Энакин Блэк - Михаил Француз

техники. Парни как могли прикрывали. Бой кончился - доложили. Вот я и привел, чтобы вы сами разобрались, кто что зачем, - в свойственной ему манере ответил на вопрос Рэкс.

- Спасибо, капитан, - поблагодарил я его. - А вы, юная леди, что скажете? - мягко поинтересовался я.

- Меня из Храма выгнали, - насуплено ответила она.

- То есть как выгнали? - удивился я. - За что?

- Они сказали, что из-за моего характера, никто не хочет брать меня в падаваны. И мне надо либо исправить характер, либо забыть о становлении Рыцарем, - сказала она, а я нахмурился. Сказанное было очень похоже на Совет. На их гадскую манеру решать вопросы подгонкой под некий шаблон: если у тебя есть третья рука - отруби ее.

- И?

- Я сказала, что сама найду себе Учителя и ушла из Храма! - с вызовом уставилась она на меня.

- Понятно. А здесь ты как оказалась? На Кристофсисе?

- Я слышала, что Мастер Кеноби все еще без ученика и Рыцарь Скайуокер тоже. Что их Аккламаторы на орбите Корусанта. Я разузнала и пробралась на звездолет Мастера Кеноби. А тут... Когда началось экстренное десантирование, я впрыгнула в десантный бот и на нем попала на поверхность. Потом я затаилась...

- А потом начался бой, и ты, не утерпев, полезла в первые ряды? - договорил я за нее. Тогрута отвела взгляд и чуть потупилась. - А почему именно Кеноби и Скайуокер?

- Других джедаев без учеников в тот момент на Корусанте не было. А своего звездолета у меня нет.

- Действительно выбор не велик, - согласился Убиван.

- Так и кого же ты хочешь себе в учителя? - спросил я, вспомнив "Знаю" в глазах жены.

- Говорят, что Скайуокер часто спорит с Советом, что для него Магистры не указ, что сам он почти Мастер несмотря на небольшой возраст, - еще немного порозовела она. - Вот только где он?

- Вообще-то Скайуокер это я, - осторожно сказал я.

- Ты? Ты же вроде Блэк? Ты же мне сам так сказал, - удивилась она.

- Я Энакин Блэк-Скайуокер. Первую мою фамилию почему-то обычно забывают.

- Значит ты тот самый Скайуокер? Тот, который был на Джеонозисе и сражался с самим Графом Дуку?

- Это не самые приятные для меня воспоминания, - заметил я и рефлекторно потер шрам на запястье сквозь перчатку.

- Ой, прости, - немного смутилась она.

- Ладно, что ж теперь с тобой делать? - вздохнул я.

- И что решишь? - с легкой улыбкой спросил Убиван у девочки. - Я Мастер Кеноби, он Рыцарь Блэк-Скайуокер. К кому ты хочешь пойти в падаваны?

- И что, вот прямо так и возьмете? - не поверила Тогрута.

Мы с Убиваном синхронно кивнули.

- Только потом не жалуйся, - добавил я. - И к другому не просись.

- Реши сейчас. Потом переигрывать не будем, - сказал Убиван.

Тогрута уставилась на нас круглыми глазами.

- Вы правда не шутите?

- Нет, - ответил Кеноби. - Мне и правда пора брать падавана. Мастерское звание обязывает. А почему Энакин решил тебя взять, я не знаю, но точно уверен, что он не шутит. Для этого я его слишком хорошо знаю. Кстати, не скажешь почему? - обратился он уже ко мне.

- Это слишком личное, Убиван, - сказал я ему. - Но я действительно серьезен. Выбирай сейчас, пока мы не передумали, - поторопил я ее.

Тогрута смотрела то на меня, то на Кеноби. Глаза ее так и бегали туда сюда, туда сюда. Наконец она достала какую-то монетку и подбросила ее (откуда у нее взялась монетка, если Республика уже несколько тысяч лет электронными деньгами пользуется?) и поймав, прихлопнула другой рукой. Затем глянула на ту сторону, что оказалась сверху.

- Рыцарь Блэк-Скайуокер, - выпрямилась она и с торжественно-серьезным выражением, которое весьма забавно смотрелось на ее детском лице, обратилась к нам, поскольку мы стояли рядом. - Прошу вас стать моим Учителем!

- Хорошо, Асока, я беру тебя в падаваны, - кивнул я ей. - Пойдешь с группой капитана Рэкса. Прикроешь их если потребуется. Сильно не рискуй, занятия начнем после боя. А сейчас, выступаем! - отдал я команду уже своим командирам.

* * *

Ближайший к нам город назывался Кристалл-сити, но какого-либо особого значения не имело. Так, название просто запомнилось.

Операция по занятию этого самого Кристалл-сити прошла быстро, четко и гладко. Основную часть дроидов, которые могли создать трудности, мы уничтожили в прошедшем бою, а небольшие оставшиеся отряды, встречавшиеся по пути, сметались нами сходу и задержать не могли.

В самом же городе было жутко. Мне, воюющему уже второй год, было жутко. Что творилось с Асокой, только что сбежавшей из благостного до стерильности Храма, могу только предполагать. Такого ей видеть не стоило бы никогда, но и деться ей тут уже было некуда: через город, большой и густонаселенный город, прошла армия бездушных машин с бездушным приказом. Результат этого прохода мы наблюдали на улицах, в домах, везде... Трупы. Очень много трупов. От слова ОЧЕНЬ МНОГО! Женщины, старики, дети, мужчины, даже домашние животные и птицы. Дроиды не щадили никого.

Мы шли молча. Говорить не хотелось. Даже команды отдавались только жестами по той же причине.

Асоку стошнило первый раз, когда мы только подходили к окраинам. Потом это повторилось еще два или три раза, но упорная, точнее упертая девчонка продолжала идти вперед.

Достигнув выбранных позиций, клоны рассредоточились и принялись за подготовку оборонительных рубежей и развертывание тяжелой техники. Она же просто потерянно села на бортик неработающего фонтана в том скверике, где мы остановились.

Я сел рядом и обнял ее за плечи. Тогрута порывисто уткнулась лицом в мое плече и заплакала. Слова были не нужны.

* * *

А через два часа наши позиции начали атаковать дроиды. Их было много, но гораздо меньше, чем в первой волне. Я запретил Асоке участвовать в этом бою. Слишком велика была возможность нервного срыва. А нервный срыв у одаренных называется по-другому. Он называется "падением".

Клоны справились.

После уничтожения этой волны, мы немедленно двинулись к цели, той ради которой вообще сунулись в город. К космодрому.

Добраться удалось только к вечеру - город большой. Пока я совместно с Убиваном, рассматривал оборудование дальней космической связи в диспетчерской башне космопорта, две сотни тысяч наших с ним бойцов занимали оборону