"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

было никуда бежать, выполнять испытания, готовиться к войне. Будто ненадолго оказался в межвременье, где от меня ничего не зависело. Приятное порой чувство, но увлекаться не стоит. Всё-таки от меня зависят чёрт знает уже сколько девушек и один Лютоволк.

Один из способов заработать денег — выполнить заказ. Мне попался на глаза один весьма популярный, но пока никем не выполненный. К западу от Пятигорска лютовала разбойничья банда какого-то Хрустального Черепа. Грабили караваны, поезда, просто богатых путников, даже парочку захолустных банков взяли. А ещё от их рук полегло уже несколько авантюристов вроде меня.

И ладно бы они просто занимались грабежом, разбоем и контрабандой наркотиков. Нет, они всё это делали, но с особой жестокостью. Мужчин пытали и уводили в рабство, женщин насиловали, пока они просто не умирали от истощения, мальчишек, попавших к ним, превращали в малолетних убийц, а про маленьких девочек я даже думать не хотел. С ними, похоже, обходились хуже всего.

А полиция как обычно не ловила мышей… Чем только она в городе занимается?

От описания зверств этой банды я зубами заскрипел так, что от меня шарахнулись несколько знакомых студентов. Пришли подработать курьерами, а тут я зубную эмаль себе разрушаю и ищу, на кого выплеснуть гнев.

Ну вот не люблю я тех, кто слабых обижает. Аллергия у меня. Сразу кулаки зудят.

Короче, завтра совмещу приятное с полезным: разобью Хрустальное хлебало и заработаю пятнадцать тысяч рублей. Хватит на один нужный ингредиент. Я сорвал с досок все листки с этим заказом, чтобы мне никто не мешал. Завтра отправлюсь на запад.

Сегодня же у меня ещё осталась пара дел. Я заглянул в оружейную лавку к знакомому старику, который начинял стреляные гильзы моего револьвера. Забрал готовые и отдал новые, пустые. Накопилось их порядочно. Я никуда не торопился, поэтому остался там, чтобы дождаться новых патронов. Смотрел на витрины, любовался новыми образцами винтовок, автоматов, пистолетов-пулемётов.

Чёрные, воронёные стволы и деревянные, покрытые лаком цевья с прикладами лежали на красивом красном бархате в витринах и висели на специальных крючьях. Красивые. Жаль, мне не по размеру.

А старик во мне нашёл свободные уши.

— Нет, мне, конечно, хорошо, — шамкал он почти беззубым ртом, с удивительной скоростью орудуя за станком, — заказов от государства больше. Даже мелким мастерам, вроде меня, перепало ого-го как! Но чёрт меня подери, шарахнуть бы разок хорошенько по этим османам!

— И всех в труху? — хмыкнул я.

— И всех в труху, да, сынок! Будут знать, как на нашу Империю рты разевать.

Ага, их в труху, тех в труху, а потом и весь мир. Не, старик, тут надо действовать тоньше. С одной стороны мускулами поиграть, с другой — дипломатами. Точнее, пусть они работают. Вот из меня дипломат и политик, как из коровьей лепёхи — мина.

Старик же продолжал болтать, сетуя, что османы устроили настоящие гонения на русских в Стамбуле, Анкаре и других городах. Не только на русских, на самом деле. А на всех выходцев из Империи. В конце концов, у нас более двух сотен разных народностей. По словам оружейника, граждане Османской Империи устраивали погромы не разбирая, кто русский, а кто нет. А правительство закрывало на это глаза, мол, это мирные протесты.

Ага, после которых дома дотла сгорали.

Другие страны вторили, что это внутреннее дело Османской Империи. И нашему Императору это не нравилось. Короче, ситуация не самая приятная. Страдали обычные люди, переехавшие по работе или в поисках лучшей жизни.

Вообще, я удивился, сколько знает этот старик. И когда только сплетничать успевает… Но про Саранчу слухи до него не дошли. А то бы обязательно рассказал, как её можно победить.

Оружейник ещё долго что-то говорил, но я лишь поддакивал, особо не вникая в разговор. Мои мысли занял уже будущий заказ. В голове прокручивал карту окрестностей, пытаясь понять, где мог расположиться отряд Хрустального Хлебала. Отметил пару интересных мест, которые надо проверить.

Вскоре старик закончил работу, я оплатил её не торгуясь, потому что свою работу оружейник знал. Пули, отлитые его рукой, били без промаха, а мне большего и не надо.

На обратном пути в академию заскочил в ресторан, в который продал сегодня мясо щуки и голубую икру. Сделал заказ с собой, получив блюда по себестоимости. Владелец лично вручил мне бумажные пакеты.

— Если что, обязательно к нам, Ваше Благородие! — горячо жал мне руку пузатый мужик с пышными рыжими бакенбардами и красным лицом. — Обслужим по высшему разряду и выкупим всё мясо, что принесёте!

Я еле освободил свою ладонь из его двойной хватки и отправился на вокзал, где уже пускал белые клубы пара поезд.

* * *

Девушки встретили меня… никак. Они меня вообще не заметили. Зато устроили в комнате настоящее представление. Выстроились в ряд, держась за руки:, сперва княжна, затем Лакросса, после неё Вероника, замыкающей Агнес. У последней в руках была большая лампочка.

— Кого шарахнет, тот и выбыл! — прокричала она, всё ещё не замечая меня. — Давай, Альфачик!

— Гр-р! — коротко рявкнул Лютоволк, стоявший сбоку, и лязгнул зубами. Из пасти вырвалась маленькая молния.

Хорошо, что я был близко и успел догадаться, что эта мелкая оторва задумала. И поймал молнию Альфачика на браслет.

А вот потом дал себе волю и заорал:

— Вы что творите⁈

Все четверо от моего крика аж подпрыгнули. У Вероники её роскошная грудь чуть не вылетела из топика.

— Я всё объясню! — замахала руками Агнес, когда я пошёл на неё. — Это всего лишь эксперимент. Мы хотели выяснить, зажжётся ли лампочка!

— Знаешь, что сейчас зажжётся? — зловеще процедил я, прожигая зелёную оторву взглядом. — Твоя задница от моих шлепков!

— Не надо! — закричала она и бросилась от меня улепётывать.

Но куда там. Я быстро её поймал, перегнул через руку и несколько раз чувствительно заехал по заднице. Затем любезно спросил:

— Тебя при всех отчитать или приватно?

— Если приватно не подразумевает секс, то лучше при всех, — буркнула Агнес, вися вниз головой.

Я опустил её на землю и начал распекать:

— Вы вообще думаете, что делаете? Альфачик этими молниями Саранчу убивал!

— Да он же слабенько! Да, Агнес? — вступилась за подругу Лакросса.

А я посмотрел на неё так, как смотрят на лампочку в абажуре, от которой вдруг запахло фекалиями. Короче, неприятно так посмотрел, и оркесса тут же замолчала. Показал ей и