Тренер Гильдии Фамильяров 4 - Сергей Харченко

— Плохо. Но не критично, — я перевёл взгляд на Киру. — Раз нельзя снять их ошейники, если невозможно добиться ордера на досмотр, значит остаётся одно. Нам следует быть готовыми к вызову.

— Как мы можем быть готовы, если не знаем, что ожидать в финале? — тихо спросила Кира.

— Нужно узнать точный химический состав этой дряни, — я взглянул на Широкова, который тут же отвёл взгляд, нахмурив брови.

Не стал я объяснять, что у любого, даже самого идеального стимулятора, есть период полураспада, токсическое окно, побочные эффекты. Поймём, как работает их химия и сможем сыграть на этих побочках, обернуть их оружие против них самих. По крайней мере готовность к угрозам уже сама по себе создаёт скрытый козырь в рукаве. Ведь мы учтём это на тренировке.

Широков затравленно посмотрел на часы.

— Я сказал всё, что знал, — пробормотал комментатор. — Мне пора. Если меня здесь увидят…

Неподалёку я услышал тихий звук, настырно врезающийся в уши. Кто бы ещё щёлкал семечки, кроме Белова?

— Артём Сергеич, уже всю броню на склад приняли? — взглянул я на застывшего рядом помощника, отпуская Бублика в сторону травки.

— А что там принимать? Хе. Семь комплектов, — радостно произнёс Белов, затем заметил наши потухшие лица. — Случилось что?

— Артём, иди к команде, прошу, — умоляюще взглянула на него Кира.

— А что, я помощник тренера, имею право знать, — возмутился Белов.

— Тренировку кто будет проводить? — зыркнула на него владелица гильдии. — Мы потом тебе всё расскажем.

Я встретился с обиженным взглядом Белова. В целом Артём Сергеич прав, он относится к руководящему составу. А команда. Она заслужила отдых после стрессового прохождения «Вершины».

— Пусть останется, Кира, — взглянул я на Воронцову. — А тандемы пусть немного выдохнут. Они и так с трудом вырвали победу.

— Чем смог, тем помог, — вздохнул Широков, поднимаясь с лавочки. — Удачи вам подготовиться.

Кира хотела его поблагодарить, но телефон её назойливо и продолжительно пропищал. Владелица гильдии взглянула на сообщение и резко побледнела.

— Что-то явно нехорошее, — заметил я, чувствуя неладное.

— Они… да как же так?.. они сдвинули график, — голос Киры дрогнул, выдавая пробивающуюся панику. Она подняла на нас ошарашенный взгляд. — Финал «Бетонки» состоится не через неделю, как было заявлено в регламенте. А послезавтра.

— Они совсем охр-р-ренели⁈ — зарычал Белов, словно раненый тигр, выплёвывая шелуху на площадку.

Искорка злобно зашипела из переноски, явно ругаясь на тех, кто причастен к этому злодеянию. Живчик замер на травке, залился лаем, чувствуя через нашу с ним невидимую связь моё раздражение.

Кира между тем отвернулась, прижала телефон к уху, отошла в сторону и принялась судорожно набирать номер. Звонила она понятно куда. В оргкомитет.

Но понятно, что решение уже принято, и не он был его инициатором.

Даже Широков замер в стороне так и не добравшись до своего джипа. Он также не ожидал такого.

Мы слышали обрывки гневных фраз, требования позвать Корсакову, ссылки на пункт шесть дробь четыре, об отдыхе тандемов между этапами…

Через пару минут Кира вернулась. Поникшая, с потухшим взглядом.

— Вообще ничего не понимаю, — глухо констатировала Воронцова. — Ссылаются на техническую необходимость, плотную сетку вещания…

Я мысленно обложил всю верхушку «Нео-Синтеза». Белов тоже, но уже вслух.

Это был удар ниже пояса. Подлый и самый просчитанный ход из всех возможных.

«Хищники» сидели на жёсткой корпоративной фарме. Мощнейшие восстановители и стимуляторы регенерации поставят их фамильяров на ноги уже к утру. Они будут свежими, агрессивными и готовыми рвать любого за выход в Бронзовую лигу.

А вот мои «Львы» чистые.

Я посмотрел на свою стаю. Гладиаторы, оставшись без присмотра, решили прогулять своих фамильяров во дворе. Отправились в сторону спортивных тренажёров, где была большая зелёная лужайка.

Массивный Бублик не добрался до травы, разлёгся на асфальте, тяжело и часто дыша. Лера тянула его за поводок, что-то ему выговаривала. Но он ноль внимания. Вараны во время сильной физической усталости зачастую игнорируют команды.

Желешка вслед за Костей добралась до лужайки, но с трудом, сразу же расплываясь. Видно было, что она потеряла массу во время подъёма, была критически обезвожена. Даже если сейчас бросить её в бочку с водой, нужны сутки, чтобы восстановить прежнюю структуру.

Неон сидел на таблетках Полины после отравления, и хрустальному барсу требовалось полноценное лечение, а не новый бой. Хотя бы три дня перерыва.

Матильда нервно подрагивала, явно испытывая сильный стресс после высоты. Взгляд хищницы мерцал нездоровым блеском. Обычно после такого пустынные лисицы спят двенадцать часов, а то и больше.

Всё сводилось к одному. Им нужно было минимум три дня на базовое восстановление. И ещё хотя бы три дня на тренировки. Но организаторы дали нам всего два дня на всё. И это было плохо. Мы выйдем на финальную битву уставшими.

Широков сделал свои выводы, схожие с нашими. Это очень плохая новость, которая пахнет подставой.

Он выдавил печальную улыбку, вернул назад сбившийся галстук.

— Теперь понимаете, что такое биться против корпораций? — тихо произнёс Самуил. — Они не нарушают правила турнира. Они просто пишут эти правила под себя.

Он продолжил путь до своего джипа.

Я же смотрел вслед уходящему Широкову, слушая под боков напряжённый разговор Белова и Киры.

Она всё рассказывала помощнику, а тот бурно реагировал, выплёскивая из себя ругательства.

Но отчаиваться я не привык. Если корпорации решили поиграть с нами и думают, что они уже победили, дадим им в это поверить. Но сделаем всё, чтобы разочаровать тех подонков, которые являются мозгом травли против «Огненных Львов» и таких же как мы, чистых гильдий.

— Эй, Самуил! Стой! — окликнул я комментатора, добираясь до него.

Широков уже сел на водительское кресло, неохотно взглянул на меня.

— Известно о составе той химии, что спрятана в ошейниках? — спросил я, глядя ему прямо в глаза. — И если нет, можем его достать? У тебя же есть доступ к внутренним корпоративным сетям турнира.

Комментатор замялся. Его взгляд забегал по парковке.

— Риск огромный, Артур. Ты даже не представляешь какой, — пробормотал он, нервно теребя брелок от машины в виде скелета. — Это закрытые данные. Если служба безопасности Синдиката засечёт скачивание… Ты понимаешь, что будет? Меня закопают под одним