниках. Но это было что-то новое.

Основное население концлагеря состояло из корейцев и "ФИСташек" — Филиппинских Императорских Стрелков, всего около трех сотен. Здесь были и другие пленники, мимоходом сообщил надпоручик, более ценные с точки зрения викингов, их держали отдельно.

Тогда как подданные и вассалы корейского императора проводили свое время под открытым небом, на небольшой площадке — примерно сто на двадцать метров, огороженной колючей проволокой. Душевых и туалетов здесь не было, как сразу догадался Хеллборн, это вам не трюм белголландского крейсера. Даже твердой почвы не было. Какая-то сплошная грязевая лужа, настоящее болото. Но обитатели площадки еще могли считать себя счастливцами. Вдоль южной длинной стороны колючего забора тянулась цепочка — ям? воронок? грязевых кратеров? — накрытых бамбуковыми решетками. Здесь, как объяснил Тай Кван До, проводили время нарушители дисциплины. В смысле, военопленные, имевшие наглость потребовать содержания в человеческих условиях или попросившие добавку к скудной и полуотравленной пище. Надпоручик так и сказал — полуотравленная, half-poisoned. Но и эти имели полное право считать себя везунчиками.

Ибо северную сторону забора украшал воистину монументальный пейзаж, достойный не то что средних веков, но совсем темных и легендарных времен. Шесть-семь аккуратных виселиц, на которых покачивались обезображенные до полной неузнаваемости человеческие (?! — а с первого взгляда и не скажешь!) тела; а также десятка три деревянных кольев, половина из которых была украшена отрубленными (отрезанными? оторванными?!) человеческими (?!!!) головами, а половина — почти целыми трупами. Человеческими. Кажется.

Завтрак попросился наружу. И неважно, что Хеллборн съел на завтрак всего два яблока. Так, заморить червячка. Старые традиции и новейшие инструкции Медицинского Корпуса не рекомендовали обильно поглощать пищу перед боем, на случай ранения в живот и других подобных неприятностей… Господи, о чем он сейчас думает?! И почему их просто не расстреляли?!!!

"А какая теперь разница?!"

— А что ты думал, Джеймс? — неожиданно вкрадчиво поинтересовался надпоручик Тай Кван До. — Ты принял нас за безбожных и безумных азиатских дикарей, которых хлебом не корми — но позволь кого-нибудь на куски порезать? А разве мы не люди?