"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

Мне следовало вырезать в деревяшке соответствующие символы, при этом оставляя в канавках немного энергии. Шип как бы стачивался от использования. А деревяха напитывалась моей внутренней силой.

Я взял дерево, потому что это один из самых родственных материалов, хорошо воспринимающих энергию человека. Круче только животные материалы, кожа, кости. Минусы тоже понятны, все эти предметы весьма недолговечны, обычно. Но в этот раз мне долговечность и не нужна.

Завершив «обвязку», я немного передохнул, заодно оценив траты праны. Десятая часть ушла. Ничего себе. Конечно, большая часть тупо рассеялась в окружающем пространстве. Процентов семьдесят потери примерно при таком топорном методе. Потом надо будет инструмент ритуалиста прикупить. Но сейчас хватит и этого.

Линии получились ровные, «прогрев» равномерный. Красота, да и только. Пора приступить к нанесению печатей. Я снова склонился над заготовкой.

Через десять минут печати были готовы. Что ж. Проверим.

— Нужен контейнер, блокирующий. — Сказал я. — И можно приступать к чистке первого семени.

— А не попортишь семя-то? — Немного недоверчиво спросил Рудницкий. — Как-то ненадежно эта твоя тряхомудия выглядит. В серьезных лабах там процесс. Типа замачивают, фильтруют… А тута деревяха простая.

— В лабораториях, скорее всего, используют алхимическую очистку. — Ответил я, забирая, молча поданный Кабаном, контейнер. Вот уж кто, кажется, не сомневался во мне и моей волшебной деревяхе. — Я использую ритуал. Он действенней, очищает лучше. Но только по одному семечку. И основа портится быстро. А новую изготовить — полчаса. Алхимическая очистка — считай массовое производство. Жидкость залил в корыто, жидкость слил. Промыл. Короче, разный принцип.

— Да дай ему уже семя, Ветер! — не выдержал Красавчик. — Если испортит, с его доли вычтем. Это ж деньги всего лишь, а не артефакт ушедших эпох!

— Ушедших и пох. — не преминула прокомментировать Заноза. Милашка.

Я установил куб в открытый контейнер. Рудницкий, после краткого колебания все же протянул мне семя.

Небольшой корявый шипастый шарик, покрытый неприятного вида слизью. Коричнево-темнозеленый. От него ощутимо шибало Дрянью, и почему-то тухлой рыбой.

Я установил семя в центр ритуальной схемы. Поставил пальцы обеих рук в узловые точки.

Ну что? Сейчас и выяснится, кто я на словах, а кто на деле. Лев Толстой или второе. Есть риск крупно облажаться и уронить свой новообразовавшийся авторитет ниже уровня плинтуса.

С этими радужными мыслями я запустил энергию в узловые точки ритуальной схемы.

Глава 11

Новые возможности, новые знакомства

Грязь стекла с семени, впитываясь в дерево. Из небольшого шарика, больше похожего на какую-нибудь модель вируса для школьного кабинета биологии, семя начало превращаться в… Больше всего получившаяся штука была похожа на осколок жженого сахара, отколотый от основного куска. Неровная поверхность, структура как у прозрачной льдинки. «Леденец» — так называли этот тип содержимого семени.

— Охренеть! — Влезла Заноза. — Леденец. Крупный. И всего делов пять минут.

— Подготовка основы ритуала еще полчаса. — Педантично заметил Прилепских. — Но впечатляет. Ты точно не познающий (маг), Боярин?

— Точно. — Я убрал пальцы с рисунка, почувствовав, что ритуал перестал работать. — Я эту схему выучил почти случайно. Она входила в курс по простеньким рунам, доступным даже физикам. Никогда не думал, что пригодится.

— Научишь? — это Кабан. Поразительное простодушие. — Полезная штука.

— Схемам-то научу. — Осторожно ответил я. — Это не секрет рода, какой-нибудь. Но здесь масса нюансов. Чтобы использовать ритуалы, нужно освоить управление праной на уровне эксперта. Иначе они для физика бесполезны. Так-то считается, что эффективно использовать руны и начертательную магию можно только со ступени стихийника. Но, как видите, это не так.

— Тогда мне не надо. — Флегматично заявил здоровяк. — Тока время тратить. У нас Ветер вон стихийник.

— Сколько еще можешь очистить? — Спросил Красавчик. — Это же реально нормальная экономия получается. И времени, и денег. Обычно по три дня очистку ждем!

— На этой основе еще одну. Максимум. — Ответил я, разглядывая почерневшую деревяшку. — Точно не знаю. Интересная штука — этот леденец.

Интересная штука этот леденец

И я протянул руку, чтобы взять очищенный эфириум. Так, кажется, по научному называли эти штуки. Мои пальцы сомкнулись на «леденце», и тут же Красавчик схватил меня за запястье, с криком:

— Ты чего творишь, полоумный!

Я от неожиданности выпустил трофей, и тот брякнулся обратно в контейнер. Но в мгновение прикосновения сработало мое ви́денье.

В момент, когда я прикоснулся к леденцу, я увидел его внутреннюю суть. Вместо мутного куска стекла в энергетическом плане светилась сложная конструкция, состоящая из пересекающихся потоков энергии. Все это великолепие пульсировало. Жило собственной жизнью. Похоже это было на маленькое магическое сердце. И сразу пришло понимание. Леденец содержит способность, связанную с движением. Как такое может быть, я не знал, но ощущение было очень четкое.

И второе прозрение, когда Виталий схватил меня за руку, я увидел его энергетическую структуру и гармониум. Довольно развитый, хоть и несколько однобоко. И «леденец», которого я коснулся подходил его гармониуму идеально. Это опять же не экспертное знание, а вспышка уверенности. Внезапно всплывшая и укоренившаяся в голове информация.

Я аж головой помотал от неожиданности. Кажется, мне открылась новая грань моих способностей к ви́дению.

— Объяснись, Красавчик. — Спокойно сказал я, все еще приходя в себя после неожиданной вспышки способностей.

— Ты что, правда, не в курсе?

— Я же говорил. О трофеях с порождений Дряни я почти ничего не знаю. Эта информация не входила в круг моих интересов. Только в целом, то, что все пользователи Мирового Эфира знают.

— Так я поясню-то. — Вмешался Рудницкий. — Тут такое дело: эти штукенции по-разному используют. Но главное свойство — восполнение праны. Енергии по-вашему-то. Леденец неста. нистаб… короче непрочный, и начинает отдавать прану при контакте с телом. То бишь-то с чужой праной. Так, што брать их голыми руками такое себе. Начнет реагировать — потечет. Потеряет в ценности. Да и через руки он прану не передает, а больше рассеивает.

— Не очень понятно, как их тогда используют. — Задумчиво произнес я.

— В капсулу закатывают. Желатиновую. И под язык закидывают, када надо. Так интересней получается. Ну и мозг типа притягивает прану. Как-то так. Но эт пустышки так используют. Ещо из них делают зелья развития. В алхимку кладут, как усилитель эффекту. А самый смак, это если «леденец» содержит способность какую. Ее можно попробовать встроить в гармониум-то. Опасно оно, конечно. Но для таких, как мы — любое усиление в масть.

Я соорудил из двух карандашей подобие пинцета и переложил «леденец» в другой контейнер, устланный мягким слегка пружинящим материалом, с небольшими